Страница 8 из 55
– Но мне кажется, ты из другого теста, чем мы с Мамией. Хотя и не любишь конфликты, но долго мириться с беспределом не будешь. У тебя найдутся силы, чтобы проявить характер.
С этими словами Кидзима покинул кафе. Только на столе осталась россыпь документов.
Сбитый с толку Сюта все пытался осознать произошедшее. И что ему теперь делать? Как минимум оставлять документы тут нельзя… Сюта собрал бумаги обратно в конверт, запихал его в портфель и поплелся в компанию. Он был так глубоко погружен в свои мысли, что пропустил мимо ушей обычную головомойку от Эмото, чем разозлил того еще сильнее.
– Черт возьми, попробуй хотя бы изобразить энтузиазм. Никакого желания работать. А где Кидзима? Нынешняя молодежь совсем не умеет за временем следить?
Рабочий день давно закончился, однако большинство сотрудников оставались на своих местах. На душе у Сюты становилось все беспокойнее. Кидзима так и не появился.
– Кто-нибудь, позвоните Кидзиме! Сколько можно пропадать на обходе клиентов, – зло прикрикнул Эмото.
Сидевшие вокруг сотрудники переглянулись. Кто-то попытался дозвониться до Кидзимы. Безрезультатно. Взбешенный Эмото позвонил со своего телефона, но трубку никто не взял. Сюта сидел сам не свой, а Эмото закипал все сильнее. Неужели Кидзима был серьезен? Он правда решил не возвращаться?.. Портфель с оставленным Кидзимой конвертом с документами стоял у ног Сюты. Он украдкой задвинул его поглубже под стол.
После того, как Кидзима не ответил даже на звонок начальства, Эмото попытался связаться с ним по личному номеру. Все равно без ответа. Подчиненные Эмото начали бросать на него косые взгляды. Обычно тот не выходил из себя до такой степени и не устраивал шумихи лишь потому, что какой-то сотрудник не вернулся вовремя со встречи с клиентами.
Поздно вечером Сюта покинул компанию, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Обычно он ездил в свою съемную квартирку в стареньком доме недалеко от городской администрации на метро, но сегодня ему хотелось дать себе время на раздумья, так что Сюта пошел пешком. Лучше всего отыскать Кидзиму и вернуть ему конверт. Если не удастся – прийти утром на работу пораньше и тайком положить его в стол Эмото. Хуже всего – как ни в чем не бывало продолжить работу Кидзимы и отправиться обходить клиентов по списку Эмото.
«Да все звучит скверно. И почему Кидзима повесил это на меня?..» – поморщился Сюта, открывая дверь в квартиру. Би обнаружилась прямо у порога. Увидев Сюту, она коротко мяукнула.
– Ой, вот ведь! Прости, я совсем о тебе забыл… – Сюта присел на корточки. Стоило ему протянуть руку к Би, как она тут же подалась навстречу и принялась тереться о нее, прикрыв глаза. – Прости, правда. Я собирался вернуться домой пораньше…
Миска с водой опустела. Сюта с досадой прикусил губу. Не сняв пиджака, он поспешно налил Би воды и насыпал корма. Какое-то время наблюдал за тем, как она ест.
– Что я за человек такой… Даже о кошке не могу позаботиться. А ты молодец, в отличие от меня. Так терпеливо ждала.
В комнате царил порядок. Би прекрасно себя вела и тихо ждала его весь вечер. А он… В глазах вдруг защипало.
Откуда-то донеслось тихое жужжание. Телефон? В кармане его не нашлось. Точно… Сюта принялся шарить в портфеле. Сегодня он так спешил поскорее убраться с работы, что просто сгреб все со стола в портфель, словно спасался бегством. Звонила мама.
– Алло. Привет, мам…
От звука маминого голоса грудь сдавило.
– Нет, я уже дома. Недавно вернулся. Да, конечно поужинал. У меня все хорошо.
Обычный разговор ни о чем, как и все периодические звонки от матери. И ответы Сюты тоже всегда были одинаковыми.
– Мама, сколько можно говорить. Сейчас все не так, как прежде. Специалисты с опытом ценятся. Нет ничего страшного в смене работы.
Мать постоянно переживала о том, как у Сюты складывается с работой. Сразу после окончания университета Сюта устроился на работу в продовольственную компанию средней руки. Однако на заводе на окраине города, куда его распределили, он столкнулся с таким неприятием работающих на временной ставке коллег, что спустя полгода уволился, не выдержав издевательств. Он до сих пор хорошо помнил оцепенение и тоску, охватившие его тогда – впервые в жизни он столкнулся с серьезным крахом.
А еще он помнил огорченные лица родителей. Они не упрекали его, но наверняка были разочарованы тем, что сын, выпускник университета, так быстро остался безработным. Поэтому Сюта очень радовался, когда устроился на нынешнее место работы, в компанию больше и престижнее, чем прошлая. Это помогло ему сохранить лицо и успокоить родителей.
– Не переживай, все у меня хорошо. Нынешняя компания куда лучше, чем та, откуда я ушел. Они на совершенно разном уровне.
Сюта сухо усмехнулся. Сердце в груди рассыпáлось на части, словно слепленное из песка.
– Говорю же – у меня хорошие перспективы! Вот и сегодня на утренней летучке мне сказали, что по прибыли мне и до топовых сотрудников недалеко. Ну, нет, не настолько все радужно. Остальные ведь тоже не отстают. Все очень стараются.
Все стараются. Все-все. Сюта поджал губы, стараясь, чтобы голос не дрожал. Да, все стараются. Поэтому и ему нельзя опускать руки. Телефонный разговор закончился. Серая Би как раз доела ужин и облизнулась. Затем принялась вылизывать передние лапки.
«Она ведь только что ела, а теперь этим языком моется. Разве так дочиста вылижешься», – хмыкнул Сюта. Усердно вылизав передние лапки, Би принялась тереть ими мордочку. Тщательно, аккуратно, не спеша. Глаза она протирала ну прямо совсем как человек. Наконец, пригладив шерсть даже на голове и ушах, Би с довольным видом улеглась на пол.
«Хорошо кошкам… Такие беззаботные». Сюта потрепал Би по голове. Та послушно дала себя погладить, однако стоило ему убрать руку – тут же принялась вновь вылизывать переднюю лапку и приглаживать шерсть на голове с еще большим рвением, чем прежде. Похоже, ей не понравилось, что Сюта испортил ей прическу.
– Ну, ты даешь! Где твои манеры? Дай-ка я тебя еще потреплю!
Би ловко увернулась от протянутой руки Сюты и отошла в сторонку, где продолжила наводить марафет.
– Ладно, прости-прости. Больше не буду. Иди сюда.
Но Би больше к нему не подошла. Видимо, время ласк закончилось. Проявление характера кошечки так позабавило Сюту, что он засмеялся в голос. Давно он не смеялся искренне, а не неловким фальшивым смехом, чтобы скрыть истинные чувства.