Страница 60 из 118
— Во-первых, Жимолость, я придумал предлог, чтобы проводить тебя домой, потому что ты показалась мне чертовски милой, и я просто искал повод заговорить с тобой. На той вечеринке я не хотел, чтобы кто-то лапал тебя, потому что ты заслуживаешь лучшего, но, если честно, меня до безумия злит одна мысль о том, что какой-то другой парень коснется хоть миллиметра твоей кожи. Это во мне говорило скорее чувство собственничества, чем что-либо другое, — я вздыхаю. — Но да, я защитник по натуре. Я знаю, каково это смотреть, как самый дорогой тебе человек в мире умирает прямо у тебя на глазах, и понимать, что ты, скорее всего, мог что-нибудь сделать, чтобы это предотвратить. Я не хочу больше никогда чувствовать ничего подобного, но еще больше я не хочу терять тех, кого люблю.
— Лео... — Она наклоняется через консоль и кладет голову мне на плечо. Её тепло мгновенно проникает в меня, прогоняя внутренний холод. — Мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти.
Меня утешает то, как она это говорит. Она не пытается переубедить меня, не пытается «исцелить» мою травму или пообещать, что всё наладится, потому что знает, что такое не проходит. Она просто признает, что эта боль существует, и это лучшая реакция, которую она могла мне дать.
— Теперь, когда у меня есть ты, всё это уже не кажется таким невыносимым, Жимолость, — шепчу я ей в волосы, прижимаясь губами к её макушке.
— Когда я с тобой, ничто не кажется таким уж плохим, Язычник, — отвечает она мне в грудь. И именно в этот момент я это чувствую: окончательное осознание того, что моё сердце больше не принадлежит мне. Оно больше не бьется в моей груди — оно лежит на её ладони.
Моё сердце, моя душа, всё моё естество, всё теперь принадлежит Дарби.
— Хочешь поехать домой? Или хочешь, чтобы я показал тебе еще одно секретное место? — спрашиваю я.
— Я готова на что угодно, лишь бы эта ночь не заканчивалась, — шепчет она.
Я оставляю еще один поцелуй на её макушке, мысленно благодаря все свои счастливые звезды за мою золотую девочку.