Страница 32 из 58
— И много у тебя было девушек? — поинтересовалась я, не отреагировав на комплимент. Сердце дрогнуло, но вида я не подала.
— Многих знал. Но встречался только с одной. До того, как встретил тебя.
— Встретил? Когда мне было тринадцать?
— Да. Я был один всё это время.
— Извини, я не верю, — я невольно улыбнулась. — У таких, как ты, всегда много девушек. Одна, потом другая. Ты врёшь.
— Не верь, — улыбка вдруг спала с его лица. — Ты имеешь на это право.
— Имею ли я право уйти? Ты отпустишь меня когда-нибудь?
— Отпущу, — ответил он и, взяв меня за талию, снял с себя. — Отпущу ли я тебя? — задал вопрос самому себе, встав и скинув полотенце, начал одеваться. Его движения были резкими, дергаными. Уже тогда я поняла, что произнесла не то, чего он ждал от меня.
Конечно.
Призналась ему в верности, а потом намекнула о своём желании уйти от него...
Это было в моём стиле. Врать и тут же подставлять себя. Никто, поклявшись в верности, не говорит о возможном уходе. Верным нужно быть до самого конца.
Я так позорно провалила это испытание.
— Я никогда тебя не отпущу, — медленно повернувшись ко мне, процедил он. — Сейчас я закрою глаза на твоё враньё, но в следующий раз ты лучше подумай хорошенько, о чём ты говоришь.
Я думала, он уйдет, но Даниил обошел кровать и лег с другой стороны почти у самого края.
— Больше не могу. Оставайся здесь, не спускайся. Посплю часа два. Если получится...
Голос его сорвался на шепот, и буквально через минуту он уже крепко спал. Я сидела рядом, чувствуя, как сердце сжимается от странной смеси жалости и страха. Легла ближе к нему и осторожно гладила его по голове, перебирая пальцами влажные темные пряди, пока время медленно утекало в темноту.
— Извини, но я уйду, даже если буду по-прежнему любить тебя, — уверенная в том, что он крепко спит, прошептала я. — Я не прощу тебя. Никогда не прощу.
Прошло около двух часов. Даниил внезапно очнулся, сел на кровати, посмотрел на меня мутным взглядом. После сна он выглядел ещё хуже, чем до него, но я ничего не сказала ему. Всё равно не поймёт и будет дальше охранять мой сон.
Вместе мы спустились на кухню, быстро перекусили в тишине и вернулись в спальню. Я выпила снотворное через час.
Сон пришел быстро, но он был странным. Я не провалилась в забытье. Напротив, в какой-то момент я поняла, что сознание вернулось, но тело... тело превратилось в тяжелый, неповоротливый кусок железа. Я не могла пошевелить даже кончиком пальца, не могла открыть веки, хотя изо всех сил пыталась это сделать. Панический ужас сковал грудь, но даже дыхание оставалось ровным и глубоким, неподвластным моей воле.
Такое бывало и раньше, но ни один звук не доносился до моих ушей. Сейчас я слышала всё. Тихий шорох открываемой двери. Мягкие шаги по ковру.
— Давно спит? — раздался тихий голос Натана.
Я почувствовала, как матрас слегка прогнулся — Даниил, судя по всему, сел.
— Нет, минут двадцать.
— Ты переборщил. Губа до сих пор болит.
— Ты тоже, — голос Дани был спокойным, равнодушным. — Не трогай её.
— Больше не трону, обещаю тебе. Как ведёт себя сейчас?
— Хуже. Она сопротивляется.
— Она и будет сопротивляться, — ухмыльнулся Натан. — Чего ты хочешь от неё? Ты понимаешь, что в этом и суть или ты не можешь этого понять? Ты можешь её сломать, но огонь внутри неё ты не потушишь, как ни старайся. Бляяяядь... Я же говорил тебе.
— Что мне делать?! — спокойная беседа в один миг превратилась в перепалку. Даниил взревел так, что я дёрнулась, но не проснулась. Или мне только показалось, что он кричит...
— Заткнись, блин. Ты её разбудишь. Ничего не меняй. Всё нормально. Но есть плохая новость...
— Куда ещё хуже? Когда они закончатся, эти твои новости? Я клянусь тебе, я пас. Это последнее, на что я подписался. Я уеду. Мы уедем отсюда. И точка.
— Если будет с кем. Она тоже видит эти сны. Если не получится...
— Я знаю. Я понимаю. Ладно, что там за новости?
Я лежала, замурованная в собственном теле, и каждое слово братьев вонзалось в меня, как раскаленная игла. На что Даниил подписался? Кто вообще всё это придумал и зачем?
— Она была беременна.
— Чего? Ты серьёзно сейчас? Ты уверен?
— Нет, не уверен. Проверить тоже нельзя, то место уже давно залили цементом. Поэтому...
— Я не буду. Я не стану. Делай со мной, что хочешь, но это перебор.
— Прекрати истерику. Думаешь, я ничего не понимаю? Думаешь, мне легко? Я не заставляю тебя. К тому же, может не выйти, а времени ждать, пока получится, у нас нет.
— И что делать?
— Если не выясню точно, значит, мы возьмем обеих. И Еву и Аниту, — ответил ему Натан, судя по звуку, хлопнув по своим коленям. Даниил молчал, а старший брат добавил: — Спи, ты на зомби уже похож. Я покараулю. Пойду, возьму выпить, давно не было так паршиво.
Спустя несколько минут мне, наконец, удалось провалиться в сон. А когда я проснулась поутру, ещё не придя в себя, подумала только о том, что независимо от того, о чём говорили братья, мне нужно бежать. Взять свою сестру и бежать от них обоих как можно дальше.