Страница 24 из 75
— Ладно, — сказал я. — Значит, чобы корпораты не прикрыли нас при первой же возможности, нужно перевести нашу деятельность в легальное русло. Как легализовать новый препарат?
Джун-хо поперхнулся вином. Остановился посреди тротуара и уставился на меня.
— Легализовать?! Ребров, ты с какой луны свалился? Я торговец, а не алхимик-магистр! Я умею продавать сертифицированный товар, а не патентовать изобретения.
— Но процедура-то должна быть, — я пожал плечами. — Судя во всему, у нас не получится долго торговать из-под полы. Рано или поздно нас накроют либо такие вот Кляйны, либо обычная полиция. Если у препарата будет официальная бумага, корпоратам придется бороться с нами по правилам рынка, а не с помощью инспекций.
Джун-хо снова приложился к бутылке, видимо, пытаясь утопить в вине свой стресс.
— Министерство Алхимии… — пробормотал он, глядя куда-то в пустоту. — Все патенты идут через них. Это комиссия, испытания, куча бумаг и взяток. Огромные пошлины. Я понятия не имею, с какой стороны к этому подступиться. Туда обычных людей без родового имени даже на порог не пускают.
Незаметно за разговором мы дошли до серых панелек моего района.
— Значит так, Джун-хо. Завтра утром мы продаем строителям новую партию Хайзенберга. Как только касса наполнится, вы берете часть денег и идете выяснять.
— Куда идти? — тупо переспросил он.
— Куда угодно. В справочную Министерства, к знакомым юристам, в гильдию. Узнайте точный список документов для легализации нового эликсира. Сколько стоит пошлина, какие нужны справки. Мне нужен четкий алгоритм.
Джун-хо моргнул. Он посмотрел на полупустую бутылку в своей руке, потом на меня. В его глазах явно читался диссонанс. Еще вчера я был мальчиком на побегушках, которому он запрещал трогать колбы, а сегодня я раздавал ему указания.
— Ты… поручаешь это мне?
— Конечно. Вы же у нас акула бизнеса, — я улыбнулся. — Я занимаюсь производством и наукой. Вы — бумагами, продажами и защитой от таких вот Кляйнов. Партнерство, помните? Разделение труда.
Босс постоял несколько секунд, переваривая информацию. Затем вздохнул и сделал еще один глоток вина, уже не такой жадный, а скорее задумчивый.
— Ладно, — проворчал он. — Узнаю. Но если нас из-за этого посадят, я скажу, что ты меня заставил.
— До завтра, шеф.
Поднимаясь по лестнице на свой этаж, я мысленно прикидывал график производства. Бедро после встречи с резиновой пулей все еще ныло, но сделка с Джун-хо действовала лучше любого анальгетика. Пятьдесят на пятьдесят. Теперь я был не просто мальчиком на побегушках, а полноправным партнером в алхимическом бизнесе. Оставалось только пережить легализацию, не загреметь в тюрьму и наладить массовый выпуск «Хайзенберг-блю».
Отличный план.
Открыл дверь, из квартиры доносилась ритмичная поп-музыка и странное пыхтение. Я прошел по коридору и остановился на пороге кухни, которая похоже превратилась в филиал фитнес-клуба.
Поместившись в пространстве между диваном и холодильником, Джи-а делала тренировку. Причем форма одежды для этого мероприятия была выбрана с явным расчетом на зрителя. Девица нацепила ядовито-розовый спортивный топ, обтягивающие черные лосины, поверх которых зачем-то натянула ультракороткие шортики, и массивные кроссовки.
Она стояла в позе, отдаленно напоминающей собаку мордой вниз, но с таким прогибом в пояснице, что любой мануальный терапевт заплакал бы от зависти. При моем появлении она не смутилась. Наоборот, прогнулась в пояснице чуть сильнее, демонстрируя идеальный изгиб спины, и томно выдохнула.
Юна обнаружилась тут же. Соседка сидела на подлокотнике дивана, скрестив руки на груди, и сверлила подругу взглядом. Вся ее вчерашняя домашняя идиллия с макияжем и чистой одеждой испарилась, на ней снова была растянутая футболка, а волосы топорщились в разные стороны.
— О, Лёша! — Джи-а выпрямилась, стряхнув со лба розовую прядь, и тяжело задышала, демонстрируя впечатляющую работу легких. — А мы тут… спортом занимаемся.
— Вижу, — я прошел к холодильнику, стараясь не наступить на раскинутые ноги гимнастки. — Между мусорным ведром и газовой плитой? Отличный выбор места.
— Да ну тебя, — она игриво шлепнула меня по ноге, когда я проходил мимо. — Тут из окна лучше дует. Слушай, я так забила мышцы. Сделаешь доброе дело?
Она опустилась на пол, широко развела ноги в поперечный шпагат и посмотрела на меня снизу вверх.
— Надо растянуться, а то связки совсем деревянные. Поможешь? Просто надави на спину. Или вот тут… — она демонстративно положила ладони себе на внутреннюю сторону бедер.
Я достал из холодильника бутылку воды и открутил крышку. С химической точки зрения ситуация читалась элементарно. Уровень феромонов в помещении зашкаливал, зрачки Джи-а были расширены, а пульс ускорен явно не от физических нагрузок. Вчерашний забег по заброшкам и мое столкновение с корпоратами сдвинули ее восприятие. Раньше я был для нее мебелью, а теперь внезапно перешел в категорию альфа-самца, которого нужно срочно пометить.
Сделав глоток воды, я уже собирался сказать что-нибудь язвительное, но Юна спрыгнула с тумбы с грацией рассерженной кошки.
— Лёш, мне срочно нужна твоя помощь, — заявила она, вклиниваясь между мной и сидящей на полу Джи-а.
Соседка метнулась в свою комнату и через секунду вернулась, волоча толстую стопку каких-то потертых журналов для уличных художников и свой истрепанный блокнот. Она бросила всё это на стол, едва не смахнув свою кружку.
— Смотри, — Юна ткнула пальцем в корявый рисунок в своём блокноте, где среди пятен краски угадывались очертания баллончика и какие-то стрелочки. — Я тут пытаюсь сделать светящуюся краску для мурала. В одном журнале нашла рецепт: надо добавить какую-то синюю фигню, и тогда оно будет светиться. Ну, я добавила — и правда светится! Но потом вся эта штука превращается в желе и забивает сопла. Ты же в аптеке работаешь и вообще в алхимии сечёшь. Скажи, как сделать, чтобы оно оставалось жидким и не застывало, но светилось?
Джи-а возмущенно фыркнула.
— Юн-я, ты издеваешься? Я вообще-то попросила его первым.
— У тебя просто ноги болят, а у меня горит проект всей жизни, — отрезала Юна, даже не глядя на подругу. — Ну так что, Лёш?