Страница 36 из 62
22. Плата за чудо
Глухой удар сотрясает стену, и этот звук отдается тупой, болезненной пульсацией в моих висках.
Чей-то яростный, почти звериный рык разрывает тишину.
Я с трудом разлепляю веки. Во рту стоит вязкий привкус железа. Зрение фокусируется не сразу, выхватывая из полумрака размытые силуэты.
Первое, что я вижу, это широкую, напряженную до предела спину Каэла. Его мышцы бугрятся под изодранной в клочья формой. Он впечатывает Юлиана в каменную кладку с такой силой, что с потолка сыплется мелкая крошка, а ноги боевика едва касаются пола.
— Ты не целитель, Каэл! — хрипит Юлиан. Его пальцы впиваются в предплечья Каэла, тщетно пытаясь ослабить стальную хватку. — Дай Тессе осмотреть ее!
В углу, сжавшись в комочек, всхлипывает бледная Тесса. Она обеими руками прижимает к груди сумку с зельями, широко распахнутыми глазами глядя на взбешенного дракона.
— Никто к ней не прикоснется! — рычит Каэл. В его голосе все еще вибрируют те пугающие, низкие ноты, от которых по коже дерет мороз. — Я сам!
Я пытаюсь сделать вдох, но грудную клетку стягивает, словно железным обручем. С пересохших губ вместо слов срывается лишь тихий, надломленный стон.
Но Каэл замечает этот стон и его пальцы мгновенно разжимаются.
Юлиан тжело оседает на пол, судорожно растирая покрасневшую шею, а Каэл в ту же секунду оказывается рядом со мной. Он с глухим стуком падает на колени перед кроватью на которой я лежу.
В нос бьет резкий запах гари и стали.
Его руки, перепачканные въевшейся черной сажей, мелко дрожат. Он осторожно касается моего лица, горячие пальцы скользят по моей щеке, лихорадочно убирая прилипшие ко лбу пряди волос.
— Каэл... — выдыхаю я. В горле першит так, будто я неделю ничего не пила. Я пытаюсь приподняться на локтях, но пространство перед глазами опасно кренится.
— Лежи. Не двигайся, — хрипло обрывает он, мягко, но непреклонно прижимая меня обратно к подушке.
Я перевожу затуманенный взгляд за его плечо. Тусклый свет от единственного люмис-кристалла выхватывает низкие своды, стойки с пыльным оружием и паутину по углам.
— Где мы? — мой голос звучит чужой, надтреснутой нотой. — Что... произошло?
Юлиан, тяжело опираясь плечом о стену, медленно поднимается на ноги. Он морщится и сглатывает.
— В старых оружейных на нижнем ярусе, — глухо отвечает он. — Когда Нора не вернулась, я понял, что всё пошло прахом и отправился к вам на подмогу.
Он бросает короткий настороженный взгляд на Каэла и продолжает:
— Я спустился как раз в тот момент, когда Каэл уже раскидывал боевиков. Я успел вытащить девчонок в коридор. Но потом Эдрик... он что-то сделал. Скорее всего, у него был приготовлен какой-то магический контур на случай, если все пойдет не так.. в общем, когда он его замкнул, лаборатория начала рушиться…
Картинки вспыхивают в сознании разрозненными фрагментами. Невыносимый жар артефакта, ослепительная вспышка и тьма, затапливающая разум.
— В общем… нас чуть не завалило, но Каэл вынес тебя на руках в самый последний момент, — тихо добавляет Юлиан. — Только вот, сам Пирс исчез вместе со всеми, кто ему помогал. Часть клеток с химерами тоже были пусты.
Я снова смотрю на Каэла. Его золотые глаза темнеют, превращаясь в расплавленный янтарь. Я вижу, как каменеет его челюсть, как на скулах ходят желваки.
Он опускает голову, отводя взгляд и утыкается горячим лбом в мои пальцы.
— Зачем ты это сделала? — его голос падает до шепота. — Зачем замкнула артефакт на себе? Я же просил тебя уходить.
Я хочу сжать его пальцы в ответ. Переплести наши руки, дать ему понять, что все в порядке, что главное что мы оба живы. Мой мозг посылает привычную команду, но… ничего не происходит.
Кончики пальцев словно заморожены. Я чувствую руки, но пальцами пошевелить не могу.
Я медленно высвобождаю свои ладони из его хватки и подношу их ближе к лицу, щурясь в скудном свете старой оружейной.
Воздух со свистом вырывается из моих легких.
Под бледной, полупрозрачной кожей на запястьях змеится черная пульсирующая паутинка.
Холодея от внезапной догадки, я хочу заставить светить люмис-кристалл ярче и ужее привычно обращаюсь к своей магии, чтобы пустить в камень крошечный импульс энергии, но…
Как только искра срывается с моих пальцев, мир в ту же секунду взрывается.
Вместо привычного тепла магии по венам прокатывается волна расплавленного свинца. Черная паутина под кожей вспыхивает так, будто тысячи раскаленных игл одновременно вонзились в плоть.
— А-а-х! — мою спину выгибает болезненный спазм.
Я сгибаюсь пополам, судорожно хватая ртом воздух, и заваливаюсь на бок.
— Мира! — рык Каэла оглушает.
Его большие руки мгновенно перехватывают меня и прижимают к своей груди. Я чувствую как его огромное сердце бьется словно сумасшедшее.
— Как ты?!
— Тесса... — хрипит Юлиан где-то сбоку. — Быстро!
Целительница срывается с места.
Она падает на колени прямо на грязный пол возле кровати. Ее руки крупно дрожат, когда она подносит к моей груди диагностирующий амулет. Камень в ее ладонях вспыхивает тревожным, грязно-багровым светом.
Лицо Тессы на глазах становится белее мела.
— Что с ней?! — требует Каэл.
В его голосе слышится и ярость и глухое отчаяние.
— О-она... — Тесса запинается, стискивая амулет так, что белеют костяшки. — Она приняла часть Гнили на себя и я не знаю как ее вывести.
В комнате повисает звенящая, мертвая тишина. Я с трудом размыкаю сжатые от боли челюсти, глядя на свои запястья с черными прожилками.
— Но самое главное, — голос Тессы дрожит, срываясь на сдавленный шепот. — Эта дрянь... питается ее магией. Каждое заклинание провоцирует еще более резкое распространение заразы.
Мое дыхание обрывается.
Артефактор, которому нельзя колдовать. Маг, чья собственная сила сжигает его изнутри. Какая злая ирония…
Впрочем, ради того, чтобы вырвать Каэла из лап Эдрика, я не задумываясь пошла бы на то столько раз, сколько только потребовалось бы.
— А самое главное… — раздается из дальнего угла глухой голос Норы, привалившеся плечом к стене и равнодушно наблюдавшей за нами. — …у нас совершенно нет времени ее лечить. Осталось не так много времени, прежде чем Эдрик выпустит своих химер на церемонии восстановления защитного купола.