Страница 50 из 74
После этого он развернул меня лицом к матовой чёрной панели, которая теперь служила стеной. Его пальцы легли на мои запястья, и он поднял мои руки, упирая их ладонями в стену.
— Обопрись, — приказал он.
Я упёрлась, особенно остро осознавая, как бесстыдно сейчас выгляжу со стороны. Верхняя часть формы всё ещё была на мне, но теперь она задралась, открывая поясницу. Я бы точно застыдилась и закрылась, но Адан провёл ладонью по моей пояснице, дёрнул за бёдра на себя, заставляя прогнуться.
Его пальцы коснулись меня там, где я всё ещё была влажной от него, и всё разом вылетело из головы, а я застонала от нового витка желания. Он ласкал меня, пока я не стала стонать громче, а затем одной рукой приподнял моё бедро, другой направил себя, и одним резким, сильным толчком вошёл в меня сзади.
Я вскрикнула, прогибаясь ещё сильнее. В такой позе он проникал глубже, как-то иначе, заполняя всё до самой сердцевины.
Каждый его толчок выбивал из меня бесстыжие звуки, и я даже не пыталась их контролировать. Он приказал мне освободить себя, и я разрешила себе и ему всё. Позволяла ему брать себя, как ему нужно, и в этом была какая-то сумасшедшая, дикая свобода.
Особенно меня крыло от того, что моё пси-поле, сцепленное с его, транслировало мне каждую эмоцию кронпринца.
Я точно знала: его наслаждение было таким же острым, как моё. Он погружался, падал в меня с головой, упивался тем, как я поддаюсь, как отдаюсь ему полностью, без остатка.
Мой контур полностью подчинялся его, и каждое его движение прокатывалось по моему телу волной удовольствия.
Адан снова сменил ритм. Медленнее, глубже, с мощными плавными толчками. Каждый раз, когда он входил до конца, он задерживался на миг внутри, и я чувствовала, как его плоть пульсирует внутри меня.
Я потеряла счёт времени, теряясь во вспышках удовольствия, подчиняясь движениям его мощного мускулистого тела.
А затем он повернул меня, и мы снова — лицом к лицу. И от этого наша близость стала слишком острой, почти невыносимой.
Тонула в его синих глазах, чувствуя, как он заполняет меня всю — и телом, и пси.
Его поле пульсировало вокруг моего, проникало в каждую щель моего контура, и я отвечала ему тем же. Мы были одной системой, одним замкнутым кругом энергии, и от этого наслаждение казалось бесконечным.
В конце нас накрыло одновременно. Моё тело извивалось и выгибалось в его железной хватке, и сквозь пелену я чувствовала его. Как его поле взрывается вместе с моим, когда он вспыхнул вместе со мной с глухим, гортанным рыком.
Его тело содрогалось вместе с моим, а я плавилась в его руках, не желая, чтобы это заканчивалось.
Спустя долгие минуты, когда наши сердца начали замедляться, а сбитое дыхание выравниваться, Адан снова поцеловал меня, глядя сверху вниз.
И я замерла, глядя в его лицо... вбирая выражение невозможной смеси потрясения и нежности…
Адан наклонился и легко коснулся губами моего виска. А потом повернул голову и усмехнулся, показывая мне кивком в сторону.
Я медленно перевела затуманенный взгляд туда, куда он показал.
Вокруг нас мерцали голографические экраны, показывая идеальный, безупречно замкнутый контур.