Страница 78 из 118
— Знаю, — я киваю. — И я не вижу разницы между твоими заскоками и её, а она ни хрена не говорит ни Эву, ни мне, так что мы никогда не знаем, стоит ли начистить тебе рыло или нет.
Я кожей чувствую, как Зак ухмыляется.
— Как только это начинается, это уже не остановить, — говорит Август. — В какой-то момент кажется, что огонь угас, но как только воздух снова становится сухим… — Зак смеется над этим, а Август практически рычит. — Мы просто ждём, когда и куда ударит в следующий раз, что еще они собираются сжечь.
— Она и правда держит меня мертвой хваткой, — голос Зака звучит хрипло. Он смеялся, но я чувствую, что он на пределе. Он странно оберегает их с Еленой дикую динамику. Подозреваю, что все сейчас смотрят на него с тем же недоумением, что и я, когда он выдает: — Знаете… как дым?
Я не могу сдержать смех после этой тупорылой метафоры.
— Бу-у-у! — я складываю ладони рупором и протяжно гужу.
Внезапно повязку сдергивают с моей головы, и я щурюсь от яркого света. В темных глазах Августа полыхает пламя, он срывает перчатки с рук и бормочет:
— Я закончил.
Он стремительно уходит в дом.
Еще один странный кусочек этой мозаики, который я никак не могу разгадать. Не уверен, что вообще хочу.
— Когда я смогу её увидеть? — спрашиваю я, обнимая Дарби за талию и зарываясь лицом в её шею, пахнущую сладкой ванилью и цветами. Мы стояли на заднем дворе дома её бабушки
— Я смогу снять повязку через три дня, тогда и покажу, — я чувствую, как она улыбается мне в щеку. — Погоди, это значит, никакого…
Она хихикает и кивает.
— На целых три дня?
— Ты как-то прожил без этого семнадцать лет, Лео. Уверена, ты справишься.
— Я также прожил семнадцать лет без тебя, Жимолость. Но это не значит, что я когда-нибудь захочу снова жить без тебя.
Я слышу, как воздух со свистом выходит из её легких, она всем телом прижимается спиной ко мне, поворачивает голову и касается губами моей челюсти. Её ладони накрывают мои руки, обнимающие её за талию.
— Я тоже, Язычник.
Кажется, более сладких слов я в жизни не слышал.
Я целую её на ночь и жду, пока она зайдет в дом. Только после этого я, пошатываясь, бреду к себе. Одурманенный травкой, пьяный от её губ, её кожи и её слов.
Думаю, эта золотая девочка с медовыми глазами, возможно, влюблена в меня.
А я с уверенностью могу сказать, что по уши влюблен в неё.
Глава 34
Жимолость
Настоящее. 1 июня
Первое же скольжение его языка между моих ног заставляет мою кровь вскипеть. Я не могу контролировать звук, срывающийся с моих губ, и то, как мое тело выгибается на постели. Я не властна над возбуждением, изливающимся из меня, пока Лео разводит мои бедра, снова и снова дразня меня своим языком — игриво и изматывающе.
Прошло так много времени с тех пор, как я чувствовала что-то, кроме вибратора или собственной руки. Я забыла, каково это ощущать тепло чужой кожи на своей, забыла это чувство наполненности кем-то другим, и физически, и эмоционально. Это ощущение полета, будто тебя возносят к самым облакам.
Именно так я себя чувствую, когда Лео обхватывает губами мой клитор и сильно всасывает его, одновременно дразня пальцем мой вход.
Может быть, это чувство существует только с ним. Может быть, у других секс совсем иной, а может, такой же. Я не знаю. И мне плевать. Все, что я знаю, что я не хочу провести еще десять лет без этого чувства. Без него.
Он смотрит на меня, его сапфировый взгляд прожигает меня насквозь, и я вижу в нем тоску. Жар поднимается из живота, трепещет в груди и подступает к горлу, вырываясь из моего тела стоном под его пристальным взглядом. Его глаза говорят мне о том, что он чувствует, как много для него — значит снова держать меня в своих объятиях, прижимать к себе — словно он все это время изнывал от жажды, желая почувствовать мой вкус. Словно он умрет без него.
Его язык ласкает меня глубокими мазками, он смакует каждый дюйм, который может поглотить, дразнит, наблюдая за каждым моим медленным движением, и ухмыляется на каждый мой стон. Его руки, мозолистые и грубые, скользят по внутренней стороне моих бедер, но прикосновения остаются нежными, пока он держит меня открытой для себя. Он снова берет мой бугорок в рот и сосет, наблюдая, как я корчусь и распадаюсь на части под ним. Его глаза вспыхивают, когда я выкрикиваю его имя, словно он всю жизнь ждал, чтобы услышать этот звук.
Он медленно вводит в меня один палец, слегка сгибая его и потягивая назад, прежде чем снова толкнуться внутрь. Он нежен со мной, но мне нужно больше. Глубже. Быстрее. Сильнее. Я вжимаюсь бедрами в его лицо, меняя положение тела, чтобы заставить его палец войти глубже.
— Блядь, малышка, — рычит он мне в самую промежность. — Я пытаюсь действовать медленно, но ты мне чертовски мешаешь.
— Не надо медленно, — выдыхаю я сквозь тяжелое дыхание. — У меня не выросла магическим образом новая девственная плева. Трахни меня пальцами, Лео. Мне это нужно.
— Господи, — он отстраняется и поднимается на колени у края кровати, одним резким движением стягивая футболку. Гладкая загорелая кожа и поджарые мускулы светятся в лунном свете, проникающем сквозь жалюзи гостиничного номера. Мне кажется, я почти чувствую, как бьется его сердце под татуировкой с моим прозвищем. Его глаза темнеют, когда он жадно впитывает меня взглядом — обнаженную и открытую для него. Его губы блестят от моей влаги, он проводит по ним языком, прежде чем закусить нижнюю губу.
Выражение его лица чистая эротика.
— Хочешь, чтобы я был жестче, Жимолость?
— Дай мне всё, что у тебя есть, Язычник.
В его глазах вспыхивает вызов. Он хватает меня за колени и подается вперед, приподнимая мои бедра и широко разводя ноги. Не отрывая взгляда от моих глаз, он медленно опускает голову, задирает мои бедра чуть выше и вонзает язык прямо в самую суть.
Моя голова откидывается на подушки, пальцы впиваются в матрас, когда я снова выкрикиваю его имя. Он безжалостно трахает меня языком. Мои ноги напрягаются, когда тепло разливается по животу, и я чувствую, что приближаюсь к краю.
Когда его язык оставляет меня, я чувствую пустоту, но ее тут же заполняют два пальца.
— Можешь задушить меня этими прекрасными бедрами, Жимолость. На самом деле, смерть между твоих ног, это единственный финал, который мне нужен, — он входит в меня быстро и сильно, подгибая пальцы и попадая точно в цель. — Но не смей закрывать глаза, малышка. Я хочу, чтобы ты смотрела, как я даю тебе всё, по чему ты так скучала.