Туда и обратно

Глава 5

Когда утром Александр проснулся, девушки уже не было. Мужчина не торопясь умылся, оделся, перехватил пожевать из своих запасов, не слишком доверяя местной кухне, после чего вышел «в люди».

Его уже ждала новость о том, что вражеский военачальник дал положительный ответ по поводу начала переговоров. На расстоянии в полторы сотни метров от стены касские солдаты суетились, собирая большой шатер. Было видно, что местные любят комфорт и любят пускать собеседнику пыль в глаза.

— Как собираетесь выходить из крепости, ваше сиятельство? Предупреждаю сразу: завал у ворот разбирать не позволю. Оно еще не известно, как закончатся переговоры, а задачу обороны крепости с меня еще никто не снимал. — Судя по кругам под глазами капитана ан-Грейна, он этой ночью тоже глаз не сомкнул, впрочем, вполне вероятно, по иной причине. Начальственный пистон и обещание урезать премиальные — это вполне уважительная причина, чтобы заняться своими обязанностями более плотно. Во всяком случае, караульных на стенах даже при свете дня сегодня стало явно больше.

— Своим ходом пойду. Поди не только кассцы умеют по стенам лазить, — несколько преувеличенно самодовольно ответил граф.

Сделать это оказалось в общем-то нетрудно. Веревка, пара металлических колец, несколько бойцов на подстраховке — и вот Серов, как учили когда-то, весьма ловко спускается со стены. Рядом, вообще не прибегая к допингу и используя только имеющиеся выщербины на камне, спустился Нума. Для перевертыша это было вообще плевым делом, а вот зрители — как оставшиеся на стене, так и ждущие парламентера в поле — явно впечатлились.

Граф в пару прыжков перебрался через ров, стряхнул с ладоней пыль и, не оглядываясь, пошёл вперёд — к шатру, который уже полностью подняли кассцы. За его спиной мягко, почти бесшумно, тот же путь проделал Нума. Со стены за ними наблюдали десятки глаз. Со стороны степного лагеря — тоже.

Расстояние в таких случаях выработано годами: в первую очередь это вопрос безопасности, нужно, чтобы каждая сторона чувствовала себя примерно одинаково. Чтобы представитель осажденных всегда мог в случае «обострения» успеть добраться до стены, прежде чем его нарубят в капусту.

У входа в шатёр стояли двое в лёгких ламеллярных доспехах с изогнутыми саблями. Серов удивился — впервые в этом мире ему встречалось изогнутое оружие — но виду не подал. Внутри угадывались силуэты ещё нескольких человек.

— Граф Серов, — громко произнёс Александр, не замедляя шага. — Полномочный представитель Карланда.

Один из стражей молча откинул полог.

Внутри шатра пахло кожей, лошадьми, степными травами и ещё чем-то неуловимым. В центре стоял низкий стол, на котором лежала развернутая карта перешейка и окрестностей. Вокруг стола был расстелен ковер и набросаны подушки, на которых, видимо, предполагалось сидеть. За столом сидел — скорее полулежал — человек лет тридцати пяти, с тёмными волосами, собранными в хвост, опять же слегка сероватым оттенком кожи, намекающим на евгенические способы «улучшения породы» местной знати. За его спиной стояло двое, судя по одежде и обилию всякой ювелирки на теле, магов. Расклад на случай обострения выглядел совсем не в пользу Александра, но его тешила мысль, что пара козырей в рукаве у него всё же есть.

Он не встал.

— Я — тегин Аслан, — произнёс кассец ровным голосом. У графа мелькнула мысль, что с такой манерой держать себя, наверное, хорошо в покер играть. — Племянник хана. Вы пришли говорить?

— Говорить, — кивнул Серов и сел напротив без приглашения.

Короткая пауза. Они смотрели друг на друга, оценивая.

— Начинайте, граф.

Серов не стал ходить вокруг да около.

— Карланд желает закончить эту войну. Повод, по которому она началась, устранён. Девушка, похищенная людьми клана Синоров, жива. Тот, кто организовал похищение, мёртв. Его клан уничтожен.

Аслан слегка прищурился.

— Вы утверждаете, что похитители мертвы?

— Я лично участвовал в их уничтожении.

— И девушка?

— Здесь, — Серов сделал неуловимое движение головой назад, как бы показывая, где именно находится Лара. — За стенами крепости. Готова подтвердить мои слова. Она всё видела собственными глазами.

Тегин едва заметно кивнул одному из стоявших за его спиной магов. Тот вышел наружу.

— Продолжайте.

— Совет Карланда принял решение запретить торговлю человеческими рабами. Полностью.

Аслан удивленно приподнял бровь. Странно, такая новость уже должна была стать достоянием общественности.

— Только человеческими? — спокойно уточнил он.

— Только человеческими.

— Разумно. Торговля пленными орками и вонючими гоблинами дает городу слишком большой оборот. А люди, наоборот, всегда составляли лишь малую его часть.

— Вот и получается, что поводов для войны больше нет, — Александр развел руками, как бы показывая бессмысленность противостояния.

— Вы понимаете, граф, — медленно произнёс Аслан, — что война — это не только повод. Это ещё и амбиции. Это возможность одним подняться выше над другими.

— Понимаю, — хмыкнул Серов. Везде одно и то же: люди вроде бы разные, а на деле такие одинаковые, что аж смешно. — Но Ключ вы взять быстро не сможете. Вообще не сможете, я вам гарантирую. Вчерашняя попытка была неплоха, но не более того. Сколько вы уже топчетесь под стенами? С середины лета? Вряд ли продолжение войны в таком же духе позволит вам заработать какой-то авторитет в глазах хана. Особенно когда флот Карланда продолжает блокировать вашу морскую торговлю в Узком море.

— Проблема торговли — это проблема других людей. Все мы подданные хана, но это не значит, что интересы у нас одни и те же. А вот возможность Ключа — это моя возможность.

— Эта возможность очень быстро может превратиться в проблему, когда до хана дойдут новости о наших переговорах. Нет, если у вас, тегин, получится взять крепость сегодня или завтра, то конечно. Как у нас говорят — победителей не судят. А если нет? Что вы скажете хану на вопрос, почему его суда продолжают топить, а крепость на перешейке всё еще не захвачена?

Аслан поморщился. Только сейчас Серов понял, что за маской отрешенности и обветренным лицом степного воина скрывается, в сущности, совсем молодой человек. Лет двадцать-двадцать пять ему, просто оттенок лица, доставшийся от какого-то предка-орка, сбил графа с толку. Собственно, возраст во многом объяснял демонстрируемые амбиции и нежелание признавать сложившуюся реальность. Впрочем, тегин сумел его опять удивить.