Страница 26 из 62
15. Западня для дракона
— Я не пущу тебя туда одну. Это самоубийство.
Голос Каэла звучит глухо. Он нависает надо мной, скрестив руки на широкой груди, и буравит напряженным взглядом.
— В записке ясно сказано: приходить одной! — я с силой вгоняю рунный резец в медную пластину. — Каэл, я не собираюсь рисковать жизнью Тессы!
— А если пойдешь одна, то будешь рисковать жизнями вас обеих! — рычит он, делая резкий шаг ко мне.
Моя рука вздрагивает. Резец соскальзывает с жесткой меди, и острая грань кристалла-накопителя глубоко вспарывает мне подушечку пальца. Я тихо шиплю сквозь зубы. На металл падают тяжелые, темные капли крови.
В ту же секунду Каэл оказывается рядом. Вся его ярость испаряется, уступая место почти пугающей сосредоточенности. Его большие, жесткие ладони перехватывают мои трясущиеся руки. Он осторожно, но непреклонно отводит в сторону резец, берет мой порезанный палец и стирает кровь. Его прикосновения обжигают.
— Блум, — произносит он уже мягче, глядя на мои руки. Большой палец Каэла невесомо поглаживает мою ладонь. — Я понимаю, что ты боишься за нее. Но я не могу позволить тебе стать наживкой без подстраховки. Мы не отдадим им ни Тессу, ни тебя.
Я поднимаю на него глаза, чувствуя, как от его близости перехватывает дыхание.
— Что ты предлагаешь, Аркхейм?
***
Через полчаса наша тесная девичья комната превращается в настоящий оперативный штаб.
Не без помощи Норы, Каэл вызывает Юлиана. Тот приходит бледный, но собранный, и сразу берется за дело. Нора, отбросив прежнюю стервозность, расстилает на моей кровати старые технические чертежи подземелий Арены.
План рождается в спорах.
Я пойду открыто, по главному коридору, прямо в пасть к похитителям — как они того и требовали.
Каэл будет двигаться параллельными обходами. Он не попадется им на глаза, но его драконий слух и идеальный нюх не дадут потерять меня из виду ни на секунду.
Юлиан и Нора берут на себя контроль над внешними выходами: если всё пойдет прахом и нам придется бежать, они заблокируют отход похитителям.
Пока боевики и Нора тихо, но напряженно обсуждают детали плана, я снова возвращаюсь за работу.
Время поджимает. Мои пальцы с невероятной скоростью сплетают тончайшие металлические нити и вживляют в них энергокристаллы. Я собираю для врагов стабилизатор, который должен удержать их монстров от разрушения.
Но я не дура, чтобы отдавать в руки психопатов реальное оружие.
А потому, собираю артефакт с «двойным дном». Внешне — это идеальная реплика. Схема безупречна. Но в самое ядро, между стабилизирующими рунами, я вплетаю крошечный, микроскопический дефект, который, я надеюсь, они не заметят.
Ну, или заметят, но не сразу.
Я защелкиваю магнитный замочек на корпусе артефакта и прячу его в карман мантии.
Все.
Я готова.
***
Заброшенные служебные помещения под Ареной встречают меня оглушающей тишиной и запахом пыли.
Я крепче стягиваю полы плаща и делаю шаг во мрак. Где-то там, за толщей каменных стен, бесшумной тенью скользит Каэл. Я не вижу его, но почти физически чувствую его тяжелую, успокаивающую ауру.
Эта мысль единственное, что заставляет меня без страха идти вперед.
Тусклый свет кристалла в моей ладони выхватывает из темноты облупившуюся кирпичную кладку. И вдруг я замираю.
Свет падает на массивную, покрытую ржавчиной железную дверь.
Старая котельная.
Воздух вмиг выбивает из легких. Мой самый страшный кошмар оживает. В ушах раздается лязг цепей, и я снова вижу перед собой лицо Зейна, чувствую беспомощность, когда меня держали здесь в плену.
Мои руки предательски трясутся, я приваливаюсь спиной к холодной стене, хватая ртом воздух. Перед глазами темнеет.
«А ведь сейчас где-то здесь держат Тессу, — бьется в голове отчаянная мысль. — И ей так же страшно».
Я судорожно сжимаю в кармане готовый артефакт. Я вспоминаю обжигающее прикосновение Каэла, когда он стирал кровь с моего пальца. Вспоминаю его обещание.
Он здесь. Он не позволит этому повториться.
Да и я уже далеко не та слабая мышь, которой меня считали. Я не жертва.
Делаю глубокий, болезненный вдох, загоняя панику на самое дно сознания. Расправляю плечи и заставляю себя идти дальше.
Я толкаю тяжелую створку самого последнего помещения и переступаю порог.
Комната залита тусклым болезненным светом кристаллов на потолке. Запах здесь другой: не просто пыль, но еще и тот самый сладко-приторный аромат.
Вдоль стен ряды железных клеток. Я делаю шаг ближе и содрогаюсь. Внутри бьются о решетки химеры, как две капли воды похожие на ту, что мы видели в подвале.
Мой взгляд судорожно мечется по тускло освещенному залу, пока не натыкается на дальний угол.
Сердце пропускает болезненный удар, а в горле встает удушливый ком.
Тесса.
Она сидит на стуле, прикованная тяжелой цепью к массивному каменному столу.
Живая. Слава всем богам, живая.
Но ее светлые кудряшки спутались, под глазами синяки, а губы искусаны в кровь.
Рядом с ней, на металлическом подносе, зловеще поблескивают медицинские инструменты и пустые алхимические колбы.
Эти мерзавцы не просто держат ее в заложницах — они используют ее дар целительницы для своих экспериментов.
Тесса поднимает голову. В ее заплаканных глазах вспыхивает узнавание, а затем чистый, неподдельный ужас. Она отчаянно мотает головой и беззвучно кричит мне одними губами: «Уходи!»
Я делаю шаг к ней, забыв обо всем на свете, как вдруг замечаю резкое движение сбоку.
Из густой тени между рядами клеток выходит Эдрик Пирс.
Идеально уложенные волосы. Безупречно сидящая черная форма «Стальных Виверн». Он выглядит так, словно только что спустился с парадной лестницы Главного зала, а не прятался в заброшенных подземельях. На его аристократичном лице играет вежливая, снисходительная улыбка.
Ну конечно, кого как не его я должна была здесь увидеть…
Я не могу сказать, что удивлена.
После всего, что мы с Каэлом узнали и увидели, было мало сомнений в том, что он как-то в этом замешан. Но я не думала, что Эдрик, гордость боевого факультета, руководит этим лично.
— Блум, — мягко произносит он, останавливаясь в нескольких шагах от меня. — Как пунктуально.
Я до боли сжимаю в кармане артефакт. Мои пальцы дрожат, но я заставляю себя вскинуть подбородок и посмотреть ему прямо в глаза.