Страница 24 из 62
— Не тебе решать, кого мне спасать, Аркхейм! — мой голос дрожит от обиды, но я не отступаю ни на миллиметр. — И кроме того, ты, похоже, забыл, что у них до сих пор в плену моя соседка! Тесса неизвестно где, неизвестно в каком состоянии, пока ты тут играешь в героя-мученика! Если я ничего не сделаю, я потеряю вас обоих!
Каэл замирает.
Мои слова бьют его наотмашь, пробивая броню «ледяного командира». Желваки на его смуглых скулах перекатываются.
Он смотрит на меня — рассерженную, взлохмаченную, отчаянную, — и тяжело, со свистом выдыхает. Его широкие плечи опускаются.
Он молча отходит от стола и тяжело опускается на стул, закатывая рукав синей формы.
Я мгновенно беру себя в руки.
Паника уходит, уступая место холодной расчетливости артефактора.
— Я не буду делать то, что они от меня ждут, — делюсь я с ним своей идеей, — Я придумываю подстраховку, чтобы выиграть нам время.
Я достаю из своих запасов плотную медную пластину и начинаю выгибать из нее жесткий браслет-зажим. Я не копирую переданную мне схему один в один, а, скорее, собираю нечто на ее основе, вплетая в медь тончайшую, ювелирную вязь обратных рун.
— И что же это за подстраховка? — тихо спрашивает Каэл, следя за тем, как быстро мелькают мои пальцы.
— Я поставлю якорь на твою кровь, — бормочу я, не отрываясь от работы. — Откалибрую артефакт только под тебя, Каэл. Чтобы для любого другого существа он был бесполезен.
Спустя полчаса напряженной работы, когда на лбу выступает испарина, я подхожу к нему.
— Дай руку.
Он протягивает мне запястье с пульсирующей черной веной. Я накладываю медный каркас и с тихим щелчком защелкиваю магнитный замок.
Руны на меди на секунду вспыхивают синим светом и гаснут.
Я затаив дыхание смотрю на его руку. Черная вена дергается в последний раз, перестает пульсировать и на глазах начинает бледнеть, прячась глубоко под кожу, словно ее сковало льдом.
Каэл шумно втягивает воздух.
Он закрывает глаза, и я вижу, как расслабляются напряженные мышцы на его шее.
Когда он открывает глаза, он смотрит на меня таким пронзительным и благодарным взглядом, от которого перехватывает дыхание.
Каэл поднимает руку и своими горячими, жесткими пальцами бережно сжимает мою ладонь. Одно короткое, но невероятно сильное пожатие. Знак абсолютной признательности.
***
Днем коридоры Академии гудят от голосов студентов. Мы с Каэлом идем в сторону лекционных залов. Каэл выглядит здоровым, собранным и смертоносно опасным.
Мы почти доходим до нужной аудитории, когда навстречу нам из-за угла выходит Эдрик Пирс.
Он все такой же идеальный, каким мы видели его в прошлую нашу встречу. Безупречная осанка, ни единой складочки на камзоле, на губах играет вежливая, холодная полуулыбка.
— Аркхейм. Блум, — здоровается он, останавливаясь прямо перед нами, перекрывая путь. — Рад видеть вас.
— Пирс, — ровно отзывается Каэл, но я чувствую, как напрягается каждая клеточка его тела.
— Ты в последнее время совсем забросил тренировки «Виверн», Каэл. Понимаю, — Эдрик бросает на меня снисходительный взгляд, — у тебя теперь... новые обязанности. Но хватку терять нельзя. Предлагаю поучаствовать в спарринге сегодня вечером. Развеем кровь.
С этими словами Эдрик делает шаг вперед и по-дружески, но с откровенным вызовом, протягивает руку для мужского рукопожатия.
Это жест, от которого на боевом факультете нельзя отказаться, не потеряв лицо.
Каэл тоже это знает. Он чуть прищуривается и вкладывает свою ладонь в руку Эдрика.
Они сжимают руки.
Их предплечья напрягаются так, что ткань трещит.
А вот это уже никакое не приветствие… скорее, проверка силы. От резкого, жесткого движения рукав формы Каэла немного задирается вверх.
Всего на пару дюймов, но этого оказывается достаточно.
Взгляд Эдрика, до этого прикованный к глазам Каэла, молниеносно скользит вниз. Он видит край широкого медного браслета, плотно обхватывающего запястье, и рунную вязь на металле.
Эдрик тут же разжимает пальцы и отступает на полшага. Его вежливая улыбка становится острее.
— Интересная у тебя появилась безделушка, — Эдрик хмыкает, кивнув на запястье Каэла. — Не помню, чтобы ты когда-либо носил артефакты, Аркхейм. Кто тебе ее дал?
Каэл невозмутимо одергивает рукав, пряча медь, и отвечает с ледяным спокойствием:
— Не твоего ума дело, Пирс. И на спарринги у меня нет времени.
— Как скажешь. Жаль, — Эдрик пожимает плечами, — И все же, рекомендую не забывать про занятия, чтобы не потерять форму к следующим соревнованиям.
Они расходятся.
Каэл уводит меня дальше по коридору, но перед тем как завернуть за угол, я не выдерживаю и оборачиваюсь.
Эдрик Пирс стоит на том же месте и смотрит нам вслед. В его взгляде только пугающий интерес и необычайная сосредоточенность.