Выдать принца замуж

Глава 26

Когда на улице стемнело, настало время вести мужей в шатер. Перед тем Лукреция смыла пот после тренировки, надела новый нарядный халат, отделанный узкими полосками кружева, и такой же кружевной лентой повязала волосы собранные в высокий хвост. Лукас ждал ее у себя, так что сначала девушка зашла за младшими мужьями. Албаз уже ждал ее в гостиной, южанин был одет как всегда скромно, без украшений и был занят тем, что помогал намотать тюрбан Итаю.

– А где Руол? – улыбнулась Лукреция и выправила длинный подол бурнуса, который мальчик умудрился прижать поясом.

– Одевается, – пожал плечами Албаз.

Принцесса решительно подошла к двери, собираясь постучать и поторопить младшего мужа, но створка распахнулась, пропуская слугу, а следом вышел Руол. Лукреция уже привыкла, что юноши Занира напоминают разноцветных птичек, одетых в яркие ткани, звенящих украшениями и побрякушками, но от женатых мужчин ждали большей солидности и скромности. Да и единообразный синий цвет оставлял меньше возможностей для кокетства, но Руол умудрился даже в полностью закрытом одеянии выглядеть привлекательно и маняще.

Принцессе очень хотелось возвести глаза к небу, но она сдержалась, понимала, чем вызван такой вид. После заключения брака, несколько дней принцесса каждый день обедала с новыми супругами, уделяла внимание, дарила им маленькие подарки, отвлекая от того факта, что ночует она в гареме Лукаса и не собирается ничего менять. Руол сначала старался соблазнить госпожу, потом обижался, а вот сегодня видимо решил, что настало время показать себя другим воительницам и вызвать ревность супруги.

Вызвать столь низменное чувство красавцу не удалось, а вот привлечь внимание других воительниц получилось. Пока принцесса с мужьями шла к праздничному шатру, несколько завзятых сплетников уже разнесли весть о том, какой красавец живет за стенами нового гарема. Несколько воительниц даже подошли ближе, чтобы полюбоваться, и Руол воспользовался моментом, играя скромника с потупленными глазками и одновременно чувственно покачивая бедрами.

У шатра Лукаса торжественно встретили отцы. В этот день он был единственным новобрачным, получившим высокое звание старшего мужа, так что у входа в шатер собрались все мужья Матери, супруги его сестер и вообще женатые родственники королевской семьи. Женщины оставались за барьером и развлекались как умели. Юношей в шатер не пускали, поэтому множество фигур в ярких покрывалах внезапно «вышли погулять» в королевский сад, а воительницы с удовольствием на этот цветник любовались.

Лукреция чувствовала себя неуютно: ее дамы отвлеклись, обучая сестер принца крокету, и принцесса чувствовала себя одинокой. В этот момент к ней подошла незнакомая рослая воительница и коротко представилась:

– Воительница Ирисса.

– Принцесса Лукреция.

– Я вижу богиня облагодетельствовала принцессу красивыми мужьями.

– Да, мой гарем радует взор и тешит сердце, – вежливо отвечала принцесса.

– Я слышала, что Мать позволила принцессе выбрать пятерых мужей…

Следующие полчаса Лукреции пришлось отбиваться от настойчивого желания воительницы пристроить в гарем принцессы младшего брата. Потом подошла другая дама и сходу предложила в гарем юного сына, третья готова была поделиться мужем. Последняя заинтересовала принцессу, и она предложила даме выпить кофе, чтобы за разговором узнать подробности.

Оказалось, в Занире существовали обычаи, позволяющие мужьям переходить из гарема в гарем. Во-первых, воительницы могли сразиться за красивую «игрушку», если мужчина не имел статуса старшего мужа или вообще был наложником или родичем. Во-вторых, мужчины тоже имели право выбора и могли сменить супругу подав жалобу на «плохое обращение». Причем если в простых семьях к «плохому обращению» относились побои, недоедание или ущемление в деньгах, то в семьях, приближенных ко двору причиной могло стать отсутствие кармина на туалетном столике, или пропущенный визит супруги. Впрочем, женщины тоже могли указать на безалаберность, лень или болтливость мужа, но тут закон был суров: проштрафившийся получал наказание, а жена – штраф, за ненадлежащее воспитание супруга и только после третьего обращения его признавали «неисправимым» и возвращали родителям.

Узнав множество нюансов и подробностей Лукреция уяснила, что она может предложить Руола в супруги менее высокопоставленной воительнице, сказав, например, что такого красавца ей содержать не по карману, но это будет уроном ее репутации, как и все другие варианты развода.

В общем ночь прошла вполне продуктивно, а на рассвете полы шатра распахнулись, и отцы вывели утомленного Лукаса, лицо которого было прикрыто белой тканью. Принцесса тотчас подхватила мужа под руку, велев Албазу поддержать старшего супруга, с другой стороны. Вдвоем они довели принца до гарема, уложили в постель и Лукреция осталась рядом с ним, велев Хикмету проводить младших супругов в их жилище.

Это была странная ночь: принцу нельзя было напрягаться и беспокоить тонкую ткань закрывающую лицо, а принцессе хотелось прижаться к нему и высказать все волнение, которое она пережила, пока Лукас был в шатре. Сначала они стискивали руки друг друга, иногда позволяя пальцам оплести запястье, потом Лукреция принялась целовать ладонь мужа, покусывать пальцы, для удобства распахнула домашнюю накидку и потерялась в желании потрогать и поцеловать все, до чего успела дотянуться!

Утром чутко спящую девушку разбудил Хикмет. Скромно опуская глаза хранитель гарема доложил, что в гареме все в порядке, и младшие супруги готовы помогать госпоже во всем. Принцесса вначале не поняла, о чем идет речь, а потом сообразила: начинаются сборы уезжающих, церемония была последним торжественным мероприятием в этом году! Теперь у нее будет куда больше хлопот и помощь мужей понадобиться безо всякого сомнения.

Следующие несколько дней слились в череду забот, и принцесса совсем позабыла про младших мужей. Вечерами она приходила в гарем Лукаса, падала на постель и засыпала, не тратя время даже на легкие ласки. Случалось, что муж раздевал ее и обтирал влажной тканью, а утром поил кофе с печеньем, ведь позавтракать в кругу своих дам Лукреция совершенно не успевала.