Телохранитель

— Пуля, ты режешь меня без ножа, — тихо смеётся Андрей, щекотит меня в ухо.

Я даю ему время собраться с мыслями, пока я касаюсь языком его солоноватого плеча. Чувствую, что хочет что-то сказать, но смущается, или и правда не привык разговаривать о том, что происходит внутри.

— Мне с тобой очень хорошо…

Снова шепчет, будто мы не одни в этой квартире и нас может кто-то случайно услышать.

— Я надеюсь, что нам всегда будет так хорошо… Я так долго тебя искал… Я ведь где только не был…

Пауза. Мне очень спокойно и тепло, но снова мало.

— С тобой раньше никогда такого не бывало?

— Конечно, нет, — водит губами по моему виску, коротко чмокая.

— А почему ты выбрал именно меня? — спрашиваю еле слышно, а сердце дрожит.

Сейчас я либо помогаю ему преодолеть барьер смущения, либо, как с Юрой, рискую разочароваться и порчу то, что уже имею.

— Ты думаешь я тебя выбирал? — шепчет горестно, — Нет. Просто почувствовал, что моя любимая носит странные туфли, строит из себя капризную богачку, почему-то живёт с другим мужчиной и не видит меня, хотя я стою всего в паре метров... А дальше… всё как-то само…

Теперь я знаю, что происходит в груди, когда результат превосходит ожидание. Чувств слишком много, они такие яркие и рвутся наружу, накрывая меня лавиной.

— А почему ты меня выбрала? — шепот звучит ещё тише и ещё взволнованней.

— Я не знаю… — отвечаю честно, я тоже об этом думала, — Наверное, почувствовала, что мой любимый носит дешевый костюм, который ему не нравится, стоит в паре метров от меня, и смотрит так, что невозможно перед ним устоять, хоть он и хочет казаться каменным и незаинтересованным.

Сложно сказать, остался ли Андрей доволен моим ответом, короткие поцелуи ровно такие же, как за минуту до этого. Решаю добавить немного подробностей.

— Хочешь расскажу, почему упала с гамака? — говорю громче, прикусывая губы в неловкой улыбке.

— Расскажи…

Задерживаю дыхание, облизываю губы и стараюсь удержать в себе смех.

— Наверное мне напекло голову, и я внезапно представила, что в саду, кроме нас, больше никого нет, сейчас ты снимешь с себя пиджак и галстук и подойдешь ко мне за бутылкой холодной воды, но вместо того, чтобы приложиться к горлышку — приложишься к моим губам, а твои руки будут гладить и сжимать моё тело. В общем, я переволновалась, испугалась и рухнула на траву.

— Чего? — ржёт Андрей, ухо и шея снова покрываются мурашками, — За пол часа до этого ты на меня кричала и уволила несколько раз подряд!

— Пол часа! Целая вечность в нашем непростом, сумасшедшем мире! — хмыкаю иронично, но тут же становлюсь серьезнее и мягче , — Мне понравилось, как ты сорвал яблоко над моей головой. Почему-то очень хорошо запомнилось, как твоя кисть отпускает пару красных яблок в мою белую юбку. Получается, сначала мне понравились твои руки, а потом — ты.

Улыбаюсь, мне кажется это очень забавным, но Андрей больше не смеётся — глубоко вздыхает и прижимает меня к себе совсем крепко, грудь касается груди и вибрирует теплом, лопатки обжигают горячие ладони. Сейчас я как никогда отчетливо ощущаю, что не сошла с ума и не помешалась под действием гормонов, а люблю. Хоть до сих пор ничего о нём не знаю.

— Теперь есть что-то приятное, что ты могла бы вспоминать? — тихо спрашивает Андрей.

— Угу, — мурчу довольной кошкой.

— Тогда иди сюда! Ты кое-что мне обещала! — в мгновения ока я оказываюсь закинутой на его плечо, от неожиданности и небывалой лёгкости, с которой он это провернул, душа мгновенно уходит в пятки.

— Нет! — смеюсь, выкручиваюсь, сползаю вниз, цепляюсь ногами за его бедра, держусь за шею и остаюсь на нём висеть, — Я передумала! Мы недостаточно хорошо знакомы!

— Да что вы говорите? — Андрей целует меня в губы и сразу отводит голову назад, в глазах скачут искры, — Случайно не ты мысленно отымела меня на гамаке у бассейна в первую же совместную прогулку?

Я заливисто смеюсь, он несет меня спиной вперед, к кровати.

— Хоть бы намекнула! Я может быть тоже что-нибудь представил, — продолжает немного обижено.

— А ты нигде не представлял? — спрашиваю кокетливо.

— Везде представлял.

Сердце делает новое: «Ух», когда он сбрасывает меня с себя и моя спина врезается в матрас, и ещё одно: «Ух», когда он не укладывается сверху, а упирается в кровать коленями, медленно двигается ко мне, захватывает мою левую ногу, поднимает её к своему плечу и неспешно целует внутреннюю поверхность стопы, к щиколотке и выше, к колену. Удивительно, как надежно держится мой вафельный пояс.

— Молчанов Андрей Игоревич, пятнадцатое ноября тысяча девятьсот девяносто первого года, скорпион, — бормочет с перерывами на короткие поцелуи, — Вторая положительная, прописан в городе Новороссийск.

Он замирает на две ладони выше колена. Поднимает на меня глаза.

— Этой информации достаточно?

Я хитро качаю головой.

— Личность раскрыта не полностью, — улыбаюсь во весь рот.

— Я пришлю тебе текстом, — довольно коварно шепчет Андрей и тянется рукой к завязкам моего пояса.