Страница 3 из 14
— Мне очень жаль, леди Маргарет, но я уже объясняла вам в прошлый раз: из тех, кто согласился бы поехать в поместье вашего сына, у нас никого не осталось.
— Найдите еще.
— Я пыталась.
— Заплатим вдвое, — леди с надеждой посмотрела на госпожу Верен.
— Дело не в оплате.
— Тогда в чем?
— В вашем сыне, миледи.
В приемной стало тихо. Леди Маргарет выпрямилась. Сжала перчатки в пальцах так, что побелели костяшки.
— Я понимаю, — сказала она ровно. — Думаете, мне не рассказали, что он швыряется стаканами, книгами и всем, что попадает под руку, да еще и дерется тростью? Что выгоняет помощников? Что не дает за собой ухаживать? Что может молчать сутками, а потом орать так, что слуги прячутся по углам? Я знаю. Все знаю. Но ему нужен уход.
Она перевела дух и уже тише добавила:
— Если оставить все как есть, он себя погубит.
Я посмотрела на госпожу Верен. Та смотрела на леди Маргарет с тем особым выражением лица, когда очень хочется помочь, но нечем.
— Никого нет, — повторила она. — Ни одного мужчины, который согласился бы ехать в поместье Эшридж после того, как лорд Ровейн прогнал уже с десяток помощников.
Имя мне ничего не сказало. Ни лорд, ни поместье — я ничего не слышала про эту семью. Только одно в словах Иды Верен зацепило особенно крепко.
Никого нет.
Я поднялась со стула.
— Я поеду.
Обе женщины повернулись так резко, будто до этого меня не замечали вовсе. Хотя, возможно, так и было.
Госпожа Верен нахмурилась первой.
— Нет.
— Да.
— Франческа, не вмешивайтесь.
— Простите, но это как раз тот случай, когда не вижу причины не вмешиваться. Мне нужна работа, леди нужен помощник для сына.
Леди Маргарет окинула меня пристальным взглядом.
— Вы сиделка? — спросила она.
— Да, леди.
— С опытом?
Я кивнула.
— Работаю с лежачими больными, с восстановлением после травм, с долгим уходом, с обезболиванием. У меня есть образование и рекомендации.
Я уже достала письмо господина Лэнгли, но леди Маргарет даже не взглянула на бумагу.
— Вы понимаете, что мой сын — крупный мужчина? — спросила она. — И далеко не вежливый.
— Подозреваю, что не вежливый, раз у вас закончились желающие за ним ухаживать.
Уголок ее рта дрогнул. Еще не улыбка, но определенно намек на нее.
Госпожа Верен всплеснула руками.
— Да что вы говорите? Леди Маргарет нужен мужчина. Мужчина! Ее сын — бывший военный, у него тяжелый характер, он никого не подпускает к себе, а вы вы
Работница больницы беспомощно смотрела на меня, будто не могла подобрать слово. Пришлось подсказать:
— Женщина? — Дождавшись кивка, решительно добавила: — Это ужасно, согласна.
— Молодая женщина! — поджала она губы.
— Пока что это мешало мне только при поиске работы, а не в самой работе.
— Франческа!
— Что — Франческа? У меня есть руки, голова, опыт и диплом. У леди, как я понимаю, есть необходимость в сиделке для сына. Если вы не хотите отправить меня к нему, тогда предложите мне другое место. Желательно до конца недели.
На это госпоже Верен ответить было нечего.
Леди Маргарет медленно опустилась на стул, который минуту назад отвергала. Горничная тут же подалась к ней, но хозяйка едва заметно качнула головой.
— Как вас зовут? — спросила она.
— Франческа ди Сава, миледи.
— Вы из южан?
— Да.
— Сколько вам лет?
— Двадцать пять.
Леди Маргарет ненадолго задумалась. Провела пальцем по краю стола. Потом подняла на меня взгляд.
— Вы не похожи на человека, который боится сложной работы.
— Боюсь, — честно ответила я. — Но это не значит, что я ее не делаю.
Леди вдруг усмехнулась.
— Хороший ответ.
Госпожа Верен шумно выдохнула.
— Миледи, подумайте еще раз. Ваша просьба была ясна: для ухода за мужчиной в таком состоянии требуется физическая сила, опыт и
— И терпение, — перебила ее леди Маргарет. — А еще крепкие нервы. Похоже, у этой девушки есть и то, и другое.
Я решила не уточнять, что с терпением у меня как раз бывают проблемы, как у большинства южан, зато с упрямством полный порядок.
— Мой сын живет в поместье Эшридж, в трех часах езды отсюда, — сказала леди Маргарет, обращаясь уже только ко мне. — Он был ранен более двух лет назад. Его терзает постоянная боль. Сам Кассиан не ходит. Он запустил себя, предпочитая оставаться в кровати. Обезболивающие почти перестали действовать. Лекари делали все, что могли, но чудеса им не подвластны. Кассиан он тяжелый человек.
Сказано это было спокойно, но по тому, как Маргарет на секунду прикрыла глаза, было ясно: она и сама уже почти потеряла надежду.
— Я постараюсь справиться, — мне захотелось хоть как-то поддержать уставшую женщину.
Госпожа Верен издала звук, похожий на возмущенный стон.
— Вы даже не знаете, на что соглашаетесь.
— Знаю главное: это работа.
— Франческа!
— Что? У вас где-то завалялись парочка заявок для сиделки, и я могу начать выбирать? Нет? Тогда о чем мы спорим?
Леди Маргарет тихо фыркнула, и в этот раз это уже походило на смех.
— Предлагаю заключить договор, — произнесла она. — Официальный: с жалованьем, сроком и всеми условиями. И сразу скажу: мой сын не сможет вас уволить.
Это прозвучало так резко, что даже госпожа Верен подняла брови.
— Простите? — переспросила я.
— Вы будете наняты мной, а не им. Если он попробует выставить вас из дома — вы останетесь на весь срок договора. Если Кассиан велит слугам вас не слушать — вы напишете мне. Если в доме что-то потребуется для ухода — напишете мне. Если понадобится помощь думаю, вы понимаете, к кому стоит обратиться.
Честно говоря, она смогла меня удивить. Потому что то, что предлагала леди, необычно. Очень.
— Вы даете мне слишком большую власть над ситуацией, миледи.
— Нет, — тихо ответила леди Маргарет. — Я даю вам шанс сделать вашу работу. И мне жаль, что я не решилась на это раньше, слишком жалея гордость сына.
На несколько мгновений в приемной снова стало тихо.
Я посмотрела на руки леди Маргарет и заметила, как сильно она сжимает перчатки. Казалось бы, мелочь, один единственный жест. Но именно он выдавал отчаяние.
И да, в любой другой день я бы, возможно, задала еще десяток вопросов. Но у меня оставалось три дня до конца свободы, а у нее, судя по лицу, уже почти не осталось сил бороться в одиночку.
— Я согласна, — сказала я, поднимая взгляд и уверенно глядя леди в глаза.