Страница 8 из 23
Глава 3: Ведьма Кошмаров
Следующим утром пришла мама с полным пакетом. Эльвира Марковна достала контейнеры с пюре, супом, натёртыми яблоками. Коробку из-под чайных пакетов поставила на тумбочку последней.
Лида схватила пачку «Чайной Принцессы» и открыла. Внутри лежали два телефона, завёрнутые в бумажные салфетки, и три сим-карты в конверте. Старый кнопочный и смартфон позапрошлого года с небольшой трещиной на экране.
Лида занялась телефонами. Вставила симки, дождалась сети, набрала Артёму короткое сообщение. Кнопочный сунула под подушку.
С соседней кровати донесся мужской голос из телефонного динамика: «…Магия это опасное оружие. Все здравомыслящие люди считают, что волшебные существа обязаны носить фиолетовую звезду на груди и жить в отдельных кварталах. А пока вы можете опознать искаженных по нечеловеческим чертам, свечению, необычным глазам, пару или дымке».
— Слышала, искаженная магией? Вас должны в других палатах содержать, подальше от людей.
— С чего вы взяли, что моя дочь... — начала возмущаться мама.
— А ты не выгораживай! Я её в кошмаре видела, так только ведьмы умеют. Проклянёт нас, и всё. И хахали к ней шастают один за другим.
— Коллега с работы и брат приходил, — сказала Лида, поморщившись.
— Не ври, мямля, тебе цветы принёс. Может, ещё скажешь, что кошмары не насылала? Душу продала сатане и Билу Гейтсу, в интернете всё про вас рассказали. И не зыркай своим глазищем, порчу наводишь?
Старушка побледнела и выбежала в коридор, громко требуя бумагу и ручку. Медсестра с соломенными волосами поспешила за бабкой, всё громче требовавшей прислать магическую службу безопасности.
Эльвира Черных произнесла в пространство:
— Средневековье давно прошло, а суеверия всё ещё процветают.
— Она не виновата, СМИ вкладывают в головы то, что продаётся. Скандалы, интриги и шок-контент. Люди, пережившие личные трагедии, особенно к такому восприимчивы.
Рыжая соседка встала с кровати у двери, одёрнула бежевые шёлковые брюки, поправила блузку на бретельках и подошла. Остановилась у маминого стула и спросила:
— Простите, вы Эльвира Марковна? — Голос у рыжей был тёплый, чуть удивлённый, негромкий. — Вы у нас вели русский в сорок второй школе. Я вас сразу узнала!
Мамино лицо переменилось. Широкая улыбка, лёгкий прищур, чёрные брови приподнялись.
— Да, преподавала. А вы из какого класса?
Рыжая назвала класс, вспомнила актовый зал с красным занавесом, директрису и завуча. Мама подхватила и рассказала, что когда-то именно она заметила обеих будущих руководительниц и взяла их под крыло на правах старшей наставницы.
Рыжая с улыбочкой села на кровать. Без вопросов заняла место у спинки в ногах Лиды.
Молодая соседка говорила с мамой и каждые несколько секунд смотрела на журналистку.
Чёрных слушала, молчала около двух минут, внимательно вглядываясь в накрашенное лицо рыжей. Яркая помада, эффектные тени, тональный крем, скрывающий изъяны.
— Я тоже в этой школе училась, и мама у нас классным руководителем была. Но вас не помню, — сказала журналистка, перекладывая телефоны из-под подушки в карман халата.
— Ой, да, мне многие так говорят. Я ведь в детстве была толстенькая, веснушки, ну и волосы другие.
— Понятно, — Лида кивнула, схватилась за перила кровати, медленно встала и пошла в туалет.
В коридоре бабка стояла у сестринского поста и диктовала медсестре что-то про холод и следователя. Заметив Лиду, старуха громко сказала: «Колдунья ночью всех нас проклянёт, вызывайте наряд». Медсестра часто кивала и водила ручкой по листу.
*************
После утренней стычки с бабкой Черных не стала искать документы. Полдня слушала книгу «Воды Нарына» и листала ленту. Когда мерцание экрана стало расплываться, Лида перевернулась на бок и закрыла глаз.
Девушка провалилась в чужой сон.
Темнота пришла вместе с чем-то холодным — туманным, без лица и без очертаний. Оно двигалось по краю видимого: Лида оборачивалась, каждый раз успевала заметить только белый туман, там, где только что было движение.
Потом пол треснул, и Лида провалилась вниз вместе с обломками. Ледяные плиты навалились сверху. Девушка лежала, прибитая к полу, и видела всё: огромный зал с тёмными колоннами и чёрный провал дыры в потолке.
Черных давила правым плечом на плиту, переносила вес, толкалась ногами. Рука вышла по локоть и застряла. Груда льда потяжелела.
Дверь зала распахнулась.
Вошла рыжая соседка в облегающем вечернем красном платье и с ней человек тридцать в одинаковых чёрных фраках с белыми рубашками. Вместо классических брюк незнакомцы щеголяли в семейных трусах.
Лида глянула и прыснула смехом. Незнакомцы были все как на подбор: лысые, красномордые, толстые, корявые. Мужчины в фраках и трусах пили, смеялись, не замечая ни груды льда в центре зала, ни дыры в потолке.
Самый брюхатый взял рыжую за руку, что-то шепнул на ухо; она засмеялась и приняла от него кольцо. Покружил девушку в танце и передал следующему. Тот повёл девушку по залу, показывал что-то, объяснял; рыжая кивала, улыбалась, подмигивала. Следующий подвёл её ближе к Лиде, встал на обломок льда ногой.
Журналистка попыталась закричать, но рот не открывался. Свободной рукой Черных вцепилась в нижнюю губу ногтями и потянула. Заклеенный рот не поддавался.
Рыжая обняла мужчину за плечи, чуть протанцевала. Тот закружил её; остальные отступили и захлопали.
В дальнем углу зала раздвинулся занавес: за ним сцена и резкий белый свет. В лучах прожекторов показался ледяной двойник Лиды. Вместо лица чёрный калейдоскоп, в котором медленно ворочались мутные образы.
Двойник тоже хлопал в ладоши. Сначала медленно, потом быстрее. Мужчины закружились в такт, рыжая полетела от одного к другому. Девушку кружили, вертели, толкали, хватали и перебрасывали. Рыжая попыталась упереться руками и ногами, но брюхачи в фраках не обращали на это внимания.
Ледяной двойник спрыгнул со сцены и мгновенно оказался рядом с соседкой. Длинные пальцы сомкнулись на щиколотке рыжей — и потащили по паркету к дальней стене. Туда, где виднелись огромные, чуть приоткрытые дубовые двери.
Девушка упиралась, брыкалась, хваталась за скользкий пол и продолжала медленно ехать к отворяющейся двери. За аркой показались стены из снега, кровать из мутного льда и зеркальный потолок. Рыжая потянулась к Лиде обеими руками. Черных вытолкнула вторую руку из-под плиты, опёрлась о пол и постаралась выскользнуть из-под груды льда.