Страница 59 из 83
Она стоит. Лицо такое же безупречное, но в нём появилось что-то, чего не было раньше. Будто тонкая трещина на идеальной поверхности. Красивые скулы чуть напряглись. Взгляд стал острым, точным, злым.
— Вы оскорбили меня при всех, — говорит она. Голос низкий, контролируемый. Почти. — Такого отношения к себе я не потерплю.
— Я ничего не обещал, Арейна.
— Тогда зачем пригласили? Зачем всё планировали?
— Я ничего вам не обещал.
— Но ваш советник говорил другое.
— Мой советник принял решение в моё отсутствие. — Я смотрю на неё прямо. — Судя по всему, он питает к вам особые чувства.
Трещина становится глубже. Щёки у неё бледные, прозрачные, с едва видимыми синими прожилками под кожей, цвет чистой крови, которой так гордится её род, вспыхивают. Не румянцем. Злостью. Горячей, некрасивой, совершенно ей не подходящей. Она не умеет злиться. Не натренирована. Её учили быть ровной, как её кожа.
Злость делает её похожей на живого человека. Впервые.
— Лорд. Вы меня отсылаете обратно? Разрываете нашу помолвку?
— Помолвки не было.
— Такое унижение для особы моего статуса…
— Помолвки не было. — повторяю я.
У меня нет на это времени. Оправдывать поступки других. Рей, не выходит на связь. Система его отслеживает. Вижу его метку в техническом коридоре, но он молчит.
А Луны нет вообще. Её след исчез с радаров полностью. Как будто ее стёрли. Как будто её не существует. Это невозможно. Это именно то, что бывает, когда что-то пошло не так.
— Мой советник всё решит. Он объяснит. -- Я разворачиваюсь, чтобы уйти.
— Это всё из-за неё? -- Я слышу ее. Каждое слово. — Из-за этой грязнокровной особи. Пачкать родословную — это разве учтиво?
Я стою спиной к ней. Раненая рука горит. Полоса на груди, спокойная сейчас, холодная, ждёт.
Я думаю о том, каким я был раньше. Год назад. Два. Что бы я сказал на её месте? Что бы подумал? Статус. Родословная. Чистота крови. Я говорил теми же словами, думал теми же категориями. Это был единственный язык, который я знал.
Пока не встретил её.
Девушку с умирающей планеты. Которая смотрела на меня и видела человека. Которая не умеет притворяться. Которая каждый раз говорила правду. Не потому, что это выгодно, а потому что иначе не умеет.
Арейна произносит слова.
Я слышу только то, насколько они пусты.
— Вейран! -- Мой голос поднимается резко, жёстко, выше обычного. Система считывает уровень сигнала. — Мой советник, виновен в том, что дал ложные обещания от моего имени. Он и будет решать ваш вопрос дальше.
Я ухожу.
Её тяжёлый, острый взгляд в спину, не проникает мне под плотную одежду, под броню. Слишком поздно. Слишком тонко.
В командном узле меня ждут данные.
Программа нашла след.
Один. Чистый. Внутри системы. Подпись изменена, но не полностью. В структуре команды остался слой, который нельзя подделать без физического доступа к ядру. Я смотрю на цифры. Один человек. Один уровень доступа. Одна подпись под командой, которая создала дыру в защитном поле ровно в нужный момент.
Рей.
Мой солдат. Тот, которому я приказал отвести Луну к Ару.
Я смотрю на его метку на карте. Технический коридор. Утилизационный уровень.
Холод приходит медленно. Не снаружи, он внутри. Как будто что-то в крови замерзает и тут же снова плавится. Я его туда не отправлял.
Луна. Её нет на радарах.
Она стёрта.
Я делаю один шаг к выходу. Потом второй. Потом начинаю двигаться быстро, очень быстро, потому что раненая рука горит, полоса на груди горит, и что-то внутри меня, то самое, что должно быть заблокировано навсегда, дико требует ее найти.
Двигаться.
Сейчас.