Страница 82 из 109
Потому что сейчас перед ним сидела та часть системы, которая требовала ремонта.
— Ты всегда раздражался, когда я задавала много вопросов? — спросила Селеста.
Кассиан нахмурился.
— Что?
— До всего этого.
Он сел на край кровати.
— К чему ты ведёшь?
— Когда я жила у сада. Когда ты приезжал ко мне тайком. Когда у меня был зелёный диван, Нериса, эта шкатулка и собственное лицо.
Она указала на стол.
— Тогда тебя тоже раздражали мои вопросы?
Кассиан посмотрел на шкатулку и сразу отвёл взгляд.
— Иногда.
— Какие?
— Я не веду перечень.
— Я спрашивала, когда ты уйдёшь от жены.
Он сжал челюсть.
— Да.
— Это раздражало?
— Иногда.
— А когда спрашивала, любишь ли меня?
— Селеста.
— Что?
— Мы уже прошли этот этап.
Она почувствовала почти физическое отвращение к словам.
— Какой этап?
— Когда отношения нужно постоянно доказывать.
Селеста рассмеялась.
— Отношения.
Кассиан посмотрел внимательнее.
— Что с тобой?
— Ничего.
— Опять лицо?
— Нет.
Она села.
Подтянула колени.
— Просто вспоминаю.
— Что?
— Нас.
Кассиан поморщился.
Вот.
Настоящее раздражение.
Селеста увидела и почему-то успокоилась.
— Тебе неприятно, — сказала она.
— Мне непонятно, зачем возвращаться к вещам, которые больше ничего не меняют.
— Потому что они были.
— Никто не спорит.
— Но тебе они не нужны.
Кассиан поднялся.
— Селеста, я устал.
— Не уходи.
Он остановился.
Она сама удивилась, насколько спокойно прозвучало.
— Ответь на один вопрос.
Кассиан посмотрел.
— Какой?
Селеста опустила ноги на пол.
— Когда ты впервые решил, что во мне нужно менять?
Молчание.
Она ждала.
— Не понимаю вопроса, — сказал он наконец.
— Понимаешь.
Селеста коснулась волос.
— Волосы ты почти не трогал. Они были похожи.
Потом щеки.
— Нос изменил. Скулы. Голос.
Пальцы остановились возле родинки, которой сегодня не было.
— Добавил это.
Она посмотрела прямо.
— В какой момент ты посмотрел на меня и подумал, что Селесты недостаточно?
Кассиан раздражённо провёл ладонью по лицу.
— Это не было так.
— Как?
— Я не исправлял тебя.
— Нет?
— Я усиливал совместимость.
Селеста рассмеялась.
— Совместимость с чем?
Он молчал.
— С тобой?
Она встала.
— Или с женщиной, которую ты хотел получить?
— Я хотел, чтобы всё работало.
— Что именно?
— Мы.
— Какие «мы»?
Кассиан отвернулся.
Селеста подошла.
— Ты раздражался на мой смех до того, как сделал его её?
Он нахмурился.
— Не помню.
— На мой голос?
— Нет.
— На то, что я любила сладкое вино?
— Это при чём?
— Лиана не любит слишком сладкое.
Он резко посмотрел.
Селеста продолжила:
— Ты перестал приносить мне те цветы, которые я любила, после первых переносов. Зато начал приносить белые.
Кассиан ничего не сказал.
— Я любила жёлтые.
Селеста почувствовала, как что-то болезненно шевельнулось внутри.
— Как мать.
Он сжал губы.
— Я не знал.
— Именно.
Она кивнула.
— Не знал.
Селеста подошла ещё ближе.
— Ты вообще не знал меня достаточно, чтобы помнить цветы.
— Это абсурд.
— Но отлично помнил, какой чай пила Лиана десять лет назад.
— Мы прожили вместе девятнадцать лет.
— Вот.
Она улыбнулась.
— Наконец честно.
Кассиан устало сказал:
— Ты опять превращаешь всё в соревнование.
Селеста замерла.
Эту фразу недавно произнесла Лиане?
Нет.
Роэн сказал Лиане.
Чужое воспоминание вспыхнуло так быстро, что Селеста даже не успела понять, откуда знает.
Она прижала пальцы к виску.
— Что?
Кассиан подошёл.
— Опять?
— Не трогай.
Она отступила.
— Я спросила другое.
— Я ответил.
— Нет.
Селеста подняла глаза.
— Ты любил меня?
Кассиан не ответил сразу.
Именно этого она боялась.
— Селеста.
— Не говори имя вместо ответа.
— Конечно, любил.
Слишком поздно.
Она почувствовала это.
— Что именно?
Кассиан нахмурился.
— Что за вопрос?
— Во мне.
— Господи.
Он отвернулся.
— Вот.
Селеста тихо рассмеялась.
— Уже тяжело.
— Потому что это бессмысленный разговор.
— Нет.
Она подошла к зеркалу.
— Тебе нравилось, что я молодая.
Кассиан молчал.
— Что восхищаюсь.
Молчание.
— Что не знаю твоих ошибок.
Она посмотрела через отражение.
— Что жду.
Кассиан сжал челюсть.
— Ты сейчас говоришь чужими словами.
Селеста замерла.
Очень медленно повернулась.
— Какими?
Он понял, что сказал.
Поздно.
— Лианы, — произнесла Селеста.
— Ты носишь часть её памяти.
— Нет.
Селеста подошла.
— Не об этом.
Голос стал тише.
— Ты услышал в моих словах её.
Кассиан молчал.
— Не меня.
Она смотрела.
— Даже сейчас.
Он попытался взять её за руку.
Селеста убрала.
— Я устала.
— Селеста.
— Уйди.
— Это моя спальня.
Слова прозвучали знакомо.
Он уже говорил их.
Селеста рассмеялась.
— Нет.
Кассиан нахмурился.
— Что?
— Спальня Лианы.
Она указала на кровать.
— Я просто временно лежу в ней.
Он побледнел.
— Перестань.
— А если перестану, другая девушка будет лежать здесь через месяц?
Тишина.
Вот теперь всё изменилось.
Кассиан не двинулся.
Селеста почувствовала, как страх становится спокойствием.
— Кто? — спросил он.
— Двадцать один.
Кассиан побледнел сильнее.
— Или двадцать четыре.
Он смотрел.
— Ты подслушивала.
— Да.
— Ты не понимаешь…
Селеста рассмеялась.
— Конечно.
Кассиан сделал шаг.
— Это резерв.
— Я знаю.
— Только если разрушение станет необратимым.
— Я знаю.
— Я не собираюсь…
— Переносить меня?
Он замолчал.