Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 47 из 136

Глава 10

На следующий день после ночи, проведенной в спортзале, Михаил отправился к декану своего факультета. Его секретарь сообщила, что он ушел на какое-то важное совещание, и попросила зайти во второй половине дня. В ожидании Михаил слонялся по территории кампуса. Землетрясение здесь похозяйничало основательно, и теперь он выглядел как после бомбежки.

Михаил осторожно пробирался среди нагромождения обломков кирпичей, арматуры, кусков развороченного асфальта и битого стекла. Привыкшие к различным катаклизмам японцы с годами научились строить устойчивые дома, но разве может человек противостоять природе и уж тем более рассчитывать на ее милосердие? Многие здания были частично разрушены снаружи, а некоторым досталось основательно. Глядя на их фасады, не сложно было догадаться, что творится внутри.

Некогда шумные кафе были закрыты, их сотрудники занимались не приготовлением пищи и обслуживанием посетителей, а разбором завалов. Уцелевшие магазинчики, в которых раньше студенты покупали коробки с бенто, сэндвичи и всевозможные сладости, теперь своим скудным ассортиментом напоминали магазины из фильмов про советское прошлое. Среди полупустых полок и витрин в отсутствие клиентов скучали продавцы. Делать покупки стало некому, большинство местных студентов разъехалось по домам, когда ректор объявил о вынужденных каникулах. А те, кто еще остался в университете, в основном были иностранцами, которые, как Михаил, Тони, Барри и Пит, по тем или иным причинам пока не могли улететь на родину.

Михаил заглянул в библиотеку и обалдел от того, что с ней стало. Это было одно из самых красивых зданий на территории кампуса. Теперь огромный суперсовременный читальный зал выглядел так, словно здесь основательно похулиганил Мамай. Взял и повалил книги вместе с полками, перевернул столы с компьютерами, разбросал стулья, вырвал люстры с потолка вместе с обшивкой и проводами, сорвал со стен картины и портреты великих писателей.

Бойкая японка лет сорока, сухощавая и подвижная, раздавала указания рабочим, куда что ставить или куда что относить. Михаил тоже не смог остаться в стороне, он подошел и предложил свою помощь. Тем более до встречи с деканом осталось много времени, да и некуда ему больше идти, разве только поехать к Тони, но врач сказал, что проведать его можно вечером. Женщина окинула Михаила беглым взглядом поверх очков в черной оправе и с улыбкой сказала:

– Молодой человек, ваше предложение как нельзя кстати. Мне катастрофически не хватает свободных рук. Вас как зовут? – спросила она, а после того, как Михаил представился, продолжила: – Майкл-сан, берите вон ту стремянку, – она показала в конец зала, где у стены стояла лестница, – поставьте ее возле этого стеллажа, – теперь японка ткнула пальцем на пустой шкаф, – вы высокий, поэтому забирайтесь на нее, а я буду подавать вам книги и говорить, куда какие ставить.

– Понял. – Он кивнул и пошел выполнять указание. За его спиной женщина отдавала распоряжение рабочим выносить из читального зала поломанную мебель, разбитые компьютеры и разный строительный мусор.

Вскоре на верхние, а затем и на нижние полки стеллажа вернулись их обитатели. Книги снова выстроились ровными рядами, корешок к корешку, от высоких к низким. Работа кипела вовсю, Михаил и не заметил, как в четыре руки они заполнили несколько секций. Забирая очередную стопку из рук женщины, он в который раз встретился с ней взглядом.

– Майкл-сан, что бы я без вас делала? – с улыбкой спросила она. – Когда закончите их расставлять, накройте стеллажи вон той тканью. – Она показала на рулоны материи, лежавшие в центре зала. – Скоро здесь будут делать ремонт, нельзя допустить, чтобы книги запылились. А потом приходите в подсобку, она находится за той дверью. – Японка кивнула в конец помещения. – Надеюсь, вы не откажетесь выпить кофе с печеньем?

«Нашла что спросить у голодного человека», – мысленно усмехнулся он и ответил:

– С удовольствием.

Он не смог отказаться, особенно если учесть, что от той лапши, которую он съел накануне вечером, даже привкуса во рту не осталось.

На встрече декан факультета, господин Лу Синь, не сообщил ничего нового. Как и говорил Барри, Российское посольство находилось в Токио. Декан посоветовал Михаилу ехать туда, поскольку, как он выразился, это прямая обязанность консульства – помогать своим гражданам вернуться на родину. То и дело кланяясь, он долго извинялся за то, что администрация университета вынуждена прервать учебный процесс. Будто катастрофа случилась по их вине. На вопрос Михаила «Как добраться до Токио», он развел руками и сказал, что очень сожалеет, но ничем не может помочь. Парень попрощался и уже собирался выходить из кабинета, как услышал звонок стационарного телефона, стоявшего на рабочем столе декана. Все время, пока они общались, тот молчал, и Михаил сделал вывод: он тоже не работает. И тут его осенило: «Вот откуда я могу позвонить старикам!»

Михаил вышел в коридор, дождался, когда декан закончит разговор, и снова постучался в кабинет, а когда оттуда прозвучало: «Дозо охаирикудасай»

[14]

, открыл дверь и, понимая, что с его стороны подобная просьба прозвучит довольно нагло, выпалил на одном дыхании:

– Господин Синь, можно мне позвонить родителям с вашего телефона? Уже больше двух суток я не могу им сообщить, что со мной все в порядке. Дело в том, что мы с моим соседом по комнате, Тони Картером, попали под волну, наши телефоны утонули, но, даже если бы этого не произошло, я бы все равно не смог им воспользоваться из-за отсутствия мобильной связи.

– Господин Рассказов, о чем речь? – Худое лицо декана озарила приветливая улыбка, отчего на щеках и вокруг глаз собрались глубокие морщины. – Родители – это святое. – Он поднялся из-за стола, застегнул пуговицу пиджака и направился к двери. – Телефон в вашем распоряжении, – он показал рукой на аппарат, – а пока вы говорите, я пойду пройдусь по факультету и попробую оценить масштаб разрушений.

– Сэр, спасибо вам.