Страница 21 из 62
12. Драконья кровь
Мы буквально вываливаемся из затхлого подвала во внутренний двор. После удушливого запаха сладковатого запаха в подвале, каждый глоток воздуха кажется опьяняющим.
Юлиан сгибается пополам, упираясь руками в колени. Он тяжело втягивает воздух, его плечи ходят ходуном. Аристократическая выдержка слетает с него в одно мгновение.
— Валериус должен знать об этом! — хрипит он, с ужасом оглядываясь на тяжелый металлический люк. В его глазах плещется настоящая паника. — Я иду к нему! Прямо сейчас!
Он дергается в сторону, но путь ему преграждает Каэл.
— Нельзя, — глухо отрезает он, и в его голосе прорезается низкий, вибрирующий рык.
Юлиан вскидывается. Страх в нем смешивается с отчаянием.
— Каэл, ты в своем уме?! Ты видел, что там лежит?! Ты хочешь, чтобы наш факультет совсем распустили? Чтобы нас всех отправили в шахты или на плаху?! Ну уж нет! Чем быстрее мы всё расскажем Архимагу, тем лучше! С дороги!
Он пытается оттолкнуть друга, но с таким же успехом мог бы толкать гранитную скалу.
Стремительный бросок и Каэл жестко, с глухим стуком впечатывает Юлиана в каменную стену.
В воздухе мгновенно разливается тяжелая аура двух разъяренных боевых драконов. Искры стихийной магии с треском прошивают пространство между ними.
— Я сказал, что к нему нельзя обращаться, — чеканит Каэл, прижимая Юлиана еще сильнее. — Ты никуда не пойдешь.
Я понимаю, что назревает драка. А это значит, я обязана вмешаться.
— Хватит! — мой голос срывается, но я не раздумывая бросаюсь прямо между ними.
Мои ладони ложатся на напряженную грудь Каэла. Под тонкой тканью рубашки бешено бьется горячее сердце.
— Остановись. Пожалуйста, отпусти его.
И это срабатывает. Каэл шумно выдыхает, золото в его глазах медленно гаснет, уступая место привычному льду.
Он нехотя разжимает пальцы, отпуская Юлиана, но остается стоять так близко ко мне, что я чувствую жар его тела.
Я поворачиваюсь к Юлиану, глядя прямо в его растерянные глаза.
— Юлиан, послушай меня, — говорю я тихо, но так твердо, что сама удивляюсь своему голосу. — Они забрали мою соседку. Тессу.
Юлиан замирает, растирая помятую шею.
— Что?..
— Она у них, — продолжаю я, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли, но я не позволяю себе отвести взгляд. — Если мы сейчас поднимем тревогу, если Архимаг или стража начнут проверку, Тесса умрет. А следующей будет Нора. Потом, любой, с кем я заговорю. Я должна собрать для них ядро стабилизатора, иначе они убьют невинных, понимаешь?
Юлиан потрясенно молчит. Он смотрит на меня так, будто видит впервые. Не прилипалу Истинной Завоевателя и не обузу, которую навязали его другу. Он видит девчонку, загнанную в угол.
— Бездна... — шепчет он, проводя рукой по волосам. Вся его злость испаряется, оставляя только горькое осознание. — Но... Мира, нельзя же всё так оставить. Мы не можем просто ждать.
— Мы и не будем, — голос Каэла звучит из-за моей спины низко и уверенно. Его рука собственнически и тяжело ложится мне на талию. — Мы что-нибудь придумаем. Но для этого нам нужны глаза и уши. Ты нам поможешь?
Юлиан сглатывает. Ему страшно, это видно по его бегающим глазам, но не зря он боец "Стальных Виверн".
— Да. Что нужно делать?
Мы отходим в глубокую тень арочной галереи, подальше от возможных зевак.
— Юлиан, мне нужно всё, — быстро говорю я. — Любые странности на боевом факультете. Всё, что может нам хоть как-то помочь, разобраться в ситуации.
Юлиан хмурится, глядя в темноту.
— Вроде, все как обычно. Но, если подумать... некоторые Виверны в последнее время стали слишком агрессивными. Парни срываются с полоборота. А еще, я видел черные жилки у пары человек в раздевалке. Но я списывал это на боевые стимуляторы и жесткие спарринги.
Черные жилки. Агрессия.
Кусочки пазла в моей голове со звоном встают на свои места, образуя картину настолько чудовищную, что у меня перехватывает дыхание.
— Это не стимуляторы, — шепчу я.
Каэл и Юлиан одновременно поворачиваются ко мне.
Я поднимаю глаза, чувствуя, как по спине ползет ледяной пот.
— Тесса... недавно рассказывала мне, что Черная Гниль агрессивна. Она быстро пожирает плоть. Но... есть мощный стабилизатор, который, по идее, может остановить даже такой сильный распад. И это…
Я делаю судорожный вдох, глядя на Каэла.
— Драконья кровь.
В тени галереи повисает мертвая, звенящая тишина.
— Они не просто продолжают дело Рихтера, — мой голос дрожит, когда я озвучиваю страшную правду. — Они его совершенствуют. Кто-то ставит опыты на вас. На студентах с чистой драконьей кровью.
Я вижу, как меняются лица обоих парней: расширяются зрачки Юлиана, каменеет лицо Каэла.
До них доходит весь ужас происходящего. Их братья по оружию просто расходный материал.
Каэл глухо рычит.
— Значит, Брэдли... — Юлиан не может закончить фразу.
— Нам нужно узнать наверняка, — перебиваю я, хватаясь за остатки самообладания. — Юлиан, ты должен за ним следить. Не спускай с него глаз. Нам нужно понять кто он на самом деле: жертва или палач.
Мы прощаемся с Юлианом, а сами направляемся в мою комнату.
Воздух в пустых коридорах Академии кажется густым и вязким словно перед грозой.
Напряжение такое, что его можно резать ножом. Я иду на шаг позади Каэла и почти физически ощущаю, как он напряжен до предела.
Я знаю, что его драконья суть сейчас беснуется, рвется наружу. Он взбешен страшной правдой о боевиках, он хочет крушить и мстить, но он не может… он связан по рукам и ногам. И поэтому, он изо всех сил сдерживает внутреннего зверя
Ради меня.
Адреналин, державший меня на ногах в подвале, стремительно отступает, оставляя после себя сосущую пустоту и дрожь. Ноги внезапно подкашиваются, я спотыкаюсь на ровном месте и уже представляю себе болезненный удар о каменные плиты, но…
Удара не происходит.
Сильные руки подхватывают меня быстрее, чем я успеваю испугаться. Каэл не просто помогает мне удержать равновесие, его жесткая ладонь скользит по моей руке вниз, и наши пальцы переплетаются.
Он не отпускает мою руку, даже когда я твердо встаю на ноги.
— Я не позволю добраться до тебя, Блум, — его голос звучит глухо, вибрируя над самым моим ухом. — Слышишь?
Я поднимаю голову, чтобы посмотреть в его глаза, и в этот самый миг тишину коридора разрывает короткий, хищный свист.
Всё происходит за долю секунды. Каэл реагирует на чистых инстинктах.