Страница 89 из 109
Глава 20. Когда ты в последний раз видел меня?
Глава 20. Когда ты в последний раз видел меня?
Селеста пришла после полуночи и на этот раз не постучала в главную дверь. Она обошла Дом Безымянных со стороны узкого двора, трижды коротко ударила костяшками по стеклу нижнего окна и отступила, пряча лицо под капюшоном. Лиана в это время ещё сидела над книгами Эвелины, пытаясь понять, куда могла исчезнуть Мара после смерти матери, и сначала решила, что звук ей показался. Роэн услышал тоже. Он поднял голову, сразу потушил одну из двух ламп и только потом пошёл к окну, сунув за пояс короткий нож.
— Если это очередной посетитель с оружием, я начинаю брать плату за вход, — пробормотал он, осторожно отодвигая занавеску. Потом увидел знакомую фигуру и помрачнел ещё сильнее. — Конечно. Кто бы сомневался.
Лиана уже поднялась. За последние недели тело почти окончательно перестало напоминать о том, что однажды было мёртвым, однако после долгой работы всё ещё появлялась слабость, и она привычно опёрлась ладонью о край стола, пока Роэн открывал боковую дверь. Селеста вошла быстро, сразу сбросила капюшон и закрыла створку за собой. Лицо снова изменилось. Родинка вернулась, зато линия подбородка теперь была уже прежней, селестиной, а тёмная полоса на щеке расползлась тонкими тенями почти до уха. В ушах блестели дешёвые жёлтые серьги, совершенно не подходящие к лянинскому лицу, и Лиана почему-то заметила именно их.
— Кассиан завтра утром переносит часть записей из нижнего кабинета, — сказала Селеста вместо приветствия. Она тяжело дышала, будто большую часть дороги шла пешком. — Не знаю куда. Возможно, понял, что я рылась возле шкафа, а возможно, просто решил сменить хранилище. Если хотим увидеть то, что там находится, идти нужно сегодня.
Роэн закрыл дверь на засов.
— Что именно ты нашла? — спросил он и сразу посмотрел на её руки. Оружия не было видно, но привычка проверять никуда не делась. — Не «какие-то записи». Что конкретно?
Селеста вытащила из-под плаща небольшой металлический диск. По краю шёл фамильный узор Вейров, в центре было вырезано что-то похожее на переплетённые буквы, только линии уходили одна в другую и не складывались ни в один знакомый знак.
— Это было в ящике, который открывается печатью Лианы Вейр, — ответила она. Потом посмотрела на Лиану и добавила без прежней болезненной паузы: — То есть сейчас моей рукой. Я не открывала сам шкаф. Только ящик перед ним.
Лиана взяла диск. Металл оказался холодным, а потом внутри головы сразу возникло чужое ощущение — не воспоминание, не голос, а десятки тонких нитей, натянутых в разные стороны. Она отдёрнула пальцы так резко, что диск едва не упал.
Роэн поймал его раньше.
— Значит, неприятная вещь, — заметил он и завернул металл в платок, не касаясь голой рукой. Потом посмотрел на Селесту. — Где шкаф?
— За кабинетом есть ещё одна комната, — сказала она. — Я раньше думала, там хранятся рабочие материалы. Сегодня печать на двери приняла меня как хозяйку дома, но дальше второй замок. Этот диск должен быть ключом.
Лиана смотрела на завернутый металл.
— Ты уверена, что Кассиан не оставил его специально? — спросила она. Вопрос был неприятным, но после прошлого ножа доверие не выросло настолько, чтобы можно было позволить себе красивую беспечность. — Если он уже подозревает тебя, слишком удобно оставить вещь, которая ведёт прямо к нужной комнате.
Селеста сжала губы.
— Нет, не уверена. И не собираюсь просить, чтобы ты мне поверила, — ответила она. Потом сняла плащ и бросила на спинку стула. — Но завтра утром Арвен должен прийти с двумя людьми. Я слышала, как Кассиан сказал: «старые связи больше нельзя держать в доме». Думаю, он хочет перенести всё после того, как понял, что я задаю слишком много вопросов.
Роэн нахмурился.
— Или уничтожить.
Селеста посмотрела.
— Может быть.
Лиана почувствовала знакомый холод. В памяти сразу возникла Сайра Рашт, сидящая среди детских вещей и впервые за двадцать лет вспоминающая дочь. Если записи исчезнут, они могут потерять единственный след к десяткам людей, которых Кассиан разобрал так же, как Эвелину.
— Идём, — сказала Лиана.
Роэн повернулся к ней.
— Нет.
Она подняла брови.
— Мы это уже проходили.
— Поэтому и говорю быстрее, — ответил он. В раздражении его голос стал жёстче. — Ты не входишь в дом человека, который уже один раз тебя убил, не зная, ловушка это или нет.
Лиана скрестила руки.
— А ты входишь?
— Я хотя бы не являюсь целью всей его работы.
— Очень весомое преимущество.
Селеста устало закрыла глаза.
— Если вы собираетесь повторить свою любимую ссору о том, кто кому разрешает рисковать, делайте это по дороге. Времени мало.
Роэн посмотрел на неё.
— Я всё ещё могу выгнать тебя обратно к мужу.
Селеста усмехнулась.
— Попробуй.
Лиана неожиданно рассмеялась. Напряжение не исчезло, но именно эта глупая перебранка на несколько секунд вернула ощущение нормальности, которого в происходящем давно не было.
— Все идём, — сказала она, уже надевая плащ. Потом посмотрела на Роэна и добавила, прежде чем тот успел возразить: — Ты можешь считать это моим очередным плохим решением и потом долго рассказывать, что предупреждал.
Роэн сжал челюсть.
— Если мы выживем, обязательно расскажу.
Они вышли через заднюю дверь. Ночь была холодной, без дождя, но камни мостовой блестели после вечерней сырости. Селеста шла впереди, выбирая маленькие улицы и несколько раз меняя направление. Карету они не брали. Любой знакомый кучер мог привести вопрос к дому Вейров, а незнакомый через час забудет пассажиров, но сама поездка всё равно останется в дорожной ведомости. Роэн настоял на пешем пути. Селеста не спорила. Лиана шла рядом с ним и время от времени ловила себя на том, что смотрит не на дорогу, а на фигуру впереди.
Раньше она знала походку Селесты только как чужую. Молодая любовница Кассиана двигалась чуть быстрее, чем требовалось, легко, почти вызывающе, словно город всегда уступит дорогу. Теперь в этом движении появилось что-то другое. Иногда Селеста поправляла капюшон старым жестом Лианы, а через несколько шагов резко одёргивала руку и делала иначе. Даже тело училось заново решать, кому принадлежит.
— Ты всё время это замечаешь? — спросила Селеста, не оборачиваясь. Видимо, почувствовала взгляд.
Лиана не стала притворяться.
— Да.
— Раздражает?
Она подумала.
— Иногда.
Селеста кивнула.
— Меня тоже.