Страница 106 из 170
В общем, очень быстро решилось, что я два раза в неделю в понедельник и среду буду ходить в кружок к Григорию Ивановичу для обучения игре на аккордеоне и нотной грамоте, и один раз в пятницу к Роману Михайловичу на уроки сольфеджио. Также Белик попросила в следующее воскресенье приехать во Дворец пионеров моего отца или мать, чтобы решить вопрос с использованием моих песен и оформлении авторских прав. Закончилось всё тем, что Надежда Николаевна, как и обещала провела мне экскурсию по музею, после чего я довольный, как объевшийся удав отправился домой.
– Что скажете, товарищи? – Белик обвела глазами сидящих напротив её стола Кузянина и Ярулина.
– Уникальный случай, Надежда Николаевна. Я до сих пор не верю, что эти песни и музыку к ним написал Михаил, – Ярулин потряс перед собой листками в клеточку, на которых Рудаков по его просьбе записал все три песни. – Не может тринадцатилетний мальчишка такое написать. Не мо‑жет…
– Не может, но написал, – перебил своего коллегу Кузянин. – Вы, Роман Михайлович, не видели, а я заметил, что во время вашего аккомпанемента Михаил несколько раз морщился, как будто вы берете неправильные ноты. Он правильно сказал, что слышит музыку, представляет, как должно звучать исполнение, но не может из‑за своих вокальных данных и отсутствия нотной грамотности правильно предоставить музыку песни. А такое возможно только, если он это всё написал. Я думаю, на следующих уроках с ним мы в этом быстро убедимся. А Михаил – просто гений, которые редко, но рождаются. Я бы его песню «Там за туманами» сделал гимном подводников. Только, как он смог всё это прочувствовать и написать такие стихи с музыкой. А «Конь», а «Березы», не побоюсь сказать, народные песни. Точнее, они станут народными.
– Так, товарищи, не отвлекаемся, – Белик постучала карандашом по деревянному стакану с ручками и карандашами на своём столе. – Давайте, подумаем, как мы сможем использовать замечательные песни Михаила силами Дворца пионеров. Ваши предложения.
– У нас на День Победы запланирован концерт для ветеранов – юнг. Предлагаю, во время его исполнить все три песни. Время их подготовить есть. Понятно, что эти песни не для детского хора, но мы можем исполнить их педагогическим коллективом. Возьмём Тюменева, у него прекрасный баритон, я, Мазин, Григорий Иванович тоже, думаю, в этом поучаствует. «Коня», я думаю, мы а‑капелла споем на два – три голоса. Для «Берёзы» и «Там за туманами» надо продумать музыкальное сопровождение. Здесь уж извините, Надежда Николаевна, без гитар не обойтись, – Ярулин с каким‑то вызовом посмотрел на директора.
– Продумаем и этот вопрос, – как‑то задумчиво произнесла Белик. – Музыка, действительно, несколько необычная. Я не имею музыкального образования, но понимаю, что эти песни не для оркестра народных инструментов. Будем думать, главное, чтобы Михаил пришёл на своё первое занятие.
Я весь довольный от своей поездки во Дворец пионеров, нажал на кнопку звонка в квартиру. По дороге домой успел успокоить свою совесть по поводу плагиата песен из будущего, вновь сказав самому себе, что эти песни постараюсь передать для исполнения Расторгуеву. По поводу авторов, извините. С этими мыслями и множеством планов вернулся домой.
Дверь открыл папуля.
– Как съездил, Ведмедь? – задал он вопрос, пока я раздевался.
– Отлично, папуля. Записался в кружок игры на аккордеоне. Теперь в понедельник и среду буду ездить учиться играть, а в пятницу на уроки сольфеджио, – ответил я, снимая зимние ботинки.
– Вот оно как. Проходи на кухню. У нас гости. Там всё и расскажешь.
Я зашёл на кухню и увидел классную. На подоконнике заметил свою тетрадь со своими набросками, можно сказать, романа про экипаж Колобанова. Понятно, мамуля решила поделиться с лучшей подругой моими писательскими изысканиями. А я и не против. Как педагог литературы и русского языка мой классный руководитель был на высоте. Жаль, что она, став завучем, на предметы стала меньше уделять времени. Потом и от классного руководства откажется.
– Здравствуйте, Елизавета Кузьминична, – поздоровался я с неожиданной для себя гостьей. – Очень хорошо, что вы здесь.
– Здравствуй, Миша, – удивлённо посмотрела на меня Лиза. – А почему, хорошо, что я здесь?
– Я был во Дворце пионеров, а там есть музей юнг – горьковчан, которые в годы Великой Отечественной войны закончили школу юнг на Соловках, а потом воевали. Представляете, каждый четвёртый юнга, окончивший эту школу, был мальчишка – горьковчанин четырнадцати – пятнадцати лет. Вы фильм «Юнга Северного флота» смотрели? Так вот, представляете, четверть юнг – горьковчане и большинство – члены кружков Дворца пионеров. И я об этом в первый раз узнал, и уверен, что и в нашей школе об этом никто не слышал. Кстати, папуля, твой любимый Пикуль, тоже эту школу юнг закончил. А юнги первого набора из Горького, когда их везли в школу, в Архангельске на вокзале встретились с батальоном морской пехоты, который направлялся в Сталинград, а батальонным комиссаром там был Савва Михайлович Пикуль – отец Валентина Саввича. Он потом пропал без вести во время боев за Сталинград в феврале 1943 года.
Я тарахтел, как из пулемёта. Мне, действительно, надо было на кого‑то выплеснуть тот поток информации, который я получил в музее юнг.
– Так почему хорошо, что Елизавета Кузьминична здесь? – Перебила меня мамуля.
– Елизавета Кузьминична, я поздравляю вас и мамулю с наступающим завтра Международным женским днём, желаю всего самого хорошего, что вы сами себе пожелаете. А девятого марта, во вторник прошу, Елизавета Кузьминична, на политинформации дать мне время, чтобы рассказать о музее – юнг во Дворце пионеров. Думаю, ребятам это будет интересно. И можно организовать в этот музей экскурсию. Там много захватывающей информации. Мне сегодня директор Дворца пионеров Белик Надежда Николаевна очень много по экспонатам музей рассказала.
– Директор дворца тебе, Ведмедь, рассказала? – поперхнувшись, спросил батя.
– Так получилось, папуля. И это… В следующее воскресенье Надежда Николаевна просит тебя или мамулю приехать вместе со мной к ней, чтобы решить вопрос по использованию моих песен. Я сегодня ей и руководителю хора спел «Коня», «Там за туманами» и новую «Берёзы». Им очень понравилось, – я замолчал и посмотрел по очереди на родителей и Лизу.
– Что ещё за «Берёзы»? – сквозь кашель вновь задал вопрос отец.