Я вернулся. Дилогия

Глава 2. Праздничный ужин и поход в кино

Придя на кухню, увидел там отца, который подсоединял сифон кухонной мойки к канализации.

– Нормально в кафе сходили? – Батя с улыбкой посмотрел на меня. – Спасибо вам огромное. Вы считай, всё перенесли, осталась только мебель.

– Всё классно, папуля. Пирожков и пирожных хорошо поели, ребята довольны.

Отец встал, включил воду. Явно не отечественная колонка, вспыхнув, тихонько загудела.

– Ну, и хорошо тогда. Всё, вода есть, как ты и просил. Может, с духовкой не будешь связываться? – Отец с какой‑то опаской посмотрел на плиту.

– Папуля, всё будет тип‑топ. У меня всё уже подготовлено, через час, полтора ужин будет готов. Вы как раз к этому времени управитесь, – я решительно направился к подоконнику, на котором стояла кастрюля с продуктами для готовки.

Решил не мудрить, а приготовить основным блюдом обычную картошку с мясом в майонезно – грибной заливке под сыром, благо мамуля вчера сыра полкило принесла, а мне надо будет грамм сто максимум. Сухие грибы, я, как только пришёл из школы, замочил. Свинина уже разморозилась. Я нашел в баке из нержавейки на балконе хороший кусок шеи.

Первым делом поставил вариться грибы и яйца. Потом зажег духовку, вынув из неё противни. Пускай греется. Один глубокий противень, всполоснул и протёр полотенцем для посуды. Быстро начистил картошки, нарезал её тонкими кружочками, немного посолил, поперчил, добавил ложку растительного масла и перемешал в миске. Нарезал мясо на небольшие куски по полсантиметра толщиной, отбил их, также немного посолил и поперчил. Других специй, к сожалению, в доме не было. Сложил мясо в миску, добавил ложку майонеза и перемешал.

Почистил две больших луковицы и нарезал их в четверть кольца. Достал шумовкой проварившиеся пятнадцать минут грибы и мелко порубил их, после чего отправил на сковороду тушиться в сливочном масле, туда же добавил лук. Теперь настало время приготовления соуса. Грамм пятьдесят насыщенного, грибного бульона, остуженного в миске под холодной водой, туда пара ложек майонеза, ложка сметаны, чеснок, пропущенный через чеснокодавилку, соль, перец. Всё тщательно перемешал.

Поставил на стол противень, смазал его растительным маслом, после чего начал выкладку. Сначала картофель, на него мясо, сверху лук с грибами, всё это залить соусом и в духовку. Чтобы потом не терять времени, натёр на мелкой тёрке грамм семьдесят сыра, после чего принялся за салат из квашеной капусты и остальные блюда.

Минут через двадцать из кухни в коридор и комнаты поплыл такой запах, что на кухню заглянул не только отец, но и все грузчики, в которых я узнал дядю Вову Пикулина – нашего судью по хоккею, дядю Женю, отца Сухарика, дядю Витю Огурцова, он служил в пожарной части. Сейчас, наверное, в звании майора. Когда я уезжал поступать в Можайку, он уже был подполковником. Ещё одного мужчину, ровесника отца я не узнал.

Они уже перенесли в квартиру разобранную стенку, и им оставалось перетащить мою кровать, холодильник и самое страшное – трёхстворчатый шкаф из моей комнаты – мамино приданое. Шкаф не разбирался и был ужасно тяжёлым. А самое плохое, что он не влезал в лифт, и его надо будет по лестнице спустить с девятого этажа, потом допереть до первого подъезда и поднять на второй этаж. Борьба с этим деревянным монстром по моим прикидкам займёт у мужиков минимум полчаса. Помню, что на девятый этаж его затаскивали примерно столько же времени. Много я тогда новых слов узнал. Ха‑ха три раза. Так что ужин приготовить я успею.

Минут через сорок мы с мамулей заканчивали накрывать в зале стол‑книжку, вокруг которого расселись мужики. На столе уже были расставлены тарелки, вилки, рюмки, стаканы, две литровых бутылки отцовского «виски», графин с томатным соком, салат из квашеной капусты, салат «Каспий», который так понравился родителям и дедушке. Успел я разложить по салатницам маринованные грибочки, солёные помидоры, огурцы, кабачки. Тарелки с нарезанным окороком, копчёной грудинкой и сыром. В центре стола лежала деревянная разделочная доска, на которую я и водрузил противень с картошкой по Рудаковски, так её называли знакомые нашей семьи в той жизни.

Сырная корочка хорошо подрумянилась, от противня шёл одуряющий запах мяса, грибов, чеснока и сыра. Я металлической лопаткой быстро поделил эту «запеканку» на части и начал раскладывать в подаваемые мамулей тарелки.

Первый кусок был передан деду. Тот поднёс тарелку к лицу, понюхал и изрёк:

– Японский городовой, какая красота, какой запах. Мишка, неужели это ты приготовил?

– А кто же, тятя. Я за всю свою жизнь ни разу духовкой не пользовалась. Как тогда рванула плита, так мы с Герой и не притрагиваемся, – мамуля передала следующую тарелку с картошкой отцу.

Мы разложили картошку, батя разлил самогон, и все посмотрели на дедулю. Тот, как самый старший за столом встал и произнёс:

– С новосельем вас Гера, Люся и Мишка. Желаю, чтобы в этой квартире вы жили долго и счастливо, чтобы внучка в ней скоро появилась, – народ за столом разулыбался, а мама покраснела.

– Ну, будем, – дед закончил тост.

Все дружно опрокинули рюмки, мамуля свою пригубила, а я с удовольствием выпил половину бокала томатного сока. Батя купил трёхлитровую банку. Я из неё налил часть в графин, посолив по вкусу. Вещь!!! Натуральный сок без всяких химикатов.

Попробовал картошку. Получилась. Мясо нежное, буквально тает во рту, картофель мягкий, лук с грибами придают блюду определённую изюминку, а сырная корочка это…

– Всё, Мишка, отправляю к тебе на обучение свою Наташку. За пятнадцать лет совместной жизни она нам с Ленкой такой вкуснотищи ни разу не приготовила, – дядя Витя Огурцов ткнул в мою сторону вилкой. – И Ленку тоже отправлю. Если мать не научится, может дочь сможет. В крайнем случае, влюбит тебя в себя. А мне потом зять будет такую картошку готовить, если мои девчонки не научатся.

За столом все добродушно рассмеялись, поглядывая в мою сторону. А я почувствовал, что начинаю краснеть. Это точно реакция моего юного тела. Меня пятидесятишестилетнего такой шуткой не проймёшь. К тому же, что жена, что дочка у товарища майора очень даже ничего. Помню, я учился в десятом, а Ленка в восьмом, и тётя Наташа попросила меня с начала учебного года заниматься с ней физикой и химией, в которой дочка Огурцовых была ни бум‑бум. К зиме Ленка расцвела, и я стал на неё даже засматриваться. Но та была влюблена в кого‑то другого, а меня воспринимала, как старшего друга. Так и не сложилось у нас. Хотя родители нас обоих были не против нашего с Ленкой общения.