Страница 117 из 193
Впрочем, у нее, у Оли, диагноз. Так что вряд ли ее бессмысленная взрослая жизнь будет долгой.
– Доченька! – Оля наконец-то расслышала слабый мамин голос. – А ты чего молчишь-то? Нездоровится?
– Да, мам. Нездоровится.
Оля произнесла, как отрезала, три этих слова и почувствовала, что устала. Она отодвинула кусок с недоеденным тортом и встала из-за стола.
– Пойду полежу.
Оля закрылась в спальне. Включила музыку на компьютере. Не дошла до кровати, легла прямо на пол, покрытый белым пушистым ковром. Раньше на этом ковре они часто лежали с Сашей. Обсуждали всякую Сашину утомительную ерунду типа убийства Даймбэга Даррелла из «Пантеры». Один раз в гости пришла Рита Баженова, и они тоже валялись на этом ковре. Ковер, правда, после Риты пришлось чистить. Оля вообще хотела его выбросить, но родители запретили… А вот теперь Оля лежала одна, а из колонок пела Диана Арбенина.
7
Без одиннадцатых классов школа опустела. Ах да, точно. Теперь они и есть одиннадцатые классы.
Все только и говорят, что о ЕГЭ. Все куда-то собираются поступать, аж страшно. Даже дубина Овсянников, троечник из троечников, намылился в какой-то платный вуз на «менеджера в туристической сфере», смешно. Овсянников столицу России не всегда с первого раза называет, да и само слово «Россия» зачастую с одной «с» пишет. Какой ему менеджер в сфере туризма – он в Австралию вместо Австрии прилетит и не заметит. Оксана Куликова и Света Фирсанова собрались на экономику поступать, Кристина Румянцева – в транспортный вуз. Рома Иванчук, с недавнего времени главный музыкант школы, заговорил про Бауманку, чем всех удивил. «Не хочу больше заниматься музыкой», – сказал Рома.
Лера в этих разговорах не участвовала. Да ее и не звали. Из-за дружбы с Ритой Баженовой ее теперь сторонились, как прокаженной. Да, Лера теперь сидела за одной партой с Ритой.
Все обзавелись репетиторами. Теперь ни у кого не было ни минуты свободной. Время словно бы ускорилось – одиннадцатый класс, слишком многое надо успеть. Школьные годы чудесные вот-вот закончатся.
Время ускорилось для всех, но не для Леры. Для нее все происходящее, наоборот, замедлилось, застряв в одной точке. Снова и снова Лера мысленно возвращалась к той пятнице, когда Саша голосом Кристины Румянцевой сказал, что ненавидит ее, Леру.
«Саша просил передать, что тебя ненавидит».
Лера услышала. Лера поняла. Лера, конечно, глупенькая, ей все надо повторять по два раза, но этот урок она усвоила.
И пока все обсуждали Бауманку, МФТИ и проходные баллы, Лера проворачивала в своей голове, как в мясорубке, одни и те же мысли; от этих мыслей ее уже в прямом смысле тошнило, но перестать их думать она не могла.
Лера слушала музыку, чтобы заглушить мысли. Не помогало. Мысли оказывались громче. Лера сидела в наушниках даже на уроках. Одноклассники и учителя были похожи на рыб: они безмолвно открывали рты, Лера кивала им в такт, но совершенно не понимала, что они говорят.
Как все эти люди могут сохранять хорошее настроение, когда Лере так плохо? Они что, не видят, что у Леры разбито сердце?
Лере казалось, что это заметно. Такой дефект. Она ходит, пряча под одеждой сердечную рану, и никто из окружающих не догадывается. Ах да. Это у Оли Дубровской больное сердце. Не у Леры.
Лера приезжала из школы домой, запиралась в своей комнате, слушала «Фри дэйс Грэйс» и «Линкин парк». Лежала так до маминого прихода. Ужинать перестала. В десять вечера с работы приходил дурацкий Слава, и мама готовила для него. Про Леру все словно забыли.
Лера настолько погрязла в своем одиночестве, что всерьез начала задумываться: а существует ли она на самом деле? Она ходила по школе неприкаянная, как Честер в клипе From the Inside, и все толкали ее локтями. Статус невидимки давал только одно преимущество. Лера могла следить за Сашей, не беспокоясь, что он ее заметит. Она следила за ним онлайн – изучила его страничку вдоль и поперек. Изучать там было особо нечего – Саша не любил фотографироваться, никогда не публиковал статусы и цитаты. Только музыка и его любимые заумные фильмы. Лера следила за ним и в реальной жизни. Он поступил в институт на заочку. Институт экономики и бизнеса Алены Сахаровой. Устроился на работу. Каждый день ездил на метро. По вечерам Лера ждала его возле метро «Юго-Западная». Просто так. Она не планировала с ним разговаривать, нет, зачем. Важно было убедиться, что с ним все в порядке. Иногда Саша работал и по выходным. Как-то раз в одну из суббот Лера специально села в автобус до «Юго-Западной» и подождала Сашу возле метро. Почему-то она была уверена, что сегодня он поедет на работу. И не ошиблась. Часы показывали 8:55, когда Саша толкнул тяжелые стеклянные двери и зашел в вестибюль.
Как-то вечером Лера зашла на Сашину страничку во «ВКонтакте» и увидела, что он сменил статус.
«Встречается с Яной Гречихиной».
Поначалу Лера подумала, что ошиблась. Обновила страничку. Встречается с Яной Гречихиной. Обновила еще раз. Статус не изменился. Лера нажала красный крестик в углу и закрыла «ВКонтакте». Минут десять, не меньше, она просидела на стуле, не шевелясь. Время остановилось.
Что еще за Яна Гречихина? Откуда она взялась?
Лера начала оттаивать, когда услышала мамину возню на кухне.
Саша – встречается. Лера пошевелила мышкой, разбудила уснувший монитор, снова открыла «ВКонтакте». Перешла на страничку этой Яны Гречихиной. Серьезно? Саша вот с ней встречается? Это же даже не смешно. Девчонка совершенно не в Сашином вкусе. Она же… она же вульгарная! Где он вообще ее подцепил? И тут до Леры начало доходить. Саша специально выбрал такую девушку. Этот статус во «ВКонтакте» – Сашино послание Лере. Лера должна будет его правильно понять и сделать что-то важное. Но что именно? Попросить прощения? И что этим хочет сказать Саша? Может быть, написать ему? Поздороваться, спросить, как дела. Спросить, что он делает. Да нет, это слишком просто. Саша – сложный. Саша – замороченный. Непонятный. Надо правильно разгадать это послание, тем самым доказав Саше, что она, Лера, его заслуживает.
Подобрать к тебе код, сделать наоборот, отключить от сети, не уйти.
Может быть, тогда Саша перестанет ее ненавидеть.
8