Снег и Шелк

— Где⁈ — встрепенулся Чэн Бин и схватил его за плечо. — Веди!

Обратно они добрались намного быстрее, хотя и Чэн Бин не остался невредимым, получив ранение в ногу, и заметно прихрамывал. Они с товарищем и остальными, кто уцелел и мог держаться на ногах, обыскали все плато и брошенные остатки мятежного лагеря, но командира так и не нашли — в первой атаке он слился с толпой и исчез среди сотен сражающихся.

Забыв о боли в ноге, Чэн Бин бросился к другу и, наклонившись, приник ухом к его лицу, прикрыл глаза и спустя пару мгновений сам вздохнул с облегчением:

— Слава Предкам, живой.

Чэн Бин снял плащ, осторожно перетащил раненого с холодного снега на теплую меховую ткань, и вдвоем с разведчиком они донесли его до лагеря. Чжоу Мин так и не приходил в себя, был бледен, как мрамор, и даже не стонал, когда на спуске его случайно трясли. Когда Чэн Бин опустил его на застланное чистыми тряпицами ложе в шатре и отступил, растерянно сжав руки замком, доктор Си наклонился осмотреть и почти сразу же поднял голову с не менее растерянным взглядом:

— Рана тяжелая… если он и жив, то лишь чудом.

— Он сильный. Выкарабкается, — уверенно сказал было Чэн Бин, но голос предательски дрогнул. — Доктор, спасите его, если вам правда не все равно. Без него нам не победить. И еще… его ждет жена… совсем молоденькая. Ну вы и сами знаете…

Си Чжи ничего не ответил, только нахмурился, сполоснул руки в горячей воде и принялся разрезать потемневшую и слипшуюся от крови одежду. Вошедший меч выдернули резко, сломав пару ребер, и крови оказалось много, она была везде: на одежде, на доспехах, она заливала всю грудь и живот. Генерал дышал едва уловимо, тихо, коротко, рвано, но все-таки дышал. Доктор осторожно промыл рану, наложил две тугих повязки с женьшенем и миррой одну на другую, чтобы перетянуть покрепче и быстрее остановить кровь, и вскоре к мертвенно бледному лицу молодого командира вернулся слабый румянец. Обработав мелкие царапины и порезы теплой подсоленной водой, он накрыл раненого теплыми накидками. Генерал молодой и сильный — должен выкарабкаться, только сейчас ему нужен покой.

Погибших отдали Небу на погребальном костре — хоронить в горах было попросту негде. Остатки большого войска собрались у костров в тишине: кто-то пил чай или что покрепче, согреваясь, легкораненые солдаты, не отвлекая доктора от тяжелых, сами помогали друг другу с перевязками. И в общей суете никто не заметил, как в шатер командира проскользнули два человека. Один, высокий, с холщовой сумкой на бедре, другой — коренастый, ростом пониже.

— Северяне уже разбиты. Есть ли смысл?..

— Смысл всегда есть, — спокойно отозвался высокий. — И время у нас пока тоже есть. Давай, доставай.

На слабо тлеющей жаровне в углу дымился котелок с ароматным настоем женьшеня и полыни для обработки ран — доктор оставил его здесь специально, чтобы не переносить из одной палатки в другую. Двое подошли к котелку, приподняли крышку. Невысокий задумчиво обернулся в сторону спящего генерала. Во сне Чжоу Мин казался совсем юным, разглаживались суровые складочки между бровей, длинные ресницы бросали тень на бледное лицо, но ранение было тяжелым, а битва — долгой, он так обессилел от потери крови и изматывающего боя, что даже не пошевелился, когда один из заговорщиков наклонился, чтобы прислушаться к его дыханию.

— Я не могу, — тихо сказал тот, что пониже. — Не хочу.

— Что ты скажешь, когда надо будет отправить к Предкам девчонку? Тоже «не хочу»? Зря я тебе доверился. Глядишь, ты еще выдашь нас кому-нибудь.

Коренастый вздохнул, поджав губы. Высокий тем временем вытащил из сумки мешочек и высыпал содержимое в котелок с лечебным настоем.

— Будет странно, если он прямо сейчас умрет, — прошептал его спутник.

— Он довольно тяжело ранен. Будет удивительно, если выживет.

Невысокий вздохнул тяжело и обреченно. Из котелка поднималась тонкая струйка серебристого дыма, а по тонкому, красивому лицу спящего командира вдруг скользнула болезненная судорога, он вздрогнул, не открывая глаз, и с его губ сорвался короткий тихий стон.

Высокий зачерпнул из котелка глубокой ложкой и уже почти поднес к приоткрытым губам раненого, как неожиданно за тонкой тканевой стенкой мелькнула чья-то тень, и совсем рядом послышались шаги.

— Кто-то идет сюда, — шепотом ругнулся убийца и, расплескав лекарство с ядом, схватил своего пособника за рукав и потащил наружу через другой выход.