Страница 31 из 79
– Ты правда не понимаешь или притворяешься? Я любила тебя, Дамир, и все, что между нами было, происходило не только из-за того, что ты содержал нашу семью! И кстати, моя стипендия тоже неплохо нам помогала, – фыркаю обиженно, но не даю разговору уйти в другое русло. – Мы не виделись семь лет, и ты не можешь заявиться и предложить мне трахаться за подарки и какую-то сумму на счете, – голос срывается на крик. Приходится себя сдерживать, чтобы не оставить хостес пару сплетен, которые будут ходить по коллективу ресторана еще месяца два.
Обида раздирает изнутри. Я почти поверила, что у нас может что-то получиться. Возможно, сама бы инициировала мимолетные встречи, но когда об этом с порога заявляет Дамир… все выставляется в совсем ужасном свете. Я думала, им правят чувства, а не голый расчет.
– Ты сама сказала, что не ищешь отношений. Я не готов на них в классическом понимании. Мы проведем время с удовольствием, как два взрослых человека. Просто обговорим все правила на берегу. Если хочешь, можем даже закрепить на бумаге.
Правила, условности, договоры. Мне хватает этого на работе. В личной жизни я не хочу заключать контракты и подписывать соглашения. Это не договор в кинк-клубе, а моя реальность, в которой сделки с совестью недопустимы.
– Нет. Я этого не хочу. Всего хорошего, Дамир.
Развернувшись, я спешно покидаю веранду. Несусь к лифту, не оборачиваясь, и даже забываю попрощаться с хостес. Мне все кажется, что Дамир идет за мной, преследует, наступая на пятки. Но вот я нажимаю кнопку лифта, а меня еще никто не сцапал.
Сердце колотится в горле, тело вибрирует от страха. Горечь разочарования оседает на кончике языка, и я совершенно не уверена, что смогу с ней справиться. Может, через пару-тройку дней, когда я окончательно уверюсь, что в моей жизни все мужики козлы, а некоторые сволочи в квадрате, которые даже спустя семь лет после расставания умудряются кружить голову и оставлять трещины в сердце.
Звук приехавшего лифта приносит облегчение. Я захожу внутрь, сразу же тянусь к табло, но меня опережает другая рука. Вскрикиваю, когда вижу в отражении злющего Агеева. Он закрывает ладонью мой рот и, когда за нами закрывается дверь, со всей силы бьет по кнопке стоп, оставляя нас двоих в ограниченном пространстве на неограниченное время.