Страница 58 из 134
Я проводила его взглядом.
Ариан оказался рядом через минуту.
— О чем говорил канцлер?
— О том, что при подтверждении моей невиновности потребует пересмотра обвинения, а при подтверждении вины — суда.
— Очень в его стиле.
— Вы ему доверяете?
Ариан посмотрел в сторону Леонара.
— Как канцлеру — настолько, насколько вообще можно доверять человеку, который двадцать лет занимается политикой.
— Исчерпывающий ответ.
— Вы ожидали другого?
— Нет.
Председатель Совета попросил всех занять места.
Ариан ушел к длинному столу.
Я осталась у стены.
Король появился через другую дверь.
Я видела его впервые.
Он был старше Леонара, вероятно, за шестьдесят. Высокий, очень худой, с почти полностью седыми волосами. На нем не было короны, только темный официальный костюм и небольшой золотой знак драконьего рода у воротника.
Он выглядел хуже, чем должен выглядеть человек, которому несколько дней назад сообщили о смерти старшего сына.
Но голос оставался твердым.
— Начнем.
Первые полчаса меня почти не касались.
Зачитали медицинское подтверждение смерти Кассиана.
Формально объявили о прекращении его полномочий как наследного принца.
Потом председатель Совета открыл древнюю книгу и зачитал порядок наследования.
Я слушала внимательно.
После смерти первого наследника право переходило следующему прямому члену королевского рода, если не существовало юридических препятствий.
Следующим был Ариан.
Все выглядело просто.
До момента, когда один из советников поднялся.
— Перед подтверждением наследования Совет обязан рассмотреть обстоятельства последних отношений между двумя принцами.
Ариан не изменился в лице.
Король спросил:
— На каком основании?
Советник открыл папку.
— На основании свидетельских показаний о серьезном конфликте между наследниками за два дня до смерти принца Кассиана.
В зале стало заметно тише.
Я медленно выпрямилась.
Вот почему меня вызвали.
Не из-за моего дела напрямую.
Из-за Ариана.
Председатель Совета сказал:
— Имя свидетеля.
— Глава дворцового протокола господин Дорен Хаст.
Я видела его один раз в коридоре.
Полный мужчина с густыми седыми бакенбардами.
Сейчас он вошел через боковую дверь и занял место перед Советом.
После клятвы говорить правду председатель спросил:
— Вы присутствовали при разговоре принцев Кассиана и Ариана два дня до смерти первого наследника?
— Частично.
— Что значит частично?
— Я вошел в малую библиотеку, когда разговор уже шел.
— Они были одни?
— Да.
— Как вы определили, что между ними происходил конфликт?
Дорен осторожно посмотрел на Ариана.
— Они говорили громко.
— Слова помните?
Он помедлил.
— Некоторые.
— Какие?
Я заметила, как Ариан перестал двигать лежащий перед ним карандаш.
— Принц Кассиан сказал, что не позволит вмешиваться в свое решение. Принц Ариан ответил, что это касается не только его.
— Что именно касалось?
— Я не знаю.
— Продолжайте.
— Потом принц Кассиан сказал: «Ты не получишь то, чего хочешь, только потому, что решил, будто понимаешь лучше меня».
В зале кто-то едва заметно зашевелился.
— Ответ принца Ариана?
Дорен опустил глаза.
— Он сказал: «Если продолжишь так, ты можешь вообще не дожить до момента, когда придется выбирать».
Молчание стало абсолютным.
Я посмотрела на Ариана.
Он не отвернулся.
Никакого возмущенного отрицания.
Это мне не понравилось больше, чем если бы он вскочил.
Председатель спросил:
— Вы уверены в формулировке?
— Да.
Я автоматически отметила.
Уверенный свидетель.
Снова.
Но теперь ставка была другая.
— Что произошло после? — спросил председатель.
— Я дал понять, что вошел. Принцы прекратили разговор.
— Вы сообщили кому-нибудь?
— Нет. Ссоры внутри семьи не являются делом протокола.
Леонар спокойно спросил:
— Господин Хаст, слышали ли вы какие-либо слова до фразы принца Кассиана о выборе?
— Нет.
— Следовательно, не знаете, что именно обсуждалось?
— Нет.
— Видели угрозу оружием?
— Нет.
— Физический конфликт?
— Нет.
— Спасибо.
Канцлер не защищал Ариана.
Он просто ограничил показание тем, чем оно являлось.
Снова правильно.
Председатель повернулся к Ариану.
— Вы подтверждаете разговор?
— Да.
По залу прошел тихий шепот.
Король ничего не сказал.
— Подтверждаете указанную фразу?
— Не дословно. Но смысл был близким.
Я почувствовала неприятный холод.
— Объясните смысл, — потребовал председатель.
Ариан немного помолчал.
— Кассиан собирался лично участвовать в поездке на Северный рубеж через несколько дней.
— И?
— До этого он дважды переживал тяжелые приступы после обращения.
Эван, сидевший ближе к концу стола, резко поднял голову.
Вот теперь раскрылась часть медицинской тайны.
Ариан продолжил:
— Я узнал об одном из приступов случайно. Не знал всего диагноза, который услышал только после смерти. Но понимал, что брат рискует. Мы спорили, должен ли он ехать.
Это имело смысл.
Но пока только как объяснение.
— Фраза о том, что он может не дожить до выбора? — спросил председатель.
— Я говорил о том, что он может погибнуть в дороге или во время обращения, если продолжит игнорировать состояние.
— Почему господин Хаст услышал это как угрозу?
Ариан посмотрел на свидетеля.
— Это вопрос к нему.
Дорен напрягся.
Председатель вмешался:
— Ваше высочество, сейчас вопрос к вам.
— Тогда ответ тот же. Я не знаю, как другой человек интерпретировал часть разговора, не слышав его начала.
С точки зрения логики это было верно.
С точки зрения политики — почти бесполезно.
Потому что в зале уже прозвучала угроза смерти.
И через два дня Кассиан умер.
Председатель продолжил:
— Был ли между вами конфликт по вопросам наследования?
— Нет.
— По решениям Совета?
— Да.
— Каким?