Ловушка для сверчков

Внезапно рокот обрывается – двигатель заглох. Любопытно, что случилось? Чмырь облажался? Или девчонке захотелось самой порулить, а кавалер не против: ему не жаль хозяйского бэтра, да и с машиной ничего не сделается. Может, она вообще с места не стронется. А то сядет кондор за руль, покатаются они по территории, поставят машину на место и пойдут баиньки.

Упырь заинтригован. Порушить чмошнику романтическое свидание, а то и отнять у него девчонку по-любому интереснее, чем спасать какого-то полусъеденного собаками дебила. К тому же Корень приказал посмотреть, но не уточнил, где смотреть и что конкретно. Упырь направляется к Барахолке. Он пробирается по темному пространству, гоня перед собой световое пятно, топча лужайки, клумбы и жадно вдыхая цветочные ароматы и запах влажной земли. Его догоняет истошный собачий лай. Генеральские церберы учуяли нового нарушителя, но, узнав страшного врага, следуют за ним на безопасной дистанции, захлебываясь слюной и злобой.

– Тихо! – гаркает Упырь.

Собаки мешают ему прислушиваться и выдают его присутствие. А между тем впереди вновь заводится двигатель бэтра и тут же глохнет.

Добравшись до Барахолки, выложенной фигурной плиткой, Упырь останавливается, чтобы оценить обстановку. Ночные охотники не преследуют добычу, они ее скрадывают. Он видит, что крышка водительского люка бронетранспортера поднята, и решает подобраться сзади, с кормы, где его не будет видно, забраться на броню и обрушиться в люк, как божья гроза. Он крадется вперед. Собаки не отстают. Когда Упырь подкрадывается к бэтру почти вплотную, крышка люка захлопывается. Долбаные собаки!

Голос сзади:

– Тихо! Сидеть!

Собаки замолкают. Упырь оборачивается, освещает подходящего человека. Это кондор Гена, тот самый, который предположительно сидит в это время в бэтре.

– Мы решили, это тебя собаки порвали, – говорит Гена.

Упырь только хмыкает.

– Я часа два назад слышал, как ты их дразнишь, – говорит Гена. – Потом слышу, снова лают. «Чего ему не спится?» – думаю. Потом вопит кто-то. «Ну, – думаю, – собачки наконец набрались храбрости». Вышел – темнота. Ребята тоже проснулись. Коля пошел посмотреть, кого задрали, а я сюда… Почему стоим?

– Думаю. Хотел врасплох застать, твои зверюги помешали.

– А кто там, в машине?

– Я думал, ты.

– С какого бодуна?

– Ладно, – говорит Упырь, – пока здесь постой, а я попытаюсь с ними поговорить.

Он обходит бронетранспортер сбоку и останавливается в свете фар метрах в пяти перед носом машины. Подходить ближе нет смысла – изнутри его просто не увидят. Массивный носовой бронелист и высокий клиренс мешают обзору на близком расстоянии. Упырь машет руками, привлекая внимание. Безрезультатно. Он достает из кармана платок и машет им, показывая, что пришел для переговоров. Затем вытягивает перед собой ладони плашмя, правая поверх левой. Поднимает верхнюю и ставит перпендикулярно к нижней. Изображает поднятую крышку люка. Это приглашение: открой, поговорим. При наглухо закрытых люках они не услышат ни слова, как ни ори. Упырь ждет. Через минуту крышка командирского люка приподнимется. Слышен щелчок, когда ее фиксируют в полуоткрытом положении. К сожалению, щель слишком узка, чтобы в нее мог протиснуться мужик его комплекции.

Голос из люка:

– Чего надо? Отвали.

Ни хрена себе расклады! Упырю кажется, что он слышит голос наглого карлика. Да нет, быть не может… Как бы тот сюда забрался? Упырь спрашивает:

– Ты кто? С кем говорю?

– Со мной.

Ответ с подковыркой, насмешкой. Знакомый нахальный и самоуверенный тон. Точно карлик. Сомнения нет. Тот самый нахальный урод. Что он задумал?

– Прости, друг, сразу не узнал, – говорит Упырь.

Молчание. Упырь вынужден продолжать:

– Как голова, друг? Сочувствую. Сучара этот Сом здорово тебя уронил…

– Тебе-то что?

– Мне особо ничего. Обидно, что клевую игру сорвал. Да и тебе забашлять не дал. Вообще-то, ребята думают скинуться, – врет Упырь. – Вроде как компенсация…

Молчание.

– Скажи-ка, друг Купачупа… – меняет тему Упырь.

– Обращайся по имени, – перебивает его наглый карлик.

– Кабы знал…

– Карлом кличут.

– Понял. Скажи-ка, друг Карл, что ты делаешь в этой железке?

– А ты как думаешь?

– Без понятий.

– Сваливаем отсюда. Подальше от вас, сволочей.

– Во как! А ты у дяди Саши спросил разрешения?

– Это еще кто такой?

– А вот он перед тобой.

– Ну и что с того?

– А то, что дядя Саша вас не выпустит.

– Ну-ну, – говорит карлик. – Посмотрим, как он бэтр остановит.

Скрежещет стартер. Рокочет оживший двигатель. Завывает турбина – водитель добавляет газу.

– Отвали, дядя Саша, – приказывает карлик. – Трогаемся.

– Неужто задавишь? – спрашивает Упырь.

– Тебя-то? Легко.

– Не побоишься?

– Хорош трепаться. Отвали, не то вини себя.

Упырь усмехается. Приказать-то отмороженный карлик прикажет. А водитель? Это не армия, гражданский не выдрессирован исполнять приказы не раздумывая. Осмелится сбить человека? Десять к одному – кишка тонка.

Люк захлопывается. Клацает стартер. Завывает турбина. Скрежещут шестерни в коробке передач. Собаки вскакивают на ноги, заливаются лаем. Упырь стоит непоколебимо, как бронзовый памятник: дави, если осмелишься. Бэтр дергается на месте. Двигатель глохнет.

– Ни хрена себе балет! – кричит Гена, перекрикивая собак. – А ежели б он вперед рванул?

Упырь пожимает плечами.

– Это тебе не «порш» со старт-контролем. Кто умеет, всегда отскочит. Угомони собак.

Он знает, что в первые секунды бронетранспортер движется очень медленно – один-два километра в час. Кричит:

– Эй, Карл!

Молчание.

– Эй, Карл!

Проходит около минуты – вероятно, внутри совещаются. Наконец карлик снисходит до отклика:

– Чего тебе?

– Ты так не шути опасно. Тебя мама не учила, что убивать людей нехорошо? За это срок дают.

– А тебя, вижу, в армии не учили: не стой перед бэтром.

– Давай поговорим.

– Не о чем.

– Кто там у тебя за рулем? Совет хочу дать твоему водителю.

– Советы я сам даю.

– Да ну?! Где научился? Служил?

Молчание. Упырь спрашивает:

– Это случаем не Василий у тебя в стажерах?

– У него и спрашивай.

– Вася! – зовет Упырь. – Отзовись!

Молчание.