Страница 106 из 193
В детстве же Саше очень нравилась эта шумная звонкоголосая женщина. Он не совсем понимал, что это – самый родной для него человек, что это его мама. Мама Надя была просто волшебной девушкой, невероятной, неземной, прилетевшей откуда-то с другой планеты, – мамой ее Саша не воспринимал, в роли мамы для него была бабушка Майя Анатольевна.
Но почему-то каждый раз после ухода этой праздничной женщины Саша очень горько плакал. Он не понимал, любит ли он ее, эту почти незнакомку, или нет. Она была прекрасной незнакомкой. Но почему-то каждый раз после расставания с ней нехитрая вселенная словно бы разрушалась, потом ее приходилось восстанавливать заново, и было очень больно, но Саша, разумеется, не мог бы сформулировать своих чувств.
– Саша, забудь ты про нее, – пыталась утешить его бабушка. – Твоя придурочная мать – плохой человек, очень плохой. Давай она больше не будет приезжать, чтобы тебя не расстраивать?
После этих слов Саша обычно начинал плакать еще сильнее.
Однажды, когда ему было уже шесть лет и он готовился к поступлению в школу (причем, судя по интенсивности бабушкиной учебной программы, планировалось, что Саша будет там учителем), он все-таки устроил истерику. Он держался весь день. А вечером устроил. А дело было так. Мама Надя приехала, и они пошли гулять. Был конец мая, солнечный и теплый. Они гуляли по проспекту Вернадского, как настоящие мама и сын, ели мороженое, пили газировку, а потом вернулись домой, и дома их ждал яблочный пирог, и дома их ждал вкусный чай в пакетиках, а потом они с мамой сели смотреть «Короля Льва» на видеокассете. Саша прежде много раз смотрел «Короля Льва», но с мамой Надей – никогда. Он всегда плакал, но в этот раз плакал сильнее обычного.
И отчего-то ему очень захотелось, чтобы мама Надя взяла его с собой. Он знал, что там, в Апрелевке, где жила мама Надя, у нее был муж и были другие дети. Ему хотелось бы с ними со всеми подружиться. Он почему-то был уверен, что все они будут ему рады. Он даже хотел принести им свою коллекцию альбомов с наклейками Panini, у него был альбом «Мир животных», почти полностью заполненный, и был альбом «Король Лев», и был альбом «Трансформеры», который ему не очень нравился.
И мама была согласна взять Сашу с собой. Вслух она, конечно, ничего не сказала, но Саша был уверен, что она согласна. Глазу у нее стали добрыми-добрыми и мягкими, как смородиновое желе.
Но бабушка запретила.
Она запретила, она сказала «нет», она сказала, убирайся из моего дома, она сказала, ты Сашу против меня настраиваешь, хотя мама Надя никого не настраивала, она сказала, попробуй только его забрать, она сказала, будь ты проклята, а мама Надя сказала, ненавижу тебя, и так они долго ругались, а Саша сначала просто плакал, потом начал рыдать навзрыд. И потом мама Надя засобиралась домой, в Апрелевку, где у нее были муж и другие дети, и вот она стояла в коридоре, обувалась, а она была в кроссовках, она зашнуровывала кроссовки, долго стояла, нагнувшись, долго зашнуровывала, и Саша стоял рядом с ней, вытирал слезы, смотрел и все ждал, ждал, когда она закончит зашнуровывать кроссовки, и выпрямится, и посмотрит на него, на Сашу, а бабушка стояла позади, скрестив руки на груди, и глаза у нее были (Саша не видел, потому что боялся обернуться, но знал точно) злые-презлые.
«Ну, пока, Сашуль». Мама натянула ветровку. Она накинула ветровку, потому что, хотя был и май и солнечно, на улице уже вечер, темнеет, а ей ехать далеко, в Апрелевку. Мам, возьми меня с собой! Ну пожалуйста. В ответ мама Надя как-то непонятно пожала плечами. Наклонилась, чтобы поцеловать Сашу, но Саша отпрянул и убежал в гостиную.
Мама ушла. Она, вероятно, вызвала лифт и уехала на лифте. Саша не успел попрощаться. А он и не хотел. С этого вечера мама стала приезжать реже.
– Твоя придурочная мать тебя не любит, – так объяснила бабушка. – Ты ей не нужен. Ты никому не нужен, кроме меня. Понимаешь.
Но Саша не понимал. Ему очень сильно (а он на тот момент уже понимал, что он урод) захотелось, чтобы и мама его полюбила, а не только бабушка. А мама все не приезжала. Кажется, она совсем забыла про Сашу. И вот однажды вечером (мама не приезжала уже целый год) Саша спросил бабушку, куда делась мама.
– Она умерла, Саш, – не моргнув глазом, ответила бабушка. – Твоя мать умерла.
Странно, но в этот раз Саша не заплакал. Он уже хорошо знал, что такое смерть. Смерть – значит уйти на тот свет. В тот год в их подъезде несколько человек ушли на тот свет. Саша знал об этом, так как видел на лестничных площадках гробы. Мама тоже ушла на тот свет. По крайней мере, она не разлюбила Сашу. Просто ушла.
Саше исполнилось двенадцать, когда бабушка призналась, что это был обман. «Мама жива, она просто не хочет тебя видеть». Это тоже был обман, но Саша узнал об этом намного, намного позже.
Всего лишь раз за свою жизнь Саша получил тройку по английскому. Это было, когда он учился в шестом классе. Была какая-то дурацкая самостоятельная, ничего особенного, но он в тот день не выспался, встал не с той ноги, был в плохом настроении, в общем, написал что-то наобум, да так и сдал, за что получил вполне заслуженный трояк. Юлия Михайловна сказала, это из-за невнимательности. Бывает. «Но в следующий раз, пожалуйста… Сначала прочитай задание, потом пиши. Понял? Сначала прочитай задание!»
Саша понял. Из-за невнимательности, ничего страшного. Вот только… Бабушку удар хватит!
Она так и говорила всегда: «Саш, в тебе очень много от твоей придурочной матери, ты очень на нее похож, никогда не забывай об этом. Она тоже все время витала в облаках, и вот, смотри, чем все закончилось. Будь сосредоточенным и собранным, Саша, будь внимательным, иначе…»
В тот день, когда Юлия Михайловна объявила оценки за самостоятельную, в тот день, когда Саша узнал, что у него тройка, в тот день, когда мир стал черно-белым и еще сделалось холодно, ужасно холодно, будто во всем мире отключили отопление, Саша решил вообще не идти домой. Бабушка расстроится, бабушка будет на него смотреть своими прозрачными светлыми глазами, полными сожаления, бабушка, возможно, начнет кричать, а кричит она не так, как другие, бабушка кричит еле слышно, бабушка кричит очень тихо, бабушка кричит так, что мороз по коже, ведь бабушка – это Снежная королева, и она умеет…