Страница 27 из 62
— Зачем, Эдрик? — мой голос звучит хрипло, но твердо. — Зачем ты продолжаешь дело этого психопата Рихтера? Тебе мало было смертей?
Эдрик даже не морщится от моего тона. Он не кричит, не злится. Наоборот, он смотрит на меня с пугающим, почти братским пониманием. Он обращается ко мне как к равной.
— Кому, как не тебе, знать, каково это — всю жизнь находиться в тени, Мира? — его голос обволакивает, льется спокойно и убедительно. — Ты гениальна. Твои руки способны творить чудеса. Но для всей Академии ты лишь «серая мышь», прилипала при Истинной Завоевателя. Сколько бы гениальными мы с тобой ни были, этот лицемерный мир нас не заметит, пока мы сами не заявим о себе.
Он делает плавный шаг в мою сторону, заложив руки за спину.
— Я был лучшим на факультете. Я помогал Рихтеру, как мог, я отдавал ему все свои идеи! А он только отмахивался от меня, как от назойливой мухи. Да, наш бывший декан действительно был не от мира сего в своих планах сделать из Черной Гнили массовое оружие. Но кое-какие рациональные зерна в его безумии все же были. Например, идея увеличить с помощью Черной Гнили боевой потенциал.
Эдрик усмехается, глядя на мерцающие во тьме черные кристаллы.
— Рихтер был трусом. Он опасался экспериментировать со своими учениками. Он всё ждал, когда сможет достать кровь Высшего дракона, чтобы не обходиться полумерами. Но зачем ждать недостижимого идеала? У нас и так есть почти всё, что нужно. Зачем искать Высших, если под рукой целый факультет боевых магов? Их драконьей крови более чем достаточно, чтобы стабилизировать распад, если использовать правильный артефакт. Я создам новую элиту. «Пепельных Виверн», чьи способности будут куда выше обычных драконов.
У меня мороз дерет по коже от его спокойного ледяного фанатизма.
— Эту дрянь нельзя контролировать! — в ужасе выкрикиваю я, отступая на шаг. — Тебе напомнить, что люди, которые были заражены ею в северных шахтах погибли?
Эдрик лишь снисходительно вздыхает, словно разговаривает с неразумным ребенком.
— В том-то и дело, Мира, что это были обычные люди, но не боевые драконы. Наша кровь, наша регенерация — это то чего у них нет и не будет. А если мы прибавим сюда еще и магию стабилизатора, то… Впрочем, сейчас ты всё увидишь сама.
Он медленно протягивает раскрытую ладонь. Его идеальная улыбка становится шире.
— Ты ведь принесла то, что я просил?
Я чувствую, как колотится сердце, отдаваясь в висках.
Мой взгляд мечется к Тессе, которая сжимается в комочек, а затем возвращается к Эдрику.
Я достаю из кармана воссозданный по его чертежу артефакт, испещренный рунами.
— Сначала отпусти Тессу, — я делаю вид, что готова торговаться, перехватывая артефакт поудобнее. — Иначе я его разобью.
Эдрик не двигается с места. Он смотрит на меня, и его мягкая улыбка внезапно превращается в хищный оскал.
— Ты думала, я пригласил тебя сюда одну? — его голос падает до вкрадчивого шепота, от которого у меня перехватывает дыхание. — Я знаю вас обоих, Мира. Даже если на бумажке написано “приходи одна”, без своей верной цепной ящерицы ты бы сюда не сунулась.
Земля уходит у меня из-под ног.
Я резко оборачиваюсь, чувствуя, как кровь стынет в жилах.