Страница 35 из 97
Елена убрала руку — так же спокойно, так же намеренно, как и положила. Но эффект остался.
Она не нуждалась в одобрении.
Она просто показала, кто здесь хозяин.
— Онса, я не одобряю применение огнестрельного оружия в стенах клуба. Если оно у тебя есть с собой, прошу его сдать. На выходе мы его вернём, – напомнила правила клуба Негиста.
— Ты прекрасно знаешь, что нет, — парировала Елена, её глаза сверкнули вызовом.
— Как леди предпочитает развлекаться — доминируя или подчиняясь? — уточнил Арес, в его голосе звучала лёгкая насмешка, но и неподдельный интерес.
— Я предпочитаю доминировать, — ответила Елена без тени сомнения.
— Кто же будет твоим нижним? Может быть, Аполло? — с усмешкой спросил Арес, переводя взгляд на охранника.
— Если Ферис того пожелает, — спокойно произнёс Аполло, глядя прямо в глаза владелице клуба.
Елена с удивлением воззрилась на него. На лице охранника не было ни тени протеста — лишь готовность подчиниться воле своей Ферис.
— Ферис? Ты называешь Онсу Ферис? — брови Арахны приподнялись в изумлении.
— Онса — не только мой работодатель, но и мой Фирес, — твёрдо ответил Аполло.
В этот момент из-за одного из столиков поднялся блондин-вервольф. Его движения были плавными, почти текучими — словно хищник, привыкший рассчитывать каждый шаг. Он подошёл к группе и вежливо склонил голову, но в его позе читалась не покорность, а сдержанная сила.
— Добрый день. Я случайно услышал ваш разговор. Моя Ильва, я прошу о чести послужить тебе в качестве нижнего, — произнёс он с почтительным поклоном, но взгляд его оставался прямым, открытым, будто он сознательно демонстрировал готовность принять любые условия.
Елена окинула его оценивающим взглядом. Над головой парня кружил призрачный образ знакомого белого волка. Того самого, что дерзнул бросить ей вызов на выборах Ильвы. Стройный, подтянутый, с рельефными мышцами, проступающими под тонкой тканью рубашки. Но главное — глаза: в них горела не просто заинтересованность, а осознанная, почти дерзкая готовность. Это не был взгляд жертвы — скорее воина, добровольно отдающего себя в руки мастера.
— Я оказываю тебе эту честь. Блондин будет сегодня моим нижним, — ответила она холодно, но в голосе прозвучала нотка удовлетворения. В нём проскользнуло что-то вроде одобрения: перед ней стоял не просто доброволец, а человек, понимающий цену своих слов.
— Отлично. Ваша комната — № 9 по правой лестнице. Приятной игры, — Арес протянул Елене ключ. Его пальцы, крупные и сильные, на мгновение соприкоснулись с её тонкими, холодными пальцами.
Между ними проскочила искра — едва уловимая, но ощутимая, как статический разряд в сухом воздухе. Глаза встретились: зрачки Ареса расширились от удивления, а его голубые глаза постепенно потемнели до орехового оттенка, словно в них отразилась скрытая глубина. Елена тут же убрала руку, не проронив больше ни слова, и направилась к лестнице. Её походка была ровной, почти механической — каждый шаг выверен, каждое движение подчинено внутренней дисциплине.
Вервольф последовал за ней, держась на шаг позади. Его тень скользила по полированному мраморному полу, повторяя контуры её силуэта.
Поднявшись на нужный этаж, Елена подошла к последней двери в конце коридора и отперла её. Дверь открылась с тихим скрипом, впуская в комнату приглушённый свет из коридора. Войдя внутрь, она обернулась к своему спутнику.
— Как твоё имя, волк? — спросила она ровным, почти безразличным голосом, но в нём чувствовалась властная нотка, требующая немедленного ответа.
— Дерби, Ферис, — ответил блондин, переступая порог. Его голос звучал твёрдо, без дрожи, хотя в глубине глаз мелькнула тень волнения.
Это последнее, что услышал Аполло до того, как тяжелая дверь отрезала его от Ферис.
Когда дверь за Еленой и Белым волком захлопнулась, в зале на мгновение повисла та самая «звенящая» тишина, которая бывает в лесу перед бурей. Аполло остался стоять у подножия лестницы, чувствуя на своей спине три пары сверлящих глаз: Арахны, Ареса и затаившего дыхание стриптизера на сцене.
Арес первым нарушил молчание. Он медленно потер пальцы, которыми только что коснулся руки Елены, словно на коже остался невидимый ожог. Его голос звучал глухо, с непривычной для него хрипотцой:
— Ты видел её глаза, Аполло? Ультрамарин. Настоящий ультрамарин истинной Ферис. Я думал, слухи о том, что она сделала с Толли — это просто байки, чтобы поднять ценник на её услуги в суде.
Арахна (Негиста) резко развернулась к нему, её кожаное платье скрипнуло. Призрачная гиена над её головой скалилась, отражая ярость хозяйки:
— Ультрамарин? Это просто фокус, Арес! Дешевый трюк для пугливых щенков. Она — человек. Мясо в дорогой куртке. А ты, — она полоснула взглядом по Аполло, — ты разочаровал меня больше всех. «Ферис»? Ты лижешь руку той, кто даже не умеет обращаться.
Аполло расправил плечи. В стенах этого клуба он всегда чувствовал себя добычей, но сейчас, под невидимой защитой Онсы, в нем проснулось глухое упрямство:
— Она выкинула меня в закрытое окно, Негиста. Сквозь стекло. И сделала это так, будто отмахивалась от назойливой мухи. Я видел многих «мамочек» в этом бизнесе, но Онса... она не играет в доминанта. Она им является. И если ты думаешь, что это фокус, попробуй сама прыгнуть на её стол. Только проверь, есть ли под окном мягкий газон.
Арахна прищурилась, её голос стал опасно тихим:
— Ты слишком быстро сменил ошейник, Рон. Ты забыл, кто кормил тебя, когда ты побирался по помойкам?
— Я не забыл, — отрезал Аполло. — Но она не кормит меня с рук. Она дает мне работу. И она защищает своих. Вы видели, как она положила руку мне на плечо? Она заявила права на «падальщика» прямо перед тобой, Негиста. Ни одна сука в этом городе не рискнула бы так дерзить тебе на твоей же территории.
Арес усмехнулся, в его взгляде появилось нечто хищное и азартное:
— В этом он прав, хозяйка. Она зашла сюда, как к себе домой. И этот волк... ты видела, как он пошел за ней? Белый волк! Один из самых заносчивых ублюдков в городе. Он полз за ней взглядом еще до того, как она открыла рот. Он почуял силу.
Негиста фыркнула, нервно поправляя прическу:
— Волки всегда были падки на странных баб. Но Аполло... послушай меня. Ты привел её сюда, чтобы она «выпустила пар». Если она покалечит этого волка или, не дай бог, кого-то из моих мальчиков, отвечать будешь ты.
Аполло позволил себе слабую улыбку: