Хранитель подземелья

Глава 4 Наказание

Вы, наверное, удивлены тем фарсом, который развернулся в зале суда?

Признаться честно, я тоже.

К месту происшествия оперативно прибыли сотрудники полиции — на удивление быстро, словно их кто-то вызвал ещё до того, как всё случилось. Они сразу скрутили нас с Игорем и повезли в отделение. Нас ни о чём не спрашивали. С нами не разговаривали. Просьбы о звонке или адвокате игнорировались с таким видом, будто мы требовали чего-то неприличного. Даже воду и еду нам дали только к середине следующих суток, когда мы уже практически умирали от жажды и голода.

Моего собрата по несчастью звали Игорь Антипенко. Тот самый мужик, что пришёл на помощь. Увидев происходящее, он, так же как и я, не смог пройти мимо и, на свою беду, вмешался. Теперь он сидел на соседней скамье — такой же оглушённый, подавленный происходящим, как и я.

А теперь, спустя десять дней, из зала суда нас выводят конвоиры.

Словами не передать, насколько я был потрясён и ошарашен. Серьёзно. Направляясь в суд, я даже не подозревал, что окажусь на скамье подсудимых. По наивности мне казалось, что за мои действия меня должны, наоборот, как-то поощрить. Ну, максимум — слегка пожурить за превышение пределов допустимой самообороны. Но никак не дать срок в сорок лет принудительного нахождения в капсуле виртуальной реальности с кучей каких-то ограничений.

Сорок лет.

Я даже не мог осознать эту цифру. Она не укладывалась в голове. Сорок лет — это больше, чем я прожил. Это целая жизнь, которую у меня отнимали. И это была не игра за моего персонажа «Гарпуна». Нет. Всё намного хуже.

Реальные наказания — такие, как колонии и тюрьмы — давно упразднили. Слишком дорого, слишком накладно содержать столько людей в одном месте. Пригодная для жилья земля — на вес золота. Охрана, кормёжка, медицина, постоянный контроль — всё это стоило бешеных денег. А главное — постоянный риск. Бунты, побеги, человеческий фактор, конфликты заключённых друг с другом. Вечно возмущающаяся общественность, требующая гуманности по отношению ко всем людям, вне зависимости от совершённых ими проступков. Тюремщики уставали, надзиратели ошибались, заключённые находили способы обойти систему. Это было неэффективно. Несовременно.

Поэтому все наказания перешли в виртуальную реальность.

Зачем создавать ужасные условия в реальной тюрьме, напрягаться, держать огромный штат охраны, всегда быть готовым к бунтам и побегам, когда можно создать любые, самые страшные и тяжёлые условия в запрограммированном мире? При этом в реальности люди не страдают — всё абсолютно гуманно, так сказано в официальных документах. И плевать, что при стопроцентной чувствительности уровень ощущений ничем не отличается от настоящего. Боль остаётся болью. Усталость — усталостью. Смерть — смертью. Но тело абсолютно целое, лежит в камере, лишь зашкаливающие показатели пульса выдают, что его обладатель переживает не самые лучшие моменты в своей жизни.

Варианты наказаний были разными.

Урановые рудники, где каждый удар киркой отзывается радиационным фоном, который медленно, год за годом, выжигает внутренности. Каменоломни, где палящее солнце не даёт передышки, а камни, которые ты таскаешь, с каждым днём становятся тяжелее. Колонии лесорубов с имитацией холода Крайнего Севера, где ветер пронизывает до костей, а деревья падают так, что не всегда успеваешь отскочить. И везде — надзиратели. Искусственные, запрограммированные, безжалостные. Их нельзя подкупить, разжалобить, отвлечь. Они выполняют свою программу — гнать, мучить, ломать.

Для особо опасных преступников применялись специальные камеры. Низкие, крохотные, в которых нельзя было ни встать в полный рост, ни лечь выпрямившись. В таких камерах люди проводили дни, недели, месяцы. Они умирали там от истощения, от ран, от безумия, испытывая всю полноту мук. Но они не освобождались после смерти. Нет. Смерть в виртуальности — не конец. Система просто возвращала их обратно, в ту же камеру, в то же тело. И всё повторялось снова. И снова. И снова.

Вечный ад, созданный на Земле людьми для людей. Гуманный, цивилизованный, одобренный Советом Земли и признанный всеми правозащитными организациями. Ведь никто же не умирает по-настоящему. Это просто код. Просто симуляция. Просто наказание. В игре.

За моё «выступление» в зале суда, конвоиры произвели несколько физических «разъяснений», боль от которых до сих пор отзывалась в рёбрах. На оглашение приговора меня вновь завели в судебный зал. Я слушал приговор и не мог пошевелиться от ужаса. Сорок лет. Меня отправляли в один из таких миров. В какой — я даже не слушал. Какая разница? Рудники, каменоломни, лесоповал — везде одно и то же. Боль, усталость, безысходность. И никакого шанса на досрочное освобождение. Отец того парня позаботился об этом. Если бы только подать апелляцию… Но вот только как это сделать, когда я даже не могу поговорить со своим адвокатом!

— Встать! Пошёл! — голос конвоира вырвал меня из оцепенения.

Я поднялся. Ноги не слушались, руки дрожали. Я обернулся. Игорь сидел на соседней скамье, бледный, как полотно. Ему дали двадцать пять лет.

Я хотел что-то сказать ему. Извиниться. Сказать, что я виноват, что втянул его в это. Но конвоиры уже схватили меня за руки, поволокли к выходу.

В голове с большим опозданием формировалось понимание того, что произошло.

Девушка, которую я пытался защитить, изменила показания. Судмедэксперты сфабриковали анализы — якобы в моей крови нашли какой-то наркотик. А в кармане у меня оказался пакетик с запрещёнными психотропными веществами. Ну и записи с камер наблюдения, по словам судьи, пропали. Все и сразу. Надо же — какое «совпадение».

Долбанная прогнившая система.

Выходит, если ты «элита» и у тебя есть власть — ты можешь всё. Можешь нападать на девушек. Можешь носить с собой наркотики. Можешь избивать людей, которые пытаются остановить тебя. А если вдруг что-то пойдёт не так — у тебя есть мамочка, которая всё уладит. Которая перевернёт всё с ног на голову. Которая сделает из насильника жертву, а из спасителя — преступника. И наверняка я такой не первый. Интересно, мой случай будут освещать в новостях? Или о нём предпочтут умолчать? Я же сам никогда не думал о том что могу попасть в подобную ситуацию, и я даже не предавал значения, когда краем уха слышал новости о подобном беспределе, порой пробивавшиеся через информационный занавес пропаганды, но думал что это просто глупые байки… Или же, люди попавшие в такие дела сами виноваты и заслуживают своего наказания…