Страница 36 из 87
Глава 12
По небу над Аденаширом разливался розовый, словно глазурь на черничном пироге, закат. Скоро стемнеет, и родители займут один из столиков в «Хитром козле», за которым будут ждать Доли, чтобы вместе поужинать.
На улицах всё ещё было довольно оживлённо, и над головами прохожих летала бледнокожая фея, зажигая фонари.
– Привет, Ривер, – поздоровалась Доли, когда та оказалась рядом.
С тех пор как дварфийка переехала в Аденашир, она не раз останавливалась, чтобы перекинуться с феей парой слов или поболтать.
Ривер Голдендью замерла, не долетев до следующего фонаря. Её крылышки быстро-быстро трепетали за спиной, размываясь в воздухе.
– О, привет, Доли, – поприветствовала она в ответ высоким мелодичным голоском. – Как у тебя дела?
На Ривер красовались обтягивающая оранжевая рубашечка, укороченные синие брючки, лишь на тон темнее цвета волос, и крошечные кожаные ботиночки.
Дварфийка иногда представляла, как шьёт маленькие наряды для живших в Аденашире фей, но она никогда не интересовалась, а нужно ли им это.
Улыбка Доли получилась несколько натянутой, и она поспешила исправиться, надеясь, что Ривер не заметила её волнение:
– У меня всё хорошо, – ответила она. – Вот, иду в «Хитрого козла».
Фея отвлечённо кивнула и подлетела к следующему фонарю. Кожа на её маленьких ручках приобрела розоватый оттенок, а с пальчиков сорвались искорки золотистой магии. Когда они достигли стекла, за ним вспыхнул огонёк, который мгновенно осветил пространство вокруг фонаря. Свет был до того яркий, что Доли смогла разглядеть ноготочки феи, выкрашенные в разные цвета.
– «Козёл» – очень приятное место, – восторженно прощебетала Ривер и вновь повернулась к Доли.
В другой ситуации Доли бы искренне согласилась, ведь атмосфера в трактире в самом деле была приятной и наполненной весельем. Сегодня же она предпочла бы остаться дома.
– Да, – всё равно вежливо сказала она, не став вдаваться в подробности. – Слушай, мне нравятся твои ногти. Это краска?
Фея поднесла ручки к лицу, довольно любуясь ноготками:
– Нет, магия. Хочешь такие же? Я ведь не ошибусь, если предположу, что тебе такое интересно?
Доли затопило радостным предвкушением, и на мгновение она забыла о своих тревогах. Давненько она не позволяла себе такой роскоши, как накрашенные ногти. Удивительно, как ей раньше не пришла в голову идея волшебного окрашивания. А ведь она тщательно следила за новинками мира моды и красоты!
– Мне интересно!
– Что ж, – Ривер взмахнула рукой, – тебе повезло. Моя сестра недавно открыла свой салон. При таком освещении не рассмотреть, но поверь, она настоящая мастерица, нарисует тебе почти всё, что захочешь.
– И где я могу её найти?
– В одном из павильонов на рынке. – Фея кивнула, показывая, что ей пора лететь. – Скажешь, что ты от меня.
Доли опустила взгляд на свои ногти, которые за последние недели стали немного неаккуратными. Это было на неё не похоже.
– Я так и сделаю!
– Приятного вечера в «Козле». – С этими словами Ривер подлетела к следующему фонарю. Магия затанцевала на кончиках её пальцев, зажигая огонь.
Помахав на прощание рукой, Доли испытала приятный трепет от перспективы в скором времени сходить на маникюр. Радость момента омрачил тот факт, что сейчас ей нужно встретиться с родителями. Глубоко вдохнув вечерний воздух, дварфийка повернула направо. Все фонари на этой стороне улицы уже горели. Небо за время её пути стало тёмно-синим, и на его полотне замерцали далёкие кристаллики звёзд.
Вскоре улицы вывели её к трактиру. На столиках у входа стояли маленькие медные фонарики, и, несмотря на лёгкую прохладу, все места были заняты. Кто-то наслаждался напитками, кто-то заказал себе добротные порции блюд на деревянных подносах. Проходя мимо, Доли замечала груды всевозможных запечённых овощей – свёклы, репы и картофеля, – а на одном увидела огромную тарелку жареного мяса, поставленную прямо по центру стола.
У Доли заурчало в животе. Не факт, что она сможет проглотить хоть кусочек, когда присоединится к родителям.
До входной двери оставалось всего ничего. Доли собралась с духом и сделала маленький шажок в её направлении, как вдруг на плечо опустилась когтистая лапа, покрытая чёрной шерстью.
– И снова здравствуйте.
Доли обернулась и увидела того самого барсука, которого встретила в трактире в прошлый свой визит. Его трость с серебряной ручкой стояла прислонённая к спинке стула, а напротив него сидела стильно одетая барсучиха, которая, вероятно, приходилась ему женой. Её тёмный мех слегка поседел в районе ушей, но гораздо больше внимание Доли привлекла блузка, украшенная по вырезу причудливой вышивкой с лесным орнаментом.
Взгляд упал на сложенный, слегка мятый выпуск «Ежедневных новостей», который покоился рядом с тарелкой, полной улиток с чесночным маслом. Затем переместился на стоявшую перед барсучихой чашу с фруктовым салатом, где смешались красные яблоки, спелые груши и дроблёные грецкие орехи, и вернулся к газете.
«Недовольства среди единорогов не утихают», – гласил заголовок на первой полосе. Доли мысленно прикинула, какова вероятность, что все сегодняшние разговоры с родителями будут сводиться к недовольству единорогов. Впрочем, может, это даже неплохо. По крайней мере, лучше, чем обсуждение самой Доли или Эвви.
– О… Здравствуйте, господин… – Дварфийка вдруг поняла, что они так и не представились друг другу, и она не знала, как к нему обращаться.
Барсук качнул головой.
– Оставьте эти формальности, зовите меня просто Клифф. – Он протянул лапу в сторону барсучихи, представляя и её: – А это моя жена Хейзел.
– Рада знакомству. – Хейзел обнажила зубы, по-видимому, в улыбке, но за свою жизнь Доли встретила не так много барсуков, чтобы быть в этом до конца уверенной. Однако Хейзел казалась достаточно дружелюбной.
– Взаимно, госпожа, – ответила Доли, – я тоже рада с вами познакомиться. Я Доли.
Барсучиха фыркнула, и Доли про себя решила, что оскал точно был улыбкой.
– Зовите меня Хейзел.
Клифф обвёл взглядом дворик при трактире.
– Ваши родители уже приехали в Аденашир? Я полагаю, именно поэтому вы снова здесь? – Он наклонился к жене и пояснил: – Когда мы впервые встретились, она договаривалась о комнате для них.
Доли кивнула:
– Да, сегодня утром.
– О, – Клифф повернул к ней голову и приподнял бровь, – немного раньше, чем ожидалось.