Страница 30 из 75
Глава 9
По пути домой я свернул в супермаркет. В кармане лежали вполне осязаемые деньги с первых продаж Хайзенберга, а организм настоятельно требовал нормального строительного материала для клеток. Одной яичницей с беконом сыт не будешь, особенно если тебе семнадцать, ты восстанавливаешься после пулевого ранения в бедро и каждый день варишь зелья в промышленных масштабах.
Я взял приличный кусок говяжьей вырезки, упаковку риса, свежий перец чили, корень имбиря, соевый соус и несколько видов зелени. Химия кулинарии ничем не уступает алхимии, если знать, при какой температуре активируются нужные вкусовые рецепторы.
Дома меня встретила непривычная тишина. Никакой поп-музыки, никаких орущих подружек. Только приглушенный свет на кухне и едва уловимый запах дорогого цветочного парфюма, который явно пытался перебить привычный аромат акриловой краски.
Юна сидела за столом. Перед ней лежал раскрытый скетчбук, в руке был зажат карандаш. Она делала вид, что полностью поглощена искусством, но штриховала одну и ту же линию с таким остервенением, что бумага вот-вот должна была порваться.
Вчерашний инцидент с предложением Джи-а сообразить на троих и последующим бегством Мин-су закончился ничем. Я тогда просто ушел к себе в комнату, оставив девчонок переваривать последствия собственных слов. И вот теперь напряжение в воздухе можно было резать ножом.
Пололжил пакет на столешницу и наконец посмотрел на соседку.
Выглядела она… Сегодня Юна была красивой Юной. И, что самое подозрительное, она явно приложила к этому немало усилий. Стрелки на веках, легкий румянец, губы тронуты влажным блеском. На ней была белая футболка, завязанная узлом на талии, и экстремально короткие джинсовые шорты. Икры и бедра, обычно скрытые штанами, блестели гладкой смуглой кожей — тайка явно побрила ноги. Событие поистине беспрецедентное для человека, который обычно спал в той же одежде, в которой рисовал на заброшках.
— Привет, — бросил я, отворачиваясь к раковине.
Она что-то невнятно буркнула в ответ, не поднимая головы.
Я вытащил продукты. Достал разделочную доску и нож. Нарезал говядину тонкими слайсами строго поперек волокон, чтобы разрушить жесткую структуру соединительной ткани. Плеснул на раскаленную сковороду масла. Как только оно пошло легкой рябью, закинул мясо. Кухня моментально наполнилась агрессивным шипением и запахом жарящегося белка.
Пока говядина покрывалась корочкой, я быстро нашинковал чили, раздавил лезвием ножа пару зубчиков чеснока и натер свежий имбирь. Добавил всё это в сковороду, следом влив соевый соус и немного кунжутного масла. Аромат стал таким плотным, что у меня рот наполнился слюной.
Карандаш с громким стуком упал на стол.
— Знаешь, Джи-а вчера просто ляпнула какую-то фигню, — произнесла она подчеркнуто небрежным тоном. — Она всегда несет бред, когда нервничает.
— Конечно, — кивнул я, убавляя огонь.
— И вообще, она была на эмоциях. Сама не понимала, что предлагает.
— Абсолютно, — я закинул в кипящую воду пакетик с рисом.
Юна завозилась на стуле. Мое безмятежное согласие явно не вписывалось в сценарий разговора, который она прокручивала в голове последние полдня.
— И чтобы ты себе ничего не напридумывал, — ее голос стал чуть громче, — я не собираюсь ни с кем спать. Тем более втроем. Тем более с тобой и этой розововолосой истеричкой!
— Разумеется.
— Это же просто абсурд! Какая нормальная девушка вообще такое предложит? Надо же было додуматься!
— Согласен. Полный бред.
Я достал две тарелки. Выложил на каждую порцию дымящегося риса, сверху щедро добавил пряную, блестящую от соуса говядину. Украсил всё это мелко нарубленным зеленым луком.
Юна окончательно бросила свой скетчбук. Она развернулась ко мне корпусом, закинув ногу на ногу и скрестив руки под грудью. Ее глаза метали молнии.
— Она просто хотела меня вывести из себя! — продолжала насыпать соседка, повышая тон. — Думала, я испугаюсь или начну оправдываться. А Мин-су вообще идиот, приперся не вовремя. Теперь растреплет всему району, что мы тут оргии устраиваем.
— Скорее всего, так и будет, — я поставил одну тарелку прямо перед ней, а со второй сел напротив.
— Да ты издеваешься! — вспыхнула Юна. — Я тут распинаюсь, пытаюсь объяснить ситуацию, а ты только поддакиваешь!
— Я просто с тобой согласен. Ешь, пока не остыло.
Она сверкнула глазами, но запах взял свое. Юна схватила вилку и ткнула в кусок мяса. Отправила его в рот. На секунду ее лицо расслабилось, глаза слегка расширились от гастрономического шока, но она тут же взяла себя в руки и продолжила жевать с подчеркнуто недовольным видом.
— Мог бы хоть сам что-то сказать, — прошамкала она с набитым ртом. — Сидишь весь такой правильный.
— Да, точно нужно было что-то сказать.
Юна закатила глаза так сильно, что я удивился, как она не увидела собственный мозг.
— Придурок. Ты просто непробиваемый придурок.
— Сто процентов, — подтвердил я, отправляя в рот порцию риса. — Эмпатия у меня на нуле.
Ужин прошел под аккомпанемент ее возмущенного сопения и непрерывных обвинений. Она ругала Джи-а за распущенность, Мин-су за трусость, меня за бесчувственность, арендодателя за жадность, а корпорации за цены на растворители. При этом ее тарелка опустела даже быстрее моей.
Я молча доел, собрал посуду и бросил в раковину. Включил воду, быстро смыл остатки соуса губкой. Вытер руки полотенцем.
— Спокойной ночи, Юна, — произнес я, проходя мимо нее в коридор.
— Стой! — она спрыгнула со стула и пошла следом.
Она наступала мне на пятки, почти упираясь грудью в мою спину.
— Ты куда пошел?! Мы не договорили! Ты меня вообще слушаешь или просто ждешь, пока я заткнусь?!
Я взялся за ручку своей двери и медленно развернулся. Коридорчик был узким, так что мы оказались стоять почти вплотную друг к другу. Воздух между нами вдруг стал каким-то плотным.
Юна тяжело дышала. Ее грудь часто вздымалась, щеки горели от возмущения, а темные миндалевидные глаза смотрели на меня снизу вверх с вызовом и затаенной паникой.
— Ты… ты всё время только соглашаешься! — выпалила она, сжав кулаки. — Бесишь меня! Мог бы хоть раз поспорить! Мог бы сказать, что Джи-а дура, а я… а я нормальная! Мог бы хоть как-то отреагировать, а не вести себя как робот!
Я посмотрел в ее блестящие глаза, скользнул взглядом по приоткрытым влажным губам и спокойно ответил:
— Я полностью согласен.