Страница 86 из 193
– Ну что там? Там неприличное?
– Не! Там анекдот! – давясь от смеха, сказала Мурадова.
– Читай давай.
И Мурадова прочитала.
«Шел по лесу охотник и неожиданно провалился в берлогу. Осмотрелся и видит: в углу, съежившись, сидит маленький медвежонок и дрожит от страха. Охотник спрашивает его:
– Папа дома?
– Не-а!
– А мама дома?
– Не-а!»
Финал анекдота Саша не дослушал. Потому что он его знал.
Он вылетел из кабинета, не спросив разрешения Эльвиры Александровны.
В кабинет физики он вернулся только после перемены и только для того, чтобы забрать свои вещи. Оставшиеся два урока он просидел в углу под лестницей. Потом пришлось еще сорок минут ждать, потому что у шестого «А» был классный час. Оле написал, что будет ждать ее около стоянки: не хотелось пересекаться с остальными девочками из шестого «А», в особенности с теми, кто написал злосчастную валентинку. Саша примерно догадывался, кто это мог быть.
А на улице, несмотря на февраль, была уже настоящая весна. Несмотря на твердый ноздреватый снег, несмотря на лужи, покрытые коркой льда, несмотря на почти минусовую температуру – все равно весна. Солнце светило уже по-особому, еще не грело, но уже улыбалось, хитро прищурившись.
Саша пару раз поскользнулся, пока шел к стоянке. Олю пришлось ждать много времени – классный час в шестом «А» длился довольно долго. Будь его воля, Саша сам бы провел этот классный час, и, видит бог, после этого класса в живых осталась бы только Оля.
Оказалось, что Оля знала про валентинку, более того, знала, кто это все придумал и написал. «Халисова, Фирсанова и Румянцева», – подтвердила Сашины опасения Олька. «А писал кто?» – «Писала Лера Халисова. У нее почерк хороший. Прости, Саш, я хотела тебя предупредить, но я не думала, что тебя это так обидит». – «А я на них не обиделся. Но убил бы всех на фиг».
А вот теперь та самая Лера Халисова изъявила желание познакомиться и подружиться с ним, с Сашей. Законы природы, кажется, идут к черту. И снова единственным человеком, который мог бы ему помочь и дать совет, была Олька. Потому что – Олясаша. И по-другому быть не может.
Леру он отшил, причем в довольно жесткой форме, причем два раза.
Вот только… чем дальше в лес… В какой-то момент Саша пожалел, что отказался. Лера же предлагала ему деньги. Деньги! А деньги – это что? Правильно, независимость. Саша уже давно хотел найти работу. Самый простой вариант – «Макдоналдс». Но бабушка! Ее же удар хватит. «Сашенька, тебе же нужно учиться. Тебе же нужно получить образование! О какой работе может идти речь, милый, милый Сашенька». Она же еще заплачет, Саша не выдержит ее слез и сделает все, как она хочет. И ни тебе работы, ни денег, ни свободы.
А вот развести Леру на деньги – заманчивая идея. Олька говорит, она доверчивая. Подругам своим постоянно деньги дает. И кормит их за свой счет в «макдаке», и вещи иногда покупает. Вещи! У Кристины Румянцевой есть красивая кофточка от Киры Пластининой, так вот, ее вроде Лера ей купила. Если верить Ольке, девчонки с ней только из-за денег и дружат.
Саша маялся-маялся, катая в голове мысль, точно теннисный мячик, но все-таки решился, подождал, когда у десятого «А» закончатся уроки (он, разумеется, знал их расписание), и подошел к Лере. С трудом скрывая отвращение (а она его ужасно раздражала своими ужимками), он спросил про английский. И Лера такая – хлоп-хлоп ресницами. Хлоп-хлоп. Улыбочка, улыбочка. Бесит! Ох, блин. Бесит! Ему ж эту Леру теперь два раза в неделю видеть! Впрочем, пятьсот рублей за занятие – это пятьсот рублей. Это будут первые заработанные Сашей деньги, хотя, конечно, даже «макдак» лучше. Но придется потерпеть.
На остановке Саша очень долго ждал автобус, поэтому основательно промерз. Закостенел так, что врагу не пожелаешь, брр. В салоне автобуса, кажется, было холоднее, чем на улице. Откуда такой дубак, непонятно, – октябрь же. А Лера так каждый день катается. Глупенькая она все-таки. Могла бы и в другую школу перейти. Не додумалась? Видимо, не додумалась.
Олька ждала его на остановке, упаковавшись в длинную куртку, как в спальный мешок. Вязаный красный шарф был обмотан вокруг шеи и закрывал лицо аж до самых глаз. Олька очень обрадовалась, когда Саша, расхристанный, хлюпающий носом, вывалился из автобуса вместе с толпой болоньевых курток. Часть этих курток прошлепала в сторону метро. Судя по чемоданам, которыми были навьючены некоторые куртки, кому-то из них надо было в аэропорт Внуково.
– Так, ну рассказывай, что у тебя там произошло.
Саша приютился на краешке щербатой скамейки, в тени здоровенного коротко стриженного парня в черном бомбере. Тень через какое-то время закурила, и весь едкий дым потек на Сашу.
– Ни за что не поверишь, Оль. Со мной произошла Валерия Халисова. Знаешь такую?
– Лера? Что общего может быть у тебя и Леры? Не поняла.
– Английский.
– Еще больше не поняла.
К остановке подъехал длинный бело-зеленый автобус. Распахнул двери, выпустил людей. Те же самые люди, показалось Саше, те же самые куртки.
– Все началось на прошлой неделе. Давным-давно, в далекой-далекой галактике… Ну ладно, как-то неделю назад меня подловила Халисова и молвила человеческим голосом. Я аж охренел поначалу, если честно. Уж кто-кто, но Халисова, оказывающая мне знаки внимания, – это прикол… нонсенс, а она, скорее всего, и слова такого не знает… Ну короче, поймала она меня после биологии. Прямо к стенке прижала, реально. У меня, говорит, по-английскому двойка за контрольную. Помоги мне, пожалуйста. Она даже, по-моему, сказала «спаси».
– И сохрани. Ладно, продолжай. Я, кстати, поняла, какую контрольную она имела в виду. Легкотня полнейшая.
– Ну я и слинял от нее. Так она меня потом нашла. Но я снова слинял. Но потом меня перемкнуло, и я передумал. Я буду заниматься с ней инглишем.
– Саша!
– Потому что она мне денег предложила.
– Много?
– Пятьсот рублей за занятие. Оль, скажи честно, что ты обо всем этом думаешь?
Оля ответила не сразу. В ее голове явно происходила сложная работа, но Саша так и не понял какая. Он даже не смог понять, расстроилась Оля или нет. По сути, Саша сейчас сообщил, что будет проводить уйму времени с одной из самых симпатичных девчонок старшей школы. Халисова, конечно, простая, как песенка, и в голове у нее одна извилина, и та прямая, но нельзя отрицать, что она очень даже ничего, высшая лига. Оля же прекрасно понимает, что она так себе.
– Думаю, что это очередной розыгрыш Халисовой и компании.