Страница 3 из 70
2
При драконах демонстрировать умение владеть кинжалами напрочь пропадает, равно как и показывать ведьминские способности. Ничего не остаётся, кроме как идти к мишеням пешком и вытаскивать ножи вручную.
Драконья процессия опускается в поле поодаль от меня. Один за другим драконы принимают человеческое обличье. Что ж, решили сэкономить время и не добираться до наших земель на лошадях. Видно, господину Коррану так не терпится меня увидеть… Эта мысль вызывает лишь тяжёлый вздох.
— Мисс, как Вас зовут? Я в первый раз в жизни вижу, чтобы девушка владела кинжалами с таким мастерством и лёгкостью. Неужели в наше время кто‑то обучает прислугу такому умению?
Я оборачиваюсь и вижу довольно привлекательного мужчину. Высокого, широкоплечего, с волосами цвета воронова крыла и квадратным волевым подбородком. Его пытливые золотистые глаза смотрят на меня с неподдельным интересом – словно на существо, прежде ему неизвестное.
— А с чего Вы взяли, что прислуга не может быть ничему обучена? В нашем поместье большинство слуг грамотные, и многие владеют оружием. В отличие от вашего племени, ведьминские семьи заботятся о своих работниках, — отвечаю я.
Вижу, что мой ответ пришёлся дракону не по душе. Взгляд его мрачнеет, в глазах зарождается буря, явно вызванная раздражением. Ну что ж, я умею раздражать тех, кто мне неприятен – это одна из главных черт моего характера. Ненавижу лебезить и изъясняться обиняками.
— Вы так и не ответили на мой вопрос. Неужели господин и госпожа Дарриндау настолько распустили свою прислугу, что Вы открыто мне хамите?! Невероятно! — Мужчина подходит ближе и кончиками пальцев приподнимает мой подбородок, отчего сердце от испуга едва не выпрыгивает из груди. — Как видите, я даже обращаюсь к Вам уважительно, а мог бы и не быть таковым. Так скажите своё имя, наконец! Когда я доберусь до поместья четы Дарриндау, то распоряжусь, чтобы Вас наказали по всей строгости, — дракон наклоняется чуть ниже и шепчет последние слова практически мне на ухо.
Что?! Он
распорядится
? В
нашем
поместье? Какая неслыханная наглость!
— Что Вы о себе возомнили? Какое право Вы имеете распоряжаться в нашем поместье? Представьтесь для начала сами! А то невежливо как-то получается, — за своей гневной бравадой я не сразу замечаю, что выдала себя с головой.
Лицо дракона выражает столь явное изумление, будто он увидел перед собой призрака.
— Вы – леди Аманда Дарриндау? Вот здесь, в этом… — он окидывает взглядом мой простой и потрёпанный наряд, — упражняетесь в метании кинжалов? Позвольте спросить, занимались ли родственники Вашим воспитанием?
— Занимались, не переживайте так. А Вы что думали? Что найдёте здесь изнеженную девицу? Я потомственная ведьма и горжусь этим! А ведьмы никогда не боялись трудностей, — с этими словами я хватаю один из кинжалов, которые к этому моменту успела завернуть обратно в буйволовую кожу, и со злостью метаю в мишень.
Не знаю, что случилось в тот миг… Возможно, произошёл большой выброс силы. Мешок, набитый тряпьём и соломой, служивший мне целью, разлетается на клочки. Так и моя прежняя жизнь скоро разлетится на куски… Я чувствую это.
— Я барон Адам Малланиус, — произносит мужчина, отвесив небольшой церемониальный поклон. Однако этот реверанс не производит на меня того впечатления, на которое он, вероятно, рассчитывал. Подобные жесты мне не нужны. Лучше бы он и ему подобные оставили меня и мою семью в покое!
— Как меня зовут, Вы уже знаете, так что простите, но мне пора. Если я не вернусь до того, как Вы и Ваши сопровождающие объявитесь в поместье, то мне не поздоровится, — перехватываю покрепче свёрток с ножами и уже собираюсь направиться к дому, как твёрдая рука обхватывает моё предплечье в стальные тиски, резко останавливая.
— Позвольте, я дам Вам один совет, леди Аманда, — барон ослабляет хватку, давая мне возможность выдернуть руку, чем я незамедлительно пользуюсь. — Будьте осторожны. Ваш будущий супруг будет не в восторге, если Вы начнёте демонстрировать свои ведьминские силы прилюдно. Этот брак и так вызовет много пересудов. А господину Коррану они не нужны.
В этот момент мы оба понимаем, о чём он говорит. Я поступила неосторожно, позволив злости и раздражению выплеснуться наружу вместе с зачатками своих сил, — и тем самым показала драконам, на что действительно способна. Они все уверены, что ведьмы больше ни на что не годны и никогда не поднимут восстания против драконьего гнёта. Проявлять силу слишком опасно.
— Я учту Ваш совет, а теперь я могу, наконец, идти? — фраза звучит резче, чем мне хотелось бы. Когда же я научусь прятать эмоции за фальшивыми светскими улыбками? Возможно, скоро.
— Идите. Мы прибудем в поместье через час, — барон снова наклоняется ближе к моему уху, чтобы сопровождающие его драконы не разобрали наш разговор. — Это время я лично даю Вам на то, чтобы успеть добраться до дома первой и привести себя в порядок.
— Спасибо, — это слово благодарности вырывается из моих уст быстрее, чем я успеваю подумать. Неужели я только что выразила признательность представителю драконьего племени?
Возможно, если мой будущий муж окажется не хуже этого барона, то и сам брак будет не столь кошмарным, как я его себе нафантазировала?
— Бегите же. Время пошло…
Последний раз заглядываю в глубину его золотистых глаз и, резко развернувшись так, что мои белокурые волосы выбиваются из-под простой льняной повязки, бегу без оглядки к поместью. Лишь на полпути вспоминаю, что последний кинжал так и остался лежать где‑то в траве… Нужно будет пойти и разыскать его вечером, когда все лягут спать. Я заберу своё увлечение с собой. А вдруг случится чудо, и муж окажется не столь жестокосердным и позволит мне упражняться и дальше?
Разные мысли занимают мою голову, пока я добираюсь до дома, растревоженная этой неожиданной встречей и не менее странным разговором. Этот барон выглядел так… благородно. Не такими я всю жизнь представляла себе драконов – тех, кто отнял у нас земли, почти уничтожил наш род, поработил и заставил пресмыкаться перед их императором.
Возвращаюсь обратно тем же путём, каким и ускользнула. Из окна моей комнаты до сих пор свисают связанные мною простыни. Как хорошо, что никто из слуг их так и не заметил! Иначе под моими окнами меня ждала бы не импровизированная лестница, а разъярённая тётя Сесиль.