Двойная ошибка

Её делали под мою руку — давно, в той жизни, люди, которые меня любили. Она была

мной

. Настоящей. Той, что осталась за тремя границами и двадцатью годами молчания.

И кто-то — безнаказанно, спокойно, под молчаливое одобрение всей этой раздевалки — взял и раскрошил это в щепки. Просто чтобы показать мне моё место.

Я не знаю, сколько я так простояла. Минуту. Десять.

— Арина.

Я не обернулась. Я не хотела, чтобы кто-нибудь видел моё лицо в эту секунду — потому что впервые за очень долгое время я не была уверена, что удержу его.

Шаги. Он обошёл скамейку, увидел ракетку. Я услышала, как он резко втянул воздух.

— Кто это сделал? — Голос Марка был тихим и очень-очень нехорошим.

— Не знаю, — сказала я. И с ужасом услышала, как дрогнул мой собственный голос. — И это, наверное, неважно.

Он поднял на меня глаза — и я увидела, что он не собирается ни грозить, ни мстить, ни решать за меня, ни делать ничего из своего обычного репертуара.

Он просто смотрел на меня. И впервые видел не ледяную стену, не соперницу, не загадку, которую надо разгадать.

Он видел, как мне

больно

.

— Идём, — сказал он тихо. Без приказа. Почти просьба. — Идём отсюда. Не здесь.

И я, которая всю жизнь всё делала сама, которая ни разу никому не позволила увести себя за руку, — я

пошла

за ним.

Потому что держать лицо больше не было сил.

А он, кажется, был единственным человеком в этом кампусе, перед которым его можно было не держать.