Страница 63 из 89
— Ну вот, отличный повод представить меня, — невозмутимо пожимаю плечами. — И ради твоей же безопасности лучше, чтобы я оставался рядом. Тебе бомбы в автобусе мало было? Стоило тебе отойти от меня на двадцать километров, и ты всё — снова вляпалась в проблемы.
Настя сердито сужает свои глаза.
— Вы сами сказали, что та бомба — это из-за вас, а не Мирон! Если бы не ваши разборки, я бы спокойно доехала!
Стискиваю челюсти, проглатывая этот абсолютно справедливый упрек.
— Опять выкаешь? Мы вообще-то целовались. Перед родителями твое «вы» будет звучать очень странно.
Она краснеет.
— Вы не пойдете к моим родителям.
— Пойду.
— Я сказала нет! Максим, посмотрите на себя! — она в отчаянии взмахивает руками. — Вы огромный, лысый, в черном и лицо такое, будто вы людей на завтрак едите! Я студентка-медсестра, а вы выглядите как главарь картеля!
Я молча нажимаю кнопку на водительской двери.
Центральный замок намертво блокирует все двери внедорожника.
Настя дергает ручку. Закрыто.
Она поворачивается ко мне, и в ее глазах читается абсолютная безысходность.
— Макс… пожалуйста.
Плавно останавливаюсь ровно напротив тех самых зеленых металлических ворот, на которые она только что так испуганно косилась. Глушу двигатель.
Поворачиваюсь к ней всем корпусом и смотрю прямо в глаза.
— Настя. Правила игры изменились. За тобой открыли охоту. Я не оставлю тебя одну ни на секунду. Если ты зайдешь в этот дом одна, я не смогу контролировать периметр. А если с тобой или с твоими родителями что-то случится, пока я буду сидеть в машине на улице, я себе этого не прощу.
Она сглатывает.
— Поэтому сейчас, — чуть смягчаю тон, — ты делаешь глубокий вдох, мы выходим из машины, и ты знакомишь меня со своей мамой. Я умею вести себя прилично.
Настя обреченно закрывает лицо руками и глухо стонет.
— Моя жизнь — это какой-то сюрреалистичный кошмар… Как вас хоть зовут официально? Для родителей.
— Максим Анатольевич Воронов. Владелец консалтингового агентства. Вдовец, меценат, любитель орхидей. Всё, выходим, Дюймовочка. Тебя уже встречают.
Киваю на лобовое стекло.
Калитка в зеленых воротах распахивается, и на улицу, вытирая руки о кухонный фартук, выходит невысокая, полноватая женщина. Светлые волосы собраны в пучок, а на лице написано такое же выражение легкой паники и тотальной рассеянности, как у Насти, когда она пытается попасть в вену.
Мама.
Я разблокирую двери, выхожу из машины и, обогнув капот, галантно открываю дверь перед Настей. Она вылезает на ватных ногах, глядя на мать взглядом идущего на эшафот.
— Настенька! Господи, ты приехала! — женщина бросается к дочери, обнимает ее, а затем ее взгляд фокусируется на мне.
На моем внедорожнике.
На моей бритой голове.
Женщина замирает. Ее глаза расширяются точно так же, как у дочери. Генетика — удивительная вещь.
Легальный бизнесмен внутри меня отодвигает маньяка в сторону, натягивает на лицо самую обаятельную, открытую и уверенную улыбку, на которую только способна моя изломанная психика.
Делаю шаг вперед и мягко, но уверенно протягиваю свою ладонь.
— Здравствуйте. Я Максим. Тот самый сюрприз.