Страница 3 из 6
Удар колокола заставил меня вздрогнуть, напомнив о куда более насущной проблеме.
— Ну все. Началось, — тихо простонала Джина, сгребая вещи в сумку так быстро, будто аудитория была охвачена огнем. — Следующая — Защита. Что нас ждет?
Путь до кабинета Защитной магии показался мне дорогой на казнь. Однокурсники тоже пребывали в нервном напряжении. Я заняла свое привычное место за первой партой и стала раскладывать перед собой в ряд листы чистого пергамента и три несколько заточенных перьев. Внешне я всеми силами сохраняла спокойствие и выдержку — как никак я гордость курса и без пяти минут дипломированный специалист с золотым гербом, — но под ложечкой все равно неприятно тянуло.
— Говорят, он из военной разведки, — истеричным шепотом доложила Джина, садясь рядом. — Настоящий дракон-головорез! Бетси, мы трупы.
— Не нервничай. Мы целители, а не штурмовой отряд. Никто не будет требовать от нас невозможного, — ровным тоном отозвалась я, стремясь успокоить в первую очередь себя.
С очередным ударом колокола гул в аудитории оборвался. Двери со стуком распахнулись, и кабинет вошел высокий, широкоплечий мужчина в темно-серой, безукоризненно сидящей военной форме.
— Он такой молодой, — шепнула Джина. — И от него прямо веет опасностью… Нам крышка, Бетси. Точно крышка.
Тем временем мужчина прошел к кафедре, не удостоив никого из нас даже взглядом, небрежно бросил на стол журнал и, наконец, поднял голову.
И тут моё сердце не только пропустило удар, а, кажется, просто остановилось от шока.
Темно-каштановые волосы, резкие скулы, тяжелый, пронзительный взгляд карих глаз — я бы не смогла забыть их ни при каких обстоятельствах. И вот позорный кошмар моей юности сейчас стоял за преподавательской кафедрой.
— Магистр Себастьян Грейхард, — его баритон эхом разнесся по замершей аудитории. — Я заменяю профессора Вандервуда. И, судя по вашим лицам, вы уже поняли, что поблажек больше не будет.
Он медленно открыл журнал и провел пальцем по списку. Я вжалась в стул, отчаянно молясь всем светлым стихиям, чтобы он меня не узнал.
— Адептка Рисли, — прозвучало тотчас.
И я чуть не подпрыгнула на месте.
— Элизабет Рисли, — с нажимом, будто смакуя каждую букву моего имени, произнес Грейхард. У него на губах заиграла легкая усмешка, и наши взгляды наконец встретились. И в его глазах я уловила издевательские искорки. — Какая... неожиданная встреча. Искренне надеюсь, что за прошедшие годы вы научились твердо стоять на земле, а не сваливаться на головы ни в чем не повинным людям.
Кто-то на задних рядах нервно хихикнул, мое же лицо вспыхнуло, явно приобретя пунцовый оттенок.
Тем не менее я медленно, с достоинством поднялась со своего места и вздернула подбородок.
— Можете не сомневаться, магистр Грейхард, — чётко и громко ответила я. — Теперь я падаю исключительно на тех, кто этого заслуживает. И поверьте, всегда — с летальным исходом.
В аудитории повисла тишина. Себастьян Грейхард слегка прищурился, и его улыбка стала еще шире.
— Что ж, очень надеюсь, — протянул он. — Садитесь, мисс Рисли. Хотя нет. Встаньте все. Отправляемся на тренировочный полигон. Хочу посмотреть, насколько хороши ваши защитные заклинания и с чем мне придётся работать дальше.
Студенты обреченно застонали, но перечить новому преподавателю никто не решился.
Спустя десять минут весь наш курс неровным строем топтался у стеночки в огромном круглом зале для практических занятий. Грейхард скинул китель и остался в одной рубашке с закатанными рукавами, что моментально приковало к нему взгляды всей женской половины курса. Я раздраженно скрестила руки на груди, запрещая себе пялиться на его рельефные мышцы.
— Ваша задача предельно проста, — Грейхард вышел в центр зала. — Каждый по очереди ставит базовый щит, а я его проверяю. Итак, кто самый смелый?
Ожидаемо лес рук не вырос. Грейхард хмыкнул и ткнул пальцем наугад:
— Вы.
Жертвой оказалась бедняжка Джина. Я посмотрела на неё с сочувствием. Она же, трясясь как осиновый лист, вышла вперед и торопливо сплела заклинание. Вокруг неё повис дрожащий полупрозрачный купол, больше похожий на мыльный пузырь. Грейхард подошел к ней и, не призывая никакую магию, просто щелкнул по щиту пальцем. Купол тут же схлопнулся.
— Потрясающе, — вздохнул магистр. — Если на вас когда-нибудь нападет агрессивная бабочка, адептка, у вас есть все шансы выжить. Следующий.
Эта пытка продолжалась почти час. Мы, целители, народ мирный, и магия наша направлена в первую очередь на создание, а не всякие боевые выкрутасы. Грейхард же разносил наши попытки защиты в пух и прах: чьи-то щиты он пробивал легким порывом ветра, чьи-то — одним лишь взглядом. А его тихие, язвительные комментарии были хуже любого крика.
Наконец, в центре зала осталась только одна не проверенная студентка. Ею была, конечно же, я.
— Адептка Рисли, — Грейхард медленно повернулся ко мне, его бровь заинтересованно изогнулась. — Продемонстрируйте нам, что умеет гордость всего факультета. Мне так вас хвалили.
Ладони предательски вспотели. Я незаметно вытерла их об одежду, сделала глубокий вдох и вышла вперед.
«Ты знаешь теорию наизусть, — постаралась я успокоить себя. — Помни, что главное в этом деле — правильное плетение и концентрация. Давай, вперед». И я, вскинув руки, быстро зашептала формулу.
Вокруг вспыхнула идеально ровная золотистая сфера. «Отлично. Ничего не дрожит, никаких искажений, — похвалила я себя. — Выглядит точь-в-точь как иллюстрация из учебника Вандервуда».
Однокурсники восхищенно выдохнули, а я чуть вздернула подбородок, гордо глядя на преподавателя. Так тебе, Грейхард! Ну же, давай, попробуй пробить!
Он, склонив голову набок, подошёл ближе.
— Красота, — протянул, рассматривая мой щит. — Форма, надо отдать должное, безупречна. Цвет — ну просто загляденье! Если бы это была картина в галерее, я бы купил её. А в нашем же случае…
Грейхард вскинул руку, и на кончиках его пальцев появилась серая дымка. «Боевая магия», — узнала я и тотчас напряглась, готовясь удерживать удар, вот только его не последовало.
Пальцы Грейхарда легко прошли сквозь мой идеальный щит, а моя магия даже не попыталась их вытолкнуть. Темные зрачки магистра на долю секунды стали по-драконьи узкими, что значит, он задействовал свою истинную природу.