Страница 12 из 24
— Волнуетесь, что старая соседка вечером изымет свой пирог? – усмехнулся Амир. – Я пришлю вам десяток взамен, Ягодка. Только перестаньте пить мою кровь…
— Вы готовы говорить о чем угодно, лишь бы не касаться по настоящему важных вещей! И люди верят, потому что во всех живо желание развеять скуку своей жизни засунув нос в чужую. Порыться там от души в грязном белье.
— Насколько я помню, ваше белье всегда было свежее, Ягодка. Если оно на вас конечно было...
— Это средневековый способ закрыть рот, подавив женщину по половому признаку! Может быть проще сжечь меня на костре, объявив ведьмой? Мороки меньше, не нужно будет врать! – злилась она.
— Мы не сжигаем людей, госпожа Проскурина. Тем более таких хорошеньких и, не смотря на строптивость, всей душей симпатичных нам… Хватит уже дуться Каля, и ревновать не нужно. Ты же знаешь, что я люблю только тебя одну. Если ты так этого хочешь, я женюсь на тебе… — хитро улыбнувшись, лукаво добавил преемник.
— Пошли отсюда! — чуть не задохнувшись возмущением, выдавила из себя багровая лицом Проскурина. И прихватив Маркина за рукав рубашки, подтолкнула его к выходу.
За спиной шум громких разговоров, настоящая сенсация. Вспышки фотоаппаратов, объективы камер направлены на пылающее женское лицо. Провожают к дверям, а Проскурина раздувая ноздри, решительно шагает прочь и лишь на миг оглядывается, бросить полный ненависти взгляд в сторону Амира. И видит адресованный ей воздушный поцелуй и сердечко, что сын государя вновь рисует в воздухе глядя на нее…
К вечеру все каналы транслируют отрывки разговора журналистки Проскуриной с преемником государя бессмертных, из которых складывается впечатление, что их связь не вымышлена. По крайней мере, именно так этот вопрос освещен в массах. Эпизод на пресс-конференции дополнен фрагментами из интервью, которое преемник эксклюзивно дал одному из телеканалов сразу после конференции. В нем он сообщил, что заинтересован в браке со смертной и считает вопрос выбора спутницы очень серьезным. Поэтому отбирать кандидатуру будет очень кропотливо.
— А как же госпожа Проскурина? – спросила журналист.
— Я почти отчаялся, не буду скрывать. У моей Ягодки сложный характер и переменчивая свободолюбивая натура. Калина Владимировна крайне ревнива, очень мстительна, вспыльчива. Остальное не буду перечислять, по большому счету, все это мелочи для любящего мужского сердца. Я все равно готов рискнуть. Говорят, у меня ангельски терпимая натура. Но все-таки существует одна сложность…
— Какая?
— Папа категорически не одобряет наш брак, а она мечется. И хочет и не может против его воли, — осторожно сказал наследник.
— Государь противится вашему выбору?
— Государь без ума от невестки! Я говорю о своем будущем тесте…
— А я могу узнать, какие причины?
— Безусловно, — неловко признался сын государя и после непродолжительной паузы добавил: — Он считает, что я…
— Что вы?.. – подсказывала женщина.
— Как бы так помягче?. Не…
— Не совсем пара его дочери?..
— Да! Скорее даже — совсем не пара. Говорит, куда тебе в твои сорок два, за молодого красавца замуж. С твоей-то серой внешностью, — удрученно констатирует наследник. – А меня устраивает. Красота ведь не главное. Душа важнее. А она хоть и капризная, мстительная, обидчивая, ревнивая, импульсивна, взбалмошная, язвительная…
«Поганый кровопийца» еще долго сыпал эпитетами, добивая бледную журналистку, но закончил он так:
— Но… любимая.
Калина пришла в такое бешенство после просмотра интервью преемника, что готова была убить «этого наглого кровососа» своими руками! Это был настолько глупый, неправдоподобный, нелепый бред! Что именно это и вывело из себя. Ведь давно известно, люди верят в бредовые слухи больше всего. Кому же об этом лучше знать, как не журналисту?!
Шутка преемника завела-задела до невозможного. Ведь только ей понятно, что это ирония, издевательство. Насмешка! Опять отомстил, зубастый выродок! Высмеял все ее слабые стороны, ударил во все больные места. И возраст, возраст переврал. Зато как! Нелепо, смехотворно, но так печет, словно обожгло!
А может, дело было в том, что интервью Калина смотрела с коллегами, и самый лишенный юмора человек в коллективе – Серпов, хохотнул в немой тишине. Прочие мужчины давились смехом молча. Но давились им так, что глаза слезились.
Проскурина позеленела. Негодуя за всю ту чушь и наглую ложь, что преемник рассказал журналистке, которая ловила каждое его слово! Практически заглядывая в рот.
Не куда-то! В пасть полную клыков. И верила, что возмутительно, верила!
Серпов не пустил горе-сотрудницу в посольство, не допустил убийства вампира работницей его телеканала. Потому что Калина в состояния аффекта порывалась туда ехать. И если не убить, то хорошенько «вмазать» разок другой промеж янтарных глаз, в таком бешенстве пребывала. Даже стыдно стало за свою реакцию. Но мысль о том, что по городу пройдет новая волна слухов, сводила с ума. Прежде ее считали «подстилкой вампира», а теперь? Ревнивая старая дева Проскурина…
— Тише-тише, — утешал Михаил Юрьевич, протягивая бледной и злой Калине стакан воды. — Ничего, старушка. Жизнь только начинается, всего-то сорок два…
— Михаил Юрьевич! – возмутилась журналистка. – Мне тридцать три, и вы это знаете!
— Не знал, правда. Думал, хорошо сохранилась.
Поджала губы, обвела коллег взглядом, и по лоснящимся лицам поняла. Все! Теперь надолго прилипнет. Измываться так будут все...
— Смотри позитивно, Проскурина. Он тебя пропиарил! – усмехнулся Серпов.
— Уже второй год пиарит. Шоу-бизнес, это не мое, — огрызнулась Калина и, не удержавшись, зашипела: – С каким бы наслаждением я впилась в его горло и выпила всю кровь! До последней капельки! Ведь и так, все время хотелось.
— А ты прими его предложение! Тогда не только кровь можно будет выпить, мозг выесть, – серьезно предложил Михаил Юрьевич. – С мамой на пару. Задай упырю жару! Докажи, кто из вас двоих больше упырь, Проскурина. Хотя лично у меня на этот счет сомнений нет. Ты вне конкуренции, старушка…
Хохот после этих ироничных слов стоял оглушительный. Бордовая Проскурина кусала свои губы.
Правда, в тот день случилось и кое-что позитивное. Вопреки ожиданиям, шеф одобрил отснятый Проскуриной материал и этим немного ее утешил.
— Поскольку рассчитывать на продолжение фильма о бессмертных не приходится, нужно подумать о возвращении прежней аудитории, — сказал Михаил Юрьевич. – Твой материал кстати.