Завтра я стану огнём

– Какого?! – рявкнул было Хасан, уставился на доску и тут же смолк. А потом отпихнул ящик ногой так, что все камешки слетели с кожаной «доски» и разлетелись по палубе.

– Как можно выиграть, даже не сделав ход? – заинтересовалась я, посмотрев на Бьёрна, и коснулась короткого края шляпы – прикрываясь и от солнца, и от слишком любопытных взглядов.

Матросы, ругая Хасана, послушно подбирали камни, ползая по палубе.

– Хотите сыграть, кирия?

Бьёрн загадочно прикусил губу, будто чтобы сдержать насмешку. Солнце за эти дни ещё больше позолотило его кожу, скулы покраснели, сделав светлые глаза ярче. Я такие светлые видела только у Нидейлы, но на то она и ведунья, чтобы быть непохожей на остальных.

– На деньги? – вопросом на вопрос отозвалась я, невольно вспомнив нахальное предложение матроса и его цену за победу.

И тут же представился мой проигрыш Бьёрну. Если бы пришлось его целовать… Наверное, на вкус его губы такие же холодные и солёные, как северное море. Я мысленно остудила саму себя, повторив, как важно хорошо контролировать свои эмоции. Особенно на корабле. Особенно рядом с Бьёрном.

Хорошо, что моя загорелая кожа не выдаёт красноту так же легко, как у северян.

– На интерес, – усмехнулся Бьёрн, предложив мне освободившееся место.

– Я не знаю правила.

– Ну да. Женщины не умеют играть, – фыркнул Хасан, разозлённый поражением. – Бьёрн, ты дурак! Надо было мой вариант предлагать.

– С тебя тридцать две, – безразлично кивнул ему Бьёрн. – Рассчитаемся по прибытии или сразу отдашь?

– Иди ты.

Хасан будто хотел плюнуть, но передумал, развернулся и ушёл со своей братией, только трое матросов остались скучающе наблюдать за нашими переговорами.

– Если боитесь проиграть, так и скажите, принцесса, – проговорил Бьёрн, наклоняясь над ящиком, чтобы собрать камни в кожаный мешок, и быстро взглянув на меня. – Других развлечений у меня для вас нет. Возможно, у кого-то из пассажирок найдётся вышивание.

– Ничего я не боюсь, – процедила я, понимая, что он нарочно меня спровоцировал.

– Вот как? Ловлю на слове. Тогда сыграем на… Хм-м. Если проиграете, то до конца рейса будете звать меня «мой господин», как вам такой вариант?

– И правда дурак! – бросила я в сердцах, но не торопилась уйти: развеять скуку хотелось куда больше, чем снова торчать без смысла в каюте.

– «Мой господин» мне нравится больше. Что ж. Если проиграю я – ваше желание?

В голове пронеслась тысяча идей, что стоит потребовать с наглеца. Тавиан уже бы вступился за меня, хоть он и не самый благородный мужчина на свете, но такого пренебрежения даже он не стал бы терпеть – речь идёт о чести всей семьи!

Надеюсь, если они и были знакомы, то друг друга терпеть не могли.

Надеюсь, Тавиан хоть раз набил ему рожу, да простит мама меня за такие выражения.

– Если проиграете вы, сентар де Ларс, то ответите на пять моих вопросов.

– Всего-то? Думал, потребуется что-то серьёзнее.

– Я потребую с вас клятву правды, – угрожающе сузила я глаза, – которую ни один маг нарушить не может. Поверьте, знаю такую.

– Ладно, – легко согласился Бьёрн, – идёт. Садитесь, расскажу правила.

Я опустилась на соседний ящик, поправив полы накидки так, чтобы её не затоптали грязными ногами.

Глядя, как быстро и ловко Бьёрн расставляет камешки по отмеченным на «доске» местам, я задумалась, зачем вообще согласилась играть? Но дух состязаний и неумение отступать перед вызовом – привычка с малых лет, – не позволили отказать или сдаться. Кажется, в такие моменты у меня перестаёт работать рассудок, и просто вскипает кровь.

А теперь и зрители столпились – бежать глупо.

– Эта игра из наших северных стран. Хнефатафл, можно просто тафл, – начал рассказывать Бьёрн, пока расставлял камни по полю. – Есть король, вот этот – в центре, зелёного цвета. Задача белых защитить его любой ценой – и дойти до любого из четырёх углов замка. Углы и центр поля может занимать только король. Чуете, какая важная шишка? – усмехнулся Бьёрн, подняв ко мне голову и встретившись взглядом. – Совсем как некоторые особы у нас на корабле.

– Я бы поспорила, – пробурчала я, не поддаваясь на провокацию.

Когда мы с Бьёрном заняли свои места, собравшиеся вокруг зеваки вдруг резко затихли так, что это стало осязаемо: два мага сели играть друг с другом. Только в этот момент я вдруг ощутила разницу между нами, между одарёнными и простыми людьми, не способными выйти за свои границы и стать чем-то большим… Забавно.

Прежде я не чувствовала себя так, не смотрела свысока на людей в поместье, а здесь, на забытом нашими богами судне, направляющемся в чужую страну, это стало хоть какой-то точкой опоры. Я не пустое место. Я сильный маг огненной стихии, и пусть лучше ко мне относятся со страхом, чем с пренебрежением. Пора доказать это и Бьёрну.

Со мной надо считаться!

– Задача чёрных взять короля в плен, – продолжил мой противник, закончив расстановку. – Окружить с четырёх сторон – или прижать к любой из стен и окружить с тех, что остались открытыми. Вот и все правила. Любой другой камень, простой, считается взятым в плен, если его окружили с двух сторон. Король ходит и участвует в боях, как и любая другая фигура. Важно не забывать, что он зелёный, но играет за команду белых. Задача на внимательность и контроль. В последней партии Хасан открыл поле так, что я бы выиграл следующими двумя шагами. Без вариантов. Можно было не доигрывать.

– Как двигаться? – Я изучала расставленные камни, пытаясь ничего не упустить, но правила действительно звучали несложно.

– На любое количество клеток, нельзя по диагонали. На одну или на много – через всё поле. Нельзя пересекать центр и перепрыгивать через другие камни.

– Кажется, что это просто.

– Это правда просто, – улыбнулся Бьёрн с коварством воина, готового взять «короля» в плен. – Желаете начать за белых, кирия ди Мори? Забыл сказать. Чёрные ходят первые.

Если я правильно поняла, то Хасан проиграл только потому, что бездумно бросился в бой, когда стоило выжидать и внимательнее следить за соперником. Сделаю вывод из его ошибок.

– Чёрных шестнадцать, а белых всего восемь. Девять вместе с королём. Я предпочту нападать.

– Прямо как в жизни, – усмехнулся Бьёрн, опустив на мгновение голову и посмотрев исподлобья.

– Я бы ещё поспорила, кто на кого нападает.

– Ваш ход, кирия ди Мори.