Я вернулся. Дилогия

– Мы прикинули, что кроме трех песен Михаила, можем исполнить, песню «Экипаж – одна семья», её сейчас ВИА «Самоцветы» поёт, «Уходит бригантина от причала» ВИА «Пламя», две песни Хиля «И всё‑таки море» и «Моряк вразвалочку сошёл на берег». Эти песни я буду петь с бэк – вокалом. Олег возможно сможет исполнить «О море, море» Магомаева, а девчонки «Над Кронштадтом туман». А закончить выступление ансамбля песней «От героев былых времен». Там можно будет по экрану пустить кадры из фильма «Офицеры», – перечислил предложенные мною песни Лёха, ничего не добавив от себя. – И я ещё подумал, что для каждой песни можно сделать свою заставку для экрана.

– Интересно. Очень интересно. Кинозаставка для каждой песни – очень интересное предложение. Надо подумать, как это можно сделать. А вы‑то сможете спеть все эти песни? – директриса посмотрела на нас троих по очереди.

– По «Синей вечности» есть сомнение. Очень сложная для исполнения песня, – вновь высказал свои опасения Давыдов. – И мы только начали составлять репертуар. Можно и другие песни подобрать. Просто эти Алексей точно вытянет.

– А песня «Над Кронштадтом туман» для девочек не слишком взрослая? – задала вопрос Белик с задумчивым видом.

– Надежда Николаевна, они через два‑три года с большой вероятностью могут действительно стать подругами, а кто и женами моряков. У нас из Горького много ребят на флот забирают. Так что нормальная для них песня, – произнёс я.

Директриса с задумчивым видом молчал несколько секунд, после чего произнесла:

– Хорошо. Предварительно, я этот репертуар на концерт утверждаю. И, Алексей, кто будет участвовать в ансамбле? Ты решил с кандидатурами?

– Надежда Николаевна, предварительный состав такой. Клавишник – Шурик. Ой! То есть Мартьянов Анатолий. Давыдов, – Лёха показал рукой на Руслана, – будет отвечать за ударную установку. Андрей Громов – соло‑гитара, Кирилл Свиридов – бас‑гитара, я и Марков Сергей солисты и ритм‑гитара. Голов Дмитрий будет отвечать за аудиоаппаратуру и будет нашим звукооператором. Это основной состав. Дальнейшие участники зависят от исполняемой песни.

– Так, Голов, Голов⁈ Это кто у нас? – Белик вопросительно посмотрела на Захарова.

– А вон он за мужчиной ходит, который аппаратуру собирает. Дима в радиокружке и в радиолаборатории занимается. Плюс в хоре поёт. Он для их школьного ансамбля сам собрал несколько усилителей и микшерный пульт. Лучшего специалиста во всём Дворце пионеров не найти.

Директриса внимательно посмотрела на «специалиста», после чего произнесла:

– Захаров, ты серьезно говоришь, что я должна доверить тому мальчику аппаратуру, которая стоит, как автомобиль. Я когда вчера накладные с ценой вот этого всего увидела, то мне чуть плохо не стало. Я никогда не думала, что это так дорого стоит.

– Надежда Николаевна, просто нам во дворец поставили самую лучшую аппаратуру и музыкальные инструменты, которые можно купить в СССР и странах Варшавского договора. А Дмитрий справится. Вы не смотрите, что он так выглядит. Он в аппаратуре разбирается так же, как Шурик в нотах. Да вы сами поглядите, – Захаров вновь указал на Голова.

Я посмотрел в указанную сторону и увидел, как худенький мальчишка, который выглядел лет на двенадцать, что‑то уверенно говорил мужчине, который присоединял провода со штекерами к микшерному пульту. Мужчина отмахнулся, а пацан выдернул один из проводов и снова начал что‑то тому доказывать.

– Надежда Николаевна, лучше подойти туда. Вы уверены в том, что тот мужчина правильно всё соберёт? – Озабоченно спросил Лёха. – Димка просто так спорить не будет.

– Этот мужчина, вообще‑то, больше двадцати лет работает звукооператором на Горьковском телевидении. А зовут его Александр Михайлович. Он мой хороший знакомый. И я его попросила помочь разобраться во всей этой аппаратуре, когда вчера цены увидела, – Белик посмотрела на нас.

– Надежда Николаевна, давайте лучше подойдём, – вновь настойчиво попросил Лёха.

Директриса сдалась, и мы пошли к спорящей паре. Когда подошли, то мало, что поняли из специальных терминов, которыми сыпали оба, уткнувшись в какую‑то схему. Наконец, они заметили Белик, и её знакомый произнёс:

– Надя, ты, где такого вундеркинда нашла. Я его хоть сейчас к себе бы на работу на телевидение взял. Он во всей этой аппаратуре чуть ли не лучше меня разбирается.

– Здравствуйте, Надежда Николаевна, – смущённо произнёс покрасневший Голов.

– Значит, Саша, этому мальчику можно доверить эту дорогостоящее оборудование?

– Можно, Надя. Даже не сомневайся. Если бы не он, я бы точно один канал в пульте вместе с микрофоном сжёг. Хорошо, что Димка меня остановил. Я там особую маркировку не заметил. Да и инструкция на чешском. Попробуй, разберись. В общем, ещё минут десять и можно будет запускать аппаратуру.

Не через десять минут, а через сорок попробовали прогнать первую песню. Лёха остановился на «Верке». Руслан дал отчет, ударив три раза палочками друг о друга, и зазвучали первые аккорды песни, далее художественный свист Захарова, стоявшего перед микрофоном на стойке, и потом пошёл первый куплет.

Я слушал и удивлялся. Не возможно было поверить, что ребята играют первый раз в таком составе и на таких инструментах. Голов Димка показал класс за микшерным пультом, выделяя звучание то одного, то другого инструмента. Шурик и Давыдов на синтезаторе и ударной установке играли просто обалденно, как и ребята на гитарах.

Когда песня закончилась, в зале некоторое время стояла тишина, которая взорвалась аплодисментами, свистами и криками, выражающими восторг. Ребята не сдерживали себя. Даже Белик аплодировала. Да, это тебе не под народные инструменты песню исполнять.

В общем, кажется, даже до Надежды Николаевны дошло, что звучание электроинструментов сильно отличается от оркестра народных инструментов. Далее последовало обсуждение педагогическим коллективом предложенного репертуара для ВИА на День Победы. Утвердили всё.

Кузянин вставил шпильку директрисе:

– Видите, Надежда Николаевна, а вы боялись, что ребята петь будут в таком возрасте. А тут десять песен, почти на час концертной программы. Да и ветеранам куда интереснее будет такой концерт послушать, а не то, что мы для них постоянно исполняем.

– Признаюсь, Григорий Иванович, была неправа. Если ребята и остальные песни споют так же, как и «Верку», это будет просто великолепно.