Страница 53 из 61
Глава 15
На следующее утро над бескрайней пустыней палило жаркое солнце; пылающая голубизна безоблачного неба казалась еще более огромной и беспредельной, чем обычно, и внушала благоговейный трепет. Лишь Сфинкс и пирамиды отбрасывали тень, лишь они оставались материальными в обжигающем прозрачном мареве: весь прочий видимый пейзаж представлял собой бескрайний океан сияющих золотых песков, раскаленных в лучах безжалостного солнца.
Доктор Максвелл Дин поднялся рано и спустился к завтраку в довольно угрюмом расположении духа: он дурно спал, сны его были не то чтобы страшны, но неприятны, и он значительно приободрился – хотя и сам не смог бы сказать почему, – когда увидел своего молодого друга Дензила Мюррея, который, судя по всему, наслаждался отличным завтраком.
– Дензил, привет! – радостно воскликнул ученый. – Не ожидал увидеть вас здесь. Вам лучше?
– Благодарю, со мной все в полном порядке, – с самым беззаботным видом отвечал Дензил. – Я решил пораньше позавтракать и выехать в Каир прежде, чем жара станет невыносимой.
– В Каир? Но зачем? Разве вы не собирались остаться здесь на пару-тройку дней?
– Нет, не совсем так, – ответил Дензил и, быстро помешав кофе, поднес его к губам и сделал несколько больших глотков. – Впрочем, нынче же вечером я вернусь. Хочу повидаться с сестрой и предупредить ее, чтобы готовилась к возвращению домой. Меня не будет всего несколько часов.
– Мне думалось, вы хотели подняться еще выше по Нилу? – заметил доктор.
– Ну нет, с меня хватит! Видите ли, когда мужчина делает женщине предложение и получает отказ, не стоит продолжать крутиться подле нее, словно в надежде, что она передумает! – И он выдавил улыбку. – Завтра утром у меня назначена встреча с Жервазом, так что придется вернуться вечером, чтобы соблюсти обязательства. После этого я свободен.
– Встреча с Жервазом? – медленно повторил доктор. – Какого рода встреча?
Дензил отвел глаза, избегая его острого взгляда.
– Право, доктор, вы становитесь слишком уж любопытны! – воскликнул он с принужденным смешком. – Вечно вам нужно все обо всех знать!
– Именно так: моя всегдашняя привычка, – хладнокровно отвечал доктор. – Хотя в данном случае, чтобы разгадать вашу загадку, особой проницательности не требуется. И самый тупоумный болван, взглянув на мельничный жернов, без труда поймет, где в нем дыра. А я всегда недурно умел складывать два и два и получать четыре. Вы и Жерваз влюблены в одну женщину; эта женщина отвергла вас и поощряет Жерваза; вы полагаете, что нынешней ночью Жерваз получит награду счастливого любовника – а наутро вы, любовник отвергнутый, бросите ему вызов и убьете его, или же он вас. А в Каир вы едете, чтобы приобрести пистолеты – или на чем там вы собираетесь драться – и попрощаться с сестрой.
Дензил упорно не отрывал взгляда от скатерти и молчал.
– Однако, – безмятежно продолжал доктор, – обо мне можете не беспокоиться. Делайте что хотите: в подобное я не вмешиваюсь. Да если и попробую вмешаться, ничего хорошего из этого не выйдет. И потом, о вас я нимало не тревожусь – ничуточки! Официант, будьте добры еще кофе!
– Честное слово, – воскликнул Дензил с неуверенным смешком, – вы, доктор, самый необычайный человек из всех, кого я знаю!
– Надеюсь, что так, – ответствовал доктор. – Быть самым обычным человеком было бы как-то обидно. А кофе здесь на удивление хорош! – С этими словами он заглянул в свежий кофейник благоуханного напитка, что поставил перед ним официант. – Да, кофе здесь варят лучше, чем в «Джезире-Паласе». Что ж, Дензил, мальчик мой, будете в Каире – передайте Хелен мой привет и скажите, что домой, на родину, мы вернемся все вместе: я тоже чувствую, что устал от Египта, и новых впечатлений с меня довольно. И позвольте вас заверить, друг мой, что ваша предполагаемая дуэль с Жервазом не состоится!
– Ошибаетесь! – с внезапной яростью воскликнул Дензил. – Мы будем драться – мы не можем не драться!..
– Чтобы определить судьбу, недостаточно одной лишь воли, – неожиданно серьезно ответил доктор Дин. – Человек – вовсе не господин своей судьбы. Он себя таковым воображает, но это лишь одно из его многочисленных заблуждений. Вы полагаете, все будет, как вы хотите; и Жерваз считает, что все будет, как он хочет; так же считаю и я; но, в сущности, все здесь решает воля лишь одной особы – и это княгиня Зиска. «Ce que femme veut, Dieu le veut»
[70]
.
– Она не имеет к этому никакого отношения! – объявил Дензил.
– Да бог с вами! Разумеется, имеет, и еще какое. Она – причина вашей ссоры, и сама об этом знает. Но, как я уже сказал, ваша предполагаемая дуэль не состоится. – И маленький доктор безмятежно улыбнулся. – Кажется, ваш экипаж у дверей. Что ж, мальчик мой, вперед: летите на крыльях ветра и возвращайтесь, если желаете, вооруженным до зубов! Слышали выражение «колотить воздух»? Вот этим вы завтра утром и займетесь!
И доктор Дин, по-видимому, в наилучшем настроении проводил своего молодого друга до ворот отеля и проследил взглядом за тем, как тот уезжает по широкой аллее, усаженной пальмовыми деревьями, чьи листья бросают на всю дорогу от пирамид до Каира освежающую тень. Дензил отбыл, а ученый еще некоторое время задумчиво наблюдал за разнообразными туристами, что, в сопровождении гидов-арабов, пренебрегая опасностями вроде вывихнутых рук и переломанных ключиц, готовились к восхождению на пирамиды, – изучение различных человеческих типов, представших перед ним, немало его развеселило.
– Протоплазма, чистая протоплазма! – бормотал он. – Ни в одном из этих странных двуногих зародыш души еще не достиг уровня индивидуального сознания. Мысли как желе, силы разума в зачаточном состоянии, интеллектуальные способности едва различимы. Однако они любопытны, если наблюдать за ними так же, как наблюдаем мы за насекомыми или за косяком рыб. Как люди, разумеется, никуда не годятся – смехотворны и попросту невозможны! Что ж, на протяжении двух или трех тысяч лет из небытия может явиться протоплазма, могут сформироваться и первые клетки разумного сознания – но дальнейшего развития, очевидно, следует ждать в какой-то иной жизни, не в этой. А теперь запрусь у себя и вернусь к своим записям: нельзя упустить ни единой детали редкостной парапсихической загадки, представшей мне в Египте! История, которой я стал свидетелем, стремительно движется к завершению – и к катастрофе. Но как это произойдет? Чем закончится она – чем может закончиться?