Цветок раздора

26

Не успев ничего понять, я оказалась прижата к груде мышц ещё сильнее, а потом мы оба переместились на кровать. Вся вода с меня испарилась за секунду, и на шёлк простыней меня опустили уже полностью сухой, а ещё слегка дезориентированной.

─ Тебя так волнует моя супружеская жизнь, волчонок? ─ полюбопытствовал нависший надо мной мужчина, прижав мои запястья к постели, и ему даже не нужно было сильно стараться.

─ Твоя? Пф-ф, да больно надо, ─ замотала я головой. ─ Но вот моя дальнейшая судьба беспокоит очень!

Я ждала хоть какого-то ответа, но звериные глаза просто обжигали пламенем, медленно сканируя меня с ног до головы, и как-то в один момент я вспомнила, что лежу под ним абсолютно голая, да и Шакал обнажён и очень опасен, а некоторые части его тела вообще живут своей жизнью.

─ Тебе, ─ поцелуй достался ключице, ─ совершенно, ─ губы скользнули к груди, ─ не нужно, ─ язык обжёг прикосновением, ─ об этом, ─ я вскрикнула, ощутим острый укус, жаром разошедшийся внутри, ─ переживать.

Пламя будто побежало по моей коже, распространяясь всё ниже и ниже, а за ним следовали жадные поцелуи изголодавшегося по своей добыче зверя, но я ещё могла при этом думать.

─ Почему? ─ рвано дыша, нашла я в себе силы спросить.

Ответом стало бесстыдное, но такое необходимое ощущение его губ там, где сосредоточилось всё моё желание.

Меня подбросило от столь откровенного безмолвного признания, и всё дальнейшие слова вместе с мыслями вылетели из головы, сменяясь жаром, завладевшим всем моим телом. Я заметалась по кровати, но не могла даже пошевелить руками, будучи в полной власти этого мучителя. Его тьма сковала, не позволяя вырваться их её оков, и чувство принадлежности, какой-то сладкой беспомощности окутало всю меня, обволакивая надёжным, уютным коконом.

─ Кричи для меня, волчица, ─ хрипло, надсадно приказал он, и я не сумела сдержать голос, отдавая всё своему чудовищу. ─ Кричи и опустоши свою голову.

Когда эта обжигающая волна немного схлынула, и я смогла восстановить дыхание, встречаясь с довольным взглядом дракона, все волнения разом вернулись в опустевший разум, словно стоило освободить для них побольше места, как оно тут же заполнилось новыми тревогами и страхами.

─ И что дальше? Будешь держать меня здесь, пока я не рехнусь? ─ горько усмехнулась я, пытаясь прикрыться, и мне даже позволили, правда ухватили за ногу, будто я собралась прямо сейчас убежать, сверкая пятками. ─ Я не умею сидеть взаперти ─ начинаю сходить с ума, а потом происходят неприятные вещи.

Шакал с улыбкой принца слушал мои жалобы, а я с прискорбием понимала, что меня попросту даже не воспринимают всерьёз, и его безжалостные слова, лишающие меня всякой надежды, только убедили в этом.

─ Я не отпущу тебя, Аделина. Хочешь ты того или нет, но ты моя. По-настоящему. От кончиков волос до ногтей на твоих стройных ножках, ─ поцелуй в ступню, словно поклонение, и я растерялась от контраста страха и злости пополам с вновь возрастающим желанием. ─ Что бы ни случилось, сбежать тебе не удастся, и никакие твои мольбы, просьбы и даже угрозы не помогут тебе заставить меня передумать. Это раз, ─ прикусив мой мизинец, заявил он. ─ Любые другие требования я способен рассмотреть и даже пойти тебе на уступки, если хорошенько попросишь ─ это два. ─ Опустив мою уже и без того пострадавшую конечность себе на бедро, мужчина посерьёзнел и добавил: ─ А если мне потребуется жениться на нелюбимой женщине, чтобы уберечь одну глупую девчонку, я не спрошу её мнения ─ это три, сердце моё.

Я долго всматривалась в его глаза, пытаясь отыскать там хотя бы отголосок лжи, понять, что он просто шутит, чтобы в очередной раз проверить меня на прочность, но не находила. Он сам, казалось, отлично понимал, о чём я думала, а потому смотрел так снисходительно, и я не могла его больше видеть.

─ Я хочу побыть одна.

─ Серьёзно? А если я никуда не уйду? ─ насмешливо и с полным превосходством уточнил он. ─ Эта спальня принадлежит мне, в конце концов… Ну, технически, она не моя, но это мне не помешает.

Значит, тирания и полный контроль? Что ж, я тоже могу быть плохой девочкой…

─ Твоя, ты прав, ─ кивнула я, сделав вид, что задумалась. ─ Ты не сможешь долго отрицать, что ты и принц ─ одно целое, так что пора, наверное, признать это.

Разумеется, мои слова не остались без реакции. Шакал переключился в режим Халка за секунду, и вот я уже вжимаюсь в спинку кровати, а надо мной пылает гневом чудище с красными глазами.

─ Не смей, слышишь, волчонок? Никогда не смей сравнивать меня и этого неудачника! ─ шипел он ядовитым змеем, но вот незадача ─ я уже давно отравилась. ─ Я могу простить тебе это один раз, но если ты снова попытаешься напомнить об этом, не могу гарантировать, что сдержусь и не сделаю тебе больно, девочка.

Боль… Как будто я уже не испытала все её разноцветные спектры и оттенки.

─ Тогда уходи, ─ усмехнулась я, уже не боясь, ─ потому что я не собираюсь играть в похитителя и безмолвную жертву. Как бы ты ни пытался отрицать, что бы ни говорил, но правду не изменишь, но если ты отказываешься принять себя таким, какой ты есть ─ со всеми слабостями и несовершенствами, однажды может стать хуже. Просто подумай об этом, когда будешь в очередной раз бороться с невидимым врагом.

Он замер, явно борясь с собой. Возможно, с желанием меня просто прибить ─ не уверена, как стоило читать это выражение лица, однако за живое я его задела.

Спустя мгновение моё чудовище ушло, громко хлопнув дверьми, а я осталась думать над возможностью если не выбраться, то хотя бы найти способ связаться с внешним миром.

Потому что интуиция твердила, что снаружи всё отнюдь не так радужно, как мне описали.

Ночь я опять провела, забывшись беспокойным сном, мучаясь от разрозненных, неприятных образов, а утром практически не помнила, что видела.

Постель была заметно примята с другой стороны, и когда я протянула руку, оказалось, что ткань ещё хранила чужое тепло ─ значит, возвращался ко мне? Приятно осознавать, что даже после своего всплеска эмоций этот упёртый тип остался рядом, а не отправился рубить головы направо и налево. Хотя, я не могу судить об этом наверняка…