Страница 86 из 134
Глава 14. Цена ошибки
Глава 14. Цена ошибки
Документы из Королевской канцелярии привезли в архив в трех запечатанных ящиках.
Леди Маэр потребовала, чтобы каждую печать вскрывали при представителе комиссии, Олдене и архивном хранителе. Леонар выполнил вчерашнее обещание полностью: внутренняя переписка, сопроводительные листы, журналы регистрации, копии распоряжений и материалы по трем выплатам, которые Кассиан успел остановить перед смертью.
Ничего не исчезло.
По крайней мере ничего, отсутствие чего мы уже могли заметить.
Именно это раздражало больше всего.
Если Леонар был причастен, он вел себя совсем не так, как человек, которого расследование прижало к стене. Он не ограничивал доступ. Не пытался заменить документы. Не требовал объяснить каждое действие комиссии. Наоборот, присылал то, что мы просили, быстрее некоторых нейтральных государственных управлений.
А если не был причастен, мы теряли человека с самым понятным политическим мотивом.
Я заставила себя прекратить думать в этих категориях.
Неудобный подозреваемый не становился невиновным.
Удобный — виновным.
— Первый ящик относится к текущим выплатам, — сказал архивный служащий. — Второй к внутренней переписке за последние полгода. Третий к государственным распоряжениям, которые вы указали в запросе.
Маэр кивнула.
— Начнем с текущих выплат. Они непосредственно связаны с последними действиями Кассиана.
Мы заняли большой стол в отдельной рабочей комнате.
Ивара сегодня не было.
После признания его перевели под охрану комиссии, и Маэр решила, что к документам он вернется только после завершения полного официального показания. Это было разумно.
Мне его не хватало.
Не как человека, которому я полностью доверяла. До этого было далеко.
Как архивиста, который за несколько секунд мог объяснить, что означает странная отметка, почему документ оказался в этом фонде и какое слово использовали чиновники двадцать лет назад вместо современного.
Теперь большую часть подобных вопросов приходилось задавать хранителю Марену.
Он отвечал терпеливо, но медленно.
Первый пакет касался поставок строительного камня.
Решение Совета было настоящим.
Сумма — настоящей.
Получатель — компания, существовавшая уже двенадцать лет.
Печать без дефекта.
Ничего интересного.
Второй тоже.
На третьем я остановилась.
Номер я помнила.
Один из пяти документов, которые Лиара копировала перед последней встречей с Кассианом.
Поставка металлических деталей для государственных складов.
В архивном экземпляре стояла фальшивая печать с разрывом слева.
В канцелярском пакете лежало значительно больше бумаги.
Служебная записка финансового управления.
Протокол Совета.
Предварительный расчет.
Сопроводительный лист.
И короткая записка на плотной кремовой бумаге.
Всего одна строка.
«Согласовать без задержки. Л. Грейс».
Ниже стояла небольшая личная печать канцлера.
Я перечитала.
Потом еще раз.
— Маэр.
Она подошла.
Я показала записку.
Ее лицо почти не изменилось.
— Вижу.
— Это его подпись?
Марен посмотрел.
— Да. И личная служебная печать.
— Не общая канцелярская?
— Нет. Такие используются только в кабинете канцлера для внутреннего движения документов.
Я почувствовала, как несколько линий дела наконец начинают сходиться.
— Значит, этот пакет прошел через Леонара лично.
Маэр ответила осторожнее:
— Это означает, что он видел некий пакет, к которому относилась записка.
— Она лежит внутри этого.
— Сейчас лежит.
Я посмотрела на нее.
— Вы считаете, документы могли перемешать?
— Я пока ничего не считаю.
Я услышала собственную интонацию в ее ответе.
И все равно раздражилась.
— Есть регистрационный номер.
На записке стоял тот же номер распоряжения.
Марен подтвердил.
— Номер совпадает.
— Тогда Леонар лично распорядился провести документ без задержки.
Маэр посмотрела на меня.
— Это уже интерпретация.
— Здесь буквально написано «согласовать без задержки».
— Не написано, какую сумму он видел и какие приложения находились в пакете в момент, когда оставил записку.
— Решение Совета относится именно к этой поставке.
— Да.
— Поддельный архивный документ тоже.
— Да.
— И сейчас мы имеем личное указание канцлера ускорить согласование этой же выплаты.
— Да.
Я почувствовала неприятное нетерпение.
После нескольких дней «может быть», «нужно проверить» и «пока не знаем» наконец появился предмет, связывавший Леонара не с должностью и не с огромной системой, а с конкретным подозрительным распоряжением.
— Нам нужно сравнить остальные.
Маэр не стала спорить.
Через полчаса мы нашли вторую записку.
Не на каждом пакете.
На другом подозрительном распоряжении, пятилетней давности.
Леонар тогда уже был канцлером.
Формулировка отличалась:
«Проверено. Исполнить в установленный срок».
Подпись.
Личная печать.
Третий пакет дал только подпись в журнале внутреннего движения.
Четвертый ничего.
Пятый снова содержал короткую резолюцию.
Три документа с фальшивой королевской печатью имели подтвержденную отметку из личного кабинета канцлера.
Я разложила их рядом.
— Теперь это уже не один случай.
Олден подошел к столу.
— Подписи подлинные?
— Марен считает, что да.
— Я считаю, что похожи на подлинные, — поправил хранитель. — Экспертизу проводит не архив.
Олден взял образцы.
— Сделаю.
Маэр стояла, скрестив руки.
— Вера, сформулируйте, что именно мы сейчас знаем.
Я начала:
— Три распоряжения из группы документов с фальшивой королевской печатью проходили через личный кабинет канцлера.
— Точнее.
Я почувствовала раздражение.
— На трех канцелярских пакетах стоят подлинные или очень похожие на подлинные резолюции Леонара Грейса.
— Лучше.
— Две резолюции прямо требуют исполнения или ускорения.
— Да.
— Все три относятся к документам, по которым государство позднее выделяло деньги или материалы в измененном по сравнению с решением Совета объеме.
Маэр кивнула.
— Вот это факт.