Небесное тело

Саша примерно такого ответа и ждал. Оля умница, она редко ошибается. А жаль.

– А как же английский?

– Английский ей на фиг не нужен. Она не знает ни хрена, но ей Ирина Дмитриевна четверки за красивые глаза ставит. Английский – это повод.

– Как в тот раз с валентинкой?

– Ага. Они же мои одноклассницы, я их знаю. Румянцева – господи, это такое быдло, мама не горюй. Фирсанова туда же. Куликова поприятней, но она сплетница, каких мало. Пойдем ко мне домой, кино посмотрим. Я там кое-что на торренте скачала. Кино классное, называется «Догма». Пошли?

Уже после фильма, когда Саша стоял в прихожей, зашнуровывая свои бесконечные шнурки, ему вдруг захотелось задать вопрос, который, по правде, с самого начала висел в воздухе.

– Оль. А как ты думаешь… ну, чисто гипотетически… Мог бы я понравиться Халисовой? Ну, она девчонка вздорная, мало ли что ей в голову…

– Нет, Саш. Даже гипотетически. Ты уж прости.

– Да я понял.

16

Бабушка всегда говорила: «Саш, ты обязан вырасти достойным человеком. Слышишь? Обязан». «Ты должен быть нормальным, – повторяла она. – Ты не должен стать таким, как твоя придурочная мать». Именно так, хлестко и без соплей – «придурочная мать».

В детстве Саша даже не задумывался, что «придурочная», разумеется, являясь его биологической матерью, так же являлась биологической дочерью Майи Анатольевны и, по сути, ее первым неудавшимся продюсерским проектом. А еще – главным злодеем (злодейкой) ее рукотворной вселенной, в центр которой был помещен Саша.

Сашу воспитывали в страхе «не стать таким, как мать». Этот страх въелся в Сашину душу, как морилка. Этот страх стал основой Сашиной души.

Бабушка забрала к себе Сашу, когда ему было четыре года. «Я не дам тебя погубить, – сказала она. – Я костьми лягу, но обеспечу тебя самым лучшим. Если надо, сама есть не буду, слышишь, Сашенька. И куска хлеба не возьму, все тебе».

Сашу отдали в частный детский сад, который он возненавидел с первого дня. Воспитательницы в этом саду были ужасно красивыми; они говорили тихими мелодичными голосами и никогда не ругались. Шкафчики были выкрашены ярко-голубой краской; с тех пор и навсегда Саша возненавидел голубой цвет. Послеобеденный сон был не обязательным; это время можно было потратить на что-нибудь полезное. Саша вместе с другими детьми лепил из глины, делал поделки из шишек, учил английский по желтому учебнику. Саша ни с кем не общался. Другие дети, не только девочки, но и мальчики, казались ему непростительно красивыми. Самой красивой девочкой была Амелия. У нее были золотистые кудрявые волосы и огромные голубые глаза. Как-то Амелия испортила Сашину поделку из пластилина, которую он делал несколько часов. Просто подошла, вырвала из рук и расплющила. По Сашиной задумке, это должна была быть собака породы эрдельтерьер (у него была детская книжка с картинками про собак, из которой он узнал про разные породы), но после вмешательства Амелии превратилась сначала в английского бульдога, а потом и вовсе в бесформенный комок пластилина. Амелию за этот поступок не то что не наказали, но даже не пожурили. Ну она же девочка, сказала Саше воспитательница. Самым красивым мальчиком был Кирилл. Он всегда носил белоснежные маечки, и они у него оставались чистыми. Кирилл не портил Сашины поделки, но однажды, во время обеда, когда Саша пытался запихнуть в себя молочную лапшу, он сказал: «Ты урод». Точнее, «ты улод», потому что звук «р» он все-таки не выговаривал. Саша не знал точного значения этого слова, но догадался. Вечером он попытался спросить у бабушки, но внятного ответа не получил.

Чуть позже он сам узнал, что означает слово «урод». Что ж… в чем-то этот Кирилл действительно прав. Саша – урод. Он носит очки; у него слишком большая голова и слишком длинные руки; слишком дурацкие ноги; и вообще, весь Саша – слишком дурацкий.

С этого момента Саша на каком-то нутряном уровне начал бояться привлекательных людей. В том числе и бабушку. В детстве бабушка казалась Саше ужасно красивой. Настоящая Снежная королева из сказки – выбеленные, с ноткой серебра, волосы, фарфоровая кожа с легким румянцем, удивительно ясные прозрачные глаза, длинные ресницы и красные губы, единственное яркое пятно во всем этом снежном великолепии. Осанка у нее была невероятная, как у балерины, даже в старости, а манера держаться словно бы намекала, что есть в ее крови капелька королевской.

Саша пошел в первый класс, и ему сразу же сделалось чертовски скучно; он умел читать, писать и считать, в то время как не все его одноклассники могли с уверенностью назвать свое имя.

Саша пошел во второй класс; ничего не изменилось, по-прежнему он был умнее окружающих.

Саша пошел в третий класс.

И только в пятом классе Сашу познакомили с девочкой, которая могла поддерживать с ним беседу на равных. Этой девочкой, разумеется, была Оля Дубровская. До появления Олисаши оставалось несколько лет.

Первый Сашин юбилей. Десять лет. Он уже знал, какой подарок получит от бабушки. Знал, потому что сюрпризы она не любила. Потрясающе оформленное издание Alice in Wonderland с иллюстрациями самого Тенниела. Разумеется, на английском, потому что на русском Саша уже читал.

Alice was begi

А еще на свое десятилетие Саша получил в подарок Олю Дубровскую. Ее пригласили на день рождения. Бабушка откуда-то знала ее родителей.

«Оля из приличной семьи», – говорила она, выделяя интонацией слово «приличной».

Бабушка очень постаралась. Бабушка испекла пирог. Бабушка приготовила вкусные салаты. Бабушка купила много газировки – кока-колу, фанту и спрайт. Бабушка накрыла стол в гостиной, как будто был Новый год.

Приглашены были бабушкины любимые ученицы и, разумеется, Оля с родителями.

Оля первая и завязала разговор.

– А что тебе подарили? – спросила она, когда взрослые ушли на балкон курить, а бабушка удалилась на кухню проверить пирог.

Вместо ответа Саша, который не привык еще разговаривать с девчонками, принес из спальни огромную «Алису».

– О, я читала. На русском, правда. «Алиса в Зазеркалье» мне нравится больше. Например, Шалтай-Болтай. «И вся королевская конница, и вся королевская рать…»

– Не могут Шалтая-Болтая, Шалтая-Болтая собрать!

Оля радостно захлопала в ладоши.

Начало большой дружбы было положено.

– А ты в какой школе учишься?

Оля назвала ту школу, в которой учился Саша.