Ловушка для сверчков

Лиса пытается представить, изготовление каких предметов мог когда-нибудь видеть мальчик, живущий в таких условиях, как этот, и ничего не приходит на ум. Наконец находит:

– Видел, как пирожки пекут?

Охотник мотает головой: не видел.

– Знаешь хотя бы, кто их печет?

– Дома Нюша, а здесь не знаю. Здесь еще не пекли пирожки.

– Очень хорошо. – Лиса рада, что отыскала хоть одну зацепку. – Значит, ты понимаешь, что прежде не было никаких пирожков, а потом Нюша взяла и испекла, вот они и появились. Точно так же не было солнца, пока его не сотворил Аллах. И не только солнце, но все вещи на свете. И людей, и животных, и растения…

– Это мама приказала Нюше, чтоб она испекла, – говорит Охотник.

– Аллаху никто не приказывал. Он сам распоряжается всем, что только есть в нашем мире. И нами, людьми, тоже.

– Мой папа генерал, – гордо говорит Охотник. – Им никто не распоряжается. Он всем приказывает.

– А Аллах управляет звездами и планетами, ангелами, всеми людьми и животными. Ни один волос не упадет без его воли. Он видит все вокруг – твои дела, хорошие и плохие, и даже то, что прячешь под подушкой.

– Я ничего не прячу, – бурчит Охотник. – А сейчас он на меня смотрит?

– Конечно, – говорит Лиса. – И ему не нравится, что ты стреляешь в уток. Может наказать.

– Я его не боюсь! – кричит Охотник. Задирает голову вверх, высовывает язык, дразнит: – Бу-бу-бу…

– Глупо и недостойно, – тихо говорит Лиса. – Ты еще об этом пожалеешь. А мне очень неприятно с тобой разговаривать.

Она срывает с лица и отбрасывает маску, отворачивается, уходит от Охотника сердитым стремительным шагом, который яснее слов выражает ее огорчение и негодование.

– Ну и иди! – кричит вслед Охотник. – Не очень-то и нужна.

Лиса скрывается в зарослях, и в этот миг Охотник вспоминает, что она и есть та добыча, которую он искал, держал в руках и упустил, увлекшись глупым разговором.

– Стой!

Он бросается за ней с рогаткой в руке. Вулфшаттер остается лежать на берегу. Охотник выскакивает на Тропу, но, пробежав с десяток шагов и не видя впереди Лисы, понимает, что она ушла в Чащу. Он бросается за ней, не разбирая дороги, проламываясь сквозь декоративный подлесок, успевший слегка одичать, сквозь заросли хвоща и папоротника, кусты спиреи и кизильника. Замечает наконец мелькнувшее вдали в прорехе густой зелени белое пятнышко.

– Стой! Все равно догоню.

Ну разве не глупо кричать «стой» преследуемому зверю? Он бежит в ту сторону, где мелькнуло белое пятнышко, начинает уже уставать, решает, что потерял добычу, когда наконец прорывается через плотный кустарник, выскакивает на небольшую земляничную поляну и видит на ее краю Лису, которая сидит под сосной, бессильно привалившись к стволу. Охотник не может просто так взять и выстрелить в нее. Он чувствует, что это будет неспортивно, хотя не знает этого слова.

– Я кричал «стой». Почему ты не остановилась? – спрашивает он.

Лиса с трудом переводит дыхание.

– Сам… подумай… почему…

– И ты бросила маску, – упрекает ее Охотник. – Это нечестно. Мы так не договаривались. Как я теперь буду на тебя охотиться?

– Не могу… Дышать… невозможно…

– Ладно, – соглашается Охотник. – Беги без маски. Я все равно знаю, кто ты.

– Дай немного отдышаться.

– Ладно, – соглашается Охотник. – Только недолго.

Проходит минута. Охотник топчется в нетерпении.

– Отдохнула?

– Тебе нас… совсем не жалко? – спрашивает Лиса.

Охотник приосанивается.

– Я охотник. Охота – мужское дело.

– Но ты охотишься не на зверей… На людей.

– Ты не понимаешь, – говорит Охотник. – Вы человечки. Люди совсем другие.

– А в чем различие?

– Вы маленькие, и вас папа мне купил.

– Никто нас не купил, – говорит Лиса. – И ты тоже маленький. Выходит, ты не человек?

– Я охотник. А вырасту, стану генералом.

– По-моему, ты просто маленький мальчик, который слишком много о себе возомнил, – говорит Лиса.

Охотник в ярости топает ногой.

– А ты дура. Беги!

– Даже не надейся. Беги сам, я никуда не побегу.

– Тогда я скажу партнеру, чтобы он тебя наказал.

В сознании Лисы оживают затаенный страх всех маленьких женщин, что их «попробуют», и похотливые взгляды, которые бросал на нее Сом. «А я бы эту вишенку…» Она вскакивает, срывается с места.

Охотник бежит за ней. На бегу вкладывает камень в кожеток, но понимает, что в движении не сумеет попасть.

– Эй, постой! – кричит он. – Я не буду стрелять.

Лиса не останавливается.

Охотник решает: будет гораздо интересней дать ей уйти, а потом выследить и подкрасться. Пусть уйдет подальше. Он садится на корточки, кладет рогатку и начинает собирать землянику. Набирает целую горсть, но затем вспоминает, что пришел не по ягоды, а охотиться. Он устал. Ему надоело мотаться по зарослям, но выйти из Леса без добычи – позорно. Он забрасывает землянику в рот, поднимает рогатку и нехотя отправляется искать Лису. Она тоже устала, вряд ли убежит далеко.

Охотничья удача, хоть и игрушечная, его не подводит. Искать Лису долго не пришлось. Наверное, ему просто везет. Как говорится, на ловца и зверь сидит. Выглянув из чащи, он видит Лису, притаившуюся в зарослях хвоща. Она уверена, что спряталась, но Охотник бесшумно подкрадывается к ней очень близко и совсем не с той стороны, с какой она ожидает, – сбоку. Разошедшиеся стебли хвоща открывают ее лицо в профиль. Охотник помнит, что в лицо стрелять нельзя, не то выбьешь глаз, и наводит лазерный луч ниже плеча, стреляет. Он уверен, что не промахнулся. Вскакивает, бежит к Лисе.

– Эй, я в тебя попал! Вставай, пойдем отсюда. Охота закончена, мне надоело за тобой гоняться.

Она на отвечает. Лежит, будто не слышит.

– Эй, Лиса, хватит притворяться, – говорит Охотник. – Не бойся, я не буду больше стрелять.

Лиса молчит. Охотник тормошит ее:

– Вставай. Ты чего?

Неподвижность Лисы его пугает.

– Если не встанешь, я пожалуюсь на тебя партнеру.

Он бросает рогатку, хватает ее за плечи обоими руками, трясет. Она не вырывается, не отталкивает его, не сопротивляется… Тяжелая, вялая.

Охотнику становится страшно.

– Ты как хочешь, а я ухожу, – произносит он дрожащим голосом.

Она не отвечает.

– Я ухожу, – повторяет Охотник.

Почему-то он боится повернуться к ней спиной. Пятясь, делает несколько шагов назад, разворачивается, стремглав бросается наутек.