Страница 17 из 130
Я сделала первый шаг и принялась внимательно следить за его передвижениями. Он будто расставлял ловушку: не уходил далеко от короля, но при этом продвигался, открываясь так, чтобы я могла захватить его камни.
Жаль, Тавиан не показал мне этот тафл, когда вернулся из Сеттеръянга. Но не кажется, что это сложнее, чем другие игры. Я осторожно «съела» одну из белых, убедившись, что не открываю ни один из углов. Бьёрн будто бы одобрительно кивнул и продолжил методично передвигать своих, открывая королю проходы во все стороны сразу.
Стоило зазеваться, и я лишилась сначала одного из нападающих камней, затем второго. Окружила одну из белых и сняла с поля. Ставки повышались, а камней оставалось всё меньше. Судя по лицу Бьёрна, он ожидал куда более лёгкой победы.
В конце концов, белых осталось четыре. Я взяла в плен ещё одну, но тут же ойкнула: забыла про проклятого короля! Бьёрн был прав, зелёный цвет обманчиво казался безопасным, вся сосредоточенность ушла к белым и чёрным. И в тот момент, когда я «вывела» короля из игры, он сделал ход и забрал мою фишку.
– Можно переходить? – дёрнулась я отыграть всё назад, но Бьёрн уверенно забрал из моих пальцев чёрный камень.
– Увы, правила есть правила.
Какой же он гадкий! Раньше я думала, что нет никого хуже моего вредного братца, который умел выводить меня из себя за считаные мгновения. Но похоже, у него появился конкурент! Бьёрн определённо одержал бы верх и в этом состязании.
– Ладно! – Я сделала ход, умудрившись найти незадействованную фишку, и быстро переместила к белой, с наслаждением скидывая очередного врага с доски.
– Я выиграл, – скучающим голосом подвёл итог Бьёрн.
– Какого?! – воскликнула я, точь-в-точь как Хасан.
Ни один из угловых «замков» не был в опасности! Проход к одному был свободен, но там стоял один из чёрных неподалёку и… Проклятье. Он стоял на один ход вплотную к углу. Бьёрн передвинул короля так, что я не успевала окружить его, зато следующим ходом он вторым белым одновременно снимал моего защитника и преграждал дорогу моим, а королю открывал путь, и я ничего не успевала этому противопоставить.
Бьёрн поднял на меня внимательный взгляд – впервые за всю партию. На удивление, в нём не было издёвки, скорее тёплое искрящееся любопытство.
– Ещё, – потребовала я тихо, глядя из-под тени шляпы.
– Хорошо. Для первого раза не так и плохо. У вас ещё три попытки. Проиграете их – проиграете желание. Идёт?
Я перестала замечать собравшихся зевак, которые радостно галдели над душой. Весь мир сузился до небольшого ящика, коричневого куска кожи с линиями и блестящих на солнце камней.
– Справедливо, – кивнула я сдержанно, пытаясь унять колотящееся раздражение.
Вторая партия была за белых, но я умудрилась проиграть и там, позволив Бьёрну съесть слишком много белых, а потом окружить короля с трёх сторон у края, пока пробиралась к «замку».
– Ещё, – упрямо пробормотала я, больше не глядя Бьёрну в глаза.
Не хотелось видеть в них очередную насмешку или скуку от слабости соперника, пусть он катится с этой насмешкой куда подальше!
Третья партия закончилась очередным поражением, когда я снова играла за чёрных. Как он это делал, я не успела уловить, потому что начала нервничать и следила за его руками слишком внимательно, упуская очередной важный ход за отвлекающими маневрами.
Четвертая партия снова за чёрных. Я пыталась сохранять спокойствие, но теперь меня выводили из себя и зеваки-матросы, и бьющее в глаза солнце, и даже то, как напротив громко дышит – как назло – Бьёрн! Мне нестерпимо захотелось его ударить, как только он снова произнёс своим дурацким тоном:
– Партия.
Я молчала, не отрывая взгляда от доски, и лихорадочно просчитывала варианты, куда и как он ходил так, что я снова оказалась проигравшей. Бьёрн терпеливо ждал, пока я не сжала руку в кулак, чтобы ударить по ящику и сбросить дурацкие фишки на палубу, как поступил на эмоциях Хасан.
Он успел перехватить моё запястье неуловимым, но жёстким движением, каким поймал меня на палубе в первый день при попытке бегства.
– Потом долго собирать, – улыбнулся он, удерживая цепко и сильно и убеждаясь, что я не сорвусь снова.
– Пусти, – буркнула я.
– Моё желание, кирия, – напомнил сероглазый гад без тени улыбки или шутливости. Он понизил голос так, чтобы слышала только я: – Или надо было играть на то, о чём говорил Хасан и о чём думали вы, перед тем как занять место?
Я вспыхнула:
– Это всего лишь дурацкая игра!
– Вы дали своё слово. Стоит его держать, вы ведь благородная девушка и сильный маг, на вас ответственность выше, чем на других, не так ли?
– Пустите,
мой господин
, – процедила я с ненавистью, раздосадованная и проигрышем, и тем, как он прочитал мои мысли, и унизительным обращением.
Бьёрн улыбнулся и выпустил мою ладонь. Я резко вскочила, развернулась под насмешки матросов и скрылась в тени широкого паруса на корме. Опустилась и села на палубу за перевёрнутой и закреплённой шлюпкой в месте, где никто не достанет и не найдёт.
И изо всех сил медленно и усиленно дышала, стараясь не спалить к морским демонам весь застывший в безветрии корабль вместе с проклятым Бьёрном, матросами, командой и собственным удушливым бессилием.
Второй раз за несколько дней я бежала с поля боя с Бьёрном – побеждённая.
Третьего раза не будет.
Я клянусь.