Страница 298 из 338
Она едва заметно кивнула и снова медленно уплыла в спасительное забытье, но тонкие горячие пальцы ее на миг сжали мой изодранный рукав — слабо, из самых последних сил, что еще оставались в теле. И этого мне с лихвой хватило. Даже полумертвая, мечущаяся в бреду, она упрямо выбрала ту же самую дорогу, что и я. Длинную. Честную. Свою.
Оставалось только решить, как эту проклятую дорогу одолеть. Ариана на ногах больше не держалась — жар досуха выпил из нее последние крохи сил, почерневшая от яда лодыжка раздулась вдвое, пробитый бок под пропитавшейся кровью повязкой пылал дурным, нездоровым огнем. Понести ее на закорках? Меня самого едва держали собственные трясущиеся ноги. Волочь по стеклу на плаще, как только что равнодушно волокли зарезанного Тимку? От одной этой живописной мысли к горлу едким комом подкатывала желчь. И всё-таки иначе было никак. Значит, стисну зубы и поволоку. Шаг за шагом, привал за привалом, сколько бы их ни пришлось наскрести по пути. Сандра станет внимательно слушать невидимую дорогу, я — тупо тянуть лямку, как ломовая лошадь, а Ариана — изо всех сил цепляться за ускользающую жизнь. Как повелось у нас втроем с самого начала. Трое разбитых доходяг на одну общую большую беду, и каждый тащит другого на своем горбу.
Впереди лежал бесконечный путь через сфинкса. Через его невидимые каменные весы, через все каверзные вопросы, которые он еще не успел нам задать, через то самое терпение, которого во мне к утру почти не осталось. Дорога куда вернее короткой — и длиннее ее во сто крат. А у меня в запасе — жалкий глоток воды на троих, тяжелая раненая, которую невозможно поднять, слепая девчонка-проводница да черный меч, совершенно бесполезный против древнего камня.
Я упрямо поднял тяжелую голову и посмотрел каменному стражу прямо в его бездонные, немигающие провалы глаз. Он ждал. Он умел ждать, как никто другой на этом свете.
— Ну что, — сказал я хрипло, обращаясь к небу и камню сразу. — Своих я не бросил. Коротким, воровским ходом не пошел. Мы остались.
Я судорожно перевел дыхание, проталкивая воздух в горящие легкие.
— Спрашивай дальше, каменный. Я никуда не тороплюсь. Времени у меня теперь — почти как у тебя. Целая вечность. Или ровно столько, сколько протянет эта девчонка за моей спиной.