Жена криминала

Глава 19

Полина

— Снежок, — тихо бужу дочку, присев на корточки перед её кроваткой. — Снежок, просыпайся.

Быстро оборачиваюсь, чтобы взглянуть на прикрытую дверь. Симона должна была увести няню в гостевой домик, чтобы та отдохнула. Судя по тишине, витающей в доме, ей это удалось. Но моё сердце всё равно беспокойно стучит.

— Котёнок, нам нужно идти, — глажу мягкие волосики Снежки.

Она причмокивает губами и начинает шевелиться под одеялом. И в самом деле похожа на маленького котёнка.

— Мамочка, — сонно зовёт меня и тянет вперёд ручку.

— Да, моя хорошая. Это мамочка, — целую маленькие пальчики и чувствую, как открывается второе дыхание. Ради неё я готова на всё. Без исключения.

Иди-ка ты к чёрту, Савва. Ничего у тебя не получится.

— Нам пора, — выпрямляюсь и тороплюсь одеть ещё полусонную дочь.

Она начинает капризничать и похныкивать.

— Ну чего ты, котёнок? Спать хочешь? Да?

Снежка недовольно сопит и трёт глазки.

— Я знаю. Знаю. Но потерпи. Чуть-чуть.

Стараюсь всё делать быстро. Попеременно целую дочь то в лобик, то в щёчки, чтобы хоть как-то успокоить, подарить ощущение безопасности. Если буду слишком сильно дёргаться, моё настроение определённо передастся Снежке, и бесшумно мы отсюда уж точно не выскользнем.

— Как вы тут? Долго ещё? — шёпотом интересуется Симона, заглянув в дверной проём.

Я непроизвольно вздрагиваю и тут же мысленно приказываю себе успокоиться. Это, как всегда, сложно. Нервы просто на пределе. Любой звук сейчас сродни выстрелу. Смертельному.

— Нет.

— Симона с нами? Мамочка? С нами? — сонно уточняет Снежка.

— Нет, Снеговичок, я остаюсь дома.

Снежка буквально виснет у меня на плече, пока я надеваю ей штанишки. В платье или сарафане ночью явно будет холодно.

— Поль, мне вызывать такси? — шепчет Симона.

— Да, но оно не должно слишком близко подъезжать к дому.

— Знаю.

Мы пересекаемся взглядами всего на несколько секунд, и я ловлю на губах Симоны хитрую усмешку.

— У тебя это не в первый раз, да?

Она перекатывается с пятки на носок, не отпуская дверную ручку. Строит саму невинность, а в глазах уже вовсю пляшут бесята.

— Что? А как иначе прикажешь строить личную жизнь, если папа меня за семью замками держит?

— Резонно.

Савва и вправду оберегает дочь как зеницу ока и старается минимизировать любые неугодные ему контакты.

Когда со сборами покончено, я поудобнее подхватываю полусонную Снежку на руки и закидываю на плечо небольшую сумку. Внутри всё самое необходимое: документы, пара вещей для дочери и немного налички.

В последний момент хватаю с кровати Пушистика на случай, если Снежка всё же проснётся и начнёт плакать. Он её уж точно успокоит.

— Такси уже едет, — сообщает Симона, когда я выхожу из детской.

Киваю. Страшно до безумия. Сердце продолжает тяжело ухать в грудной клетке. Стараюсь двигаться бесшумно, но всё равно реагирую на каждый шорох.

Если Кудашевский вдруг вернётся, нам всем не поздоровится. В прямом смысле этого слова.

Смотрю на светлый затылок Симоны. Она ведёт нас к выходу на задний двор.

— Отсюда будет проще всего выйти наружу, — тихонько сообщает она. — Я как-то через паркинг решила сунуться — чуть не попалась папочкиным церберам. Вовремя улизнула назад в дом. Тот ещё квест был.

Её слова меня удивляют. Нет, я давно привыкла к тому, что ангельская внешность Симоны обманчива. Но даже понятия не имела, насколько она, оказывается, та ещё хулиганка. Чёрный и белый лебедь в одном лице.

Когда мы оказываемся на улице, я чувствую прозрачные прикосновения тёплого, душного воздуха. Ветра нет. Совсем. Всё словно замерло и с интересом наблюдает за происходящим, делая ставки — сможет ли эта сумасшедшая убежать или нет.

— Тут нужно немного напрячься, — Симона подбегает к одному из небольших каменных вазонов и сдвигает его ближе к забору. — Зря, что ли, папа меня запихнул на уроки фехтования? — тяжело дыша, задаёт риторический вопрос и стирает со лба невидимые капельки пота.

— Это точно ты, Симона? Я тебя совсем не узнаю.

— Я, я. А раз не узнаёшь, значит из меня могла бы получиться неплохая шпионка. Давай Снежку, а сама лезь наверх. Я тебе её потом передам.

Несколько секунд я серьёзно сомневаюсь. У меня и вправду большие проблемы с доверием. Симона и так уже слишком сильно подставилась, а могла бы не участвовать в моём побеге. Эти проблемы ей точно ни к чему.

— Котёнок, иди к Симоне на ручки.

— Клик-клик, — сквозь зевок шепчет дочка. — Мамочка, Симона любит делать клик-клик.

— Да, Снеговичок, именно это я и люблю делать.

Сглатываю панику и, не тратя время зря, использую вазон как ступеньку, быстро подтягиваюсь на руках и через секунду оказываюсь по ту сторону забора. Пусть он и не очень высокий, но всё равно требует силы.

Смотрю вверх, жду, когда появится Симона. Сердце продолжает стучать в бешеном ритме. Внутренности от волнения стягивает тугим узлом. Верю и не верю, что это происходит на самом деле.

— Полина, — над забором показывается голова Симоны. — Держи. Аккуратнее.

— Да. Сейчас.

От этих манёвров Снежка окончательно просыпается. Она явно не понимает, что происходит, но ей определённо нравится.

Я прижимаюсь всем телом к шершавому забору, привстаю на цыпочки, чтобы подхватить дочку. Едва не падаю назад, когда ощущаю её вес в своих руках. Удерживаю. Крепко прижимаю к себе и на секунду прикрываю глаза.

Всё в порядке. Всё хорошо.

Следом за нами карабкается Симона. Она свешивает ноги, а затем мягко спрыгивает. Совсем как кошка.

— Мы дальше сами. Лучше возвращайся.

— Я вас проведу до машины.

— Нет. Это может быть опасно. Ты и так, рискуя собой, очень сильно нам помогла.

Она кивает и скрещивает руки на груди.

Где-то среди деревьев проскальзывает блеск фар. Это, кажется, наше такси приехало. Правда, что-то слишком рано.

— Чёрт, я же чётко поставила точку на карте, где нужно остановиться. Зачем он едет прямо сюда? — ругается Симона и снимает блокировку со своего смартфона, чтобы зайти в приложение.

— Это не такси, — медленно произношу, вглядываясь в черноту ночи. — Это машина твоего отца.

Паника одним резким ударом взрывается в моей грудной клетке. Я не знаю, куда бежать и где прятаться.

Это, вне всякого сомнения, машина Саввы.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!