Завтра я стану огнём

– Боги, какая же ты… несносная, – отозвался он таким же низким хрипом, скользнув взглядом по моим губам и вернувшись к глазам. – То, что сейчас случилось, – такого никогда прежде не было, ясно? Не смей думать про меня так.

Холод мгновенно сковал сердце – лучше любого успокаивающего действия.

– Несносная? Не надо было забирать меня из дома. – В моем голосе прозвучали наконец привычные звуки достоинства.

– Это был мой долг.

– Целовать меня – тоже твой долг?

– Я… прошу прощения за это, – серьёзно заявил Бьёрн, вместо своих рук окружая меня подушкой и одеялом и отстраняясь.

– А я не прощаю. – Я подтянула к груди одеяло, со всех сил сжимая грубую ткань и стараясь не дать место дрожи в голосе и слезам в глазах.

Да, я не бездомная девочка, которую можно целовать, когда хочется, а потом снова шутить и издеваться, будто это ничего не значит. Да, я уже ошибалась с Ароном – и заплатила за это сполна.

Хотя с Ароном я вспыхнула и стала виновницей страшного пожара, а Бьёрн смог сосредоточить мою опасность на себе – и каким-то образом погасил пламя. Но не так я хотела бы, чтобы ко мне относились. И больше всего меня пугало то, что я снова потеряю над собой контроль – раз его потерял даже сам дархан. Многих ли других он так же легко целует, как меня сейчас? Хоть и говорит, что такого никогда не было. Но я не верю дарханам.

– Что ж… – Он собрался, голос его стал жёстким и твёрдым, как и взгляд. – Если настоятель примет решение отстранить меня от должности наставника, это будет справедливо.

– Вот только не надо давить на мою жалость. Я не собираюсь рассказывать всем об этом… Достаточно того, чтобы мы знали, куда заходить не стоит.

Кажется, его шутки кончились.

Что, если это я влюбилась и идеализировала его, а он совсем не такой, каким я рисую в своём воображении?

Да, я теряю голову при его близости. Но, может быть, это и есть мой урок… и моя ловушка. Проклятые эмоции. Как же сложно посмотреть на всё – без них. И при всем желании моё сердце не хочет подчиняться разуму.

– Твоя правда. – Лицо Бьёрна перестало выражать эмоции, хотя в глазах я ещё видела отголоски пламени. – Прости.

Либо столько лет у дарханов его ничему не научили. Либо учение дарханов и вовсе – ложь! Либо именно моё появление нарушило спокойствие Бьёрна настолько, что он… готов был предавать свои идеалы.

В последнее мне хотелось верить больше всего, разумеется, но мысль, что он так поступает не первый раз, отравляла.

Тебе нужно учиться контролировать себя. Твой поток в этом году проходит посвящение, и проверка границ – это первое, на что тебя будут испытывать.

Что ж, мне ещё очень многому предстоит здесь научиться. И, как я уже и думала прежде, Бьёрн – мой особый источник смертельного риска.

В этот момент дверь резко открылась, и в проходе показался Ильхас. Его взгляд мгновенно остановился на нас: Бьёрн сидел слишком близко ко мне, а я, опираясь на локти, явно пыталась спорить с ним.

– Оставь её в покое, – процедил Бьёрн, вышел сам и, схватив Ильхаса за шкирку, оттолкнул и заставил пойти прочь.