Язычник и Жимолость

— Тогда почему ты захотел взять меня с собой? — спрашивает Дарби.

Я перестаю идти, позволяя ей поравняться со мной, прежде чем протянуть руку, взять её за предплечье и развернуть к себе. Луч солнечного света падает прямо на её розовые щеки. Её кожа уже стала более золотистой, чем в день приезда всего несколько недель назад. Несколько веснушек рассыпаны по переносице и скулам. Её глаза похожи на озера меда, расплавленного под теплом солнца, и они пронзают мои собственные.

Я понимаю, что она ждет ответа. Я наблюдаю за тем, как её язык скользит между пухлыми губами, облизывая нижнюю, прежде чем она прикусывает её зубами. Я невольно улыбаюсь, глядя, как вздрагивают её ресницы, прежде чем она отводит взгляд.

— Я хочу, чтобы ты была со мной, потому что ты распугиваешь моих призраков, Дарби.

Она резко поворачивает голову и снова смотрит на меня. Она отпускает нижнюю губу, и её рот слегка приоткрывается. Теперь на её лице шок и удивление от моего признания. Я и сам не могу поверить, что признался в этом.

Не давая ей ответить, я перехватываю её за запястье и тащу к дальнему концу пирса.

— Привет, Жимолость, — протянули все четверо моих друзей одновременно.

Я уже начал выслушивать от каждого из них подколы по поводу моей очевидной симпатии к новенькой в городе. Но мне плевать. Я ничего не могу с собой поделать, и никто из них не может меня винить. Они видят, как она выглядит. Они смотрят на неё прямо сейчас, бросая на меня ехидные ухмылки, потому что видят ровно то же, что и я.

Но я видел гораздо больше. Я узнал её, и они не понимают, что моё влечение к ней гораздо глубже, чем они могут себе представить.

— Привет, — застенчиво говорит она.

— Я просто показываю Дарби пирс, так что оставьте её в покое, — предупреждаю я.

— Ты выглядишь прекрасно этим утром, Дарби, — ухмыляется Эверетт, подмигивая мне.

Я вздыхаю, закрывая глаза и глядя в небо, словно надеюсь найти там ответы.

— Оу. Спасибо?.. — неуверенно отвечает Дарби.

— Хватит быть гребаным жутким типом, — вставляет Елена. Я открываю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как она отпихивает его в сторону и подходит к Дарби. — Он не пытается вести себя странно, у него просто полный ноль в общении с девушками, и он пытается позлить Лео.

Август разражается смехом, а уголок рта Елены слегка дергается, когда Эверетт толкает его.

— Перестань притворяться, что она смешная. Ты же знаешь, что это не так.

Зак на год старше Эверетта, Елены и меня, и на два года старше Августа — закатывает глаза.

— Хватит валять дурака, давайте покончим с этим, пока не набежал народ, — Он кивает в сторону Дарби. — Ты прыгаешь или как, новенькая?

Она закусывает губу и смотрит на меня, словно я должен её спасти. От этого взгляда моё сердце начинает колотиться быстрее.

— Боже, ну ты и козел, — бормочет Елена.

У Елены и Зака какие-то странные, тайные отношения типа «то вместе, то врозь», которые они пытаются скрыть от Эверетта. А тот либо полный идиот, либо прикидывается, что ничего не замечает. Остальных это выматывает. Август особенно ненавидит за этим наблюдать. Судя по всему, сегодня у них «врозь».

— Тебе же это нравится, — хрипло и саркастично бросает Зак. Елена скалится, прежде чем Эверетт снова на всех прикрикивает. В конце концов мы начинаем раздеваться, бросая вещи в непромокаемую сумку, с которой будет прыгать Зак.

— Тебе стоит попробовать, — говорит Елена Дарби, стягивая джинсовые шорты. Дарби, кажется, замечает, как и Зак, и Август пялятся на Елену, пока та раздевается. Её глаза снова встречаются с моими, расширенные и неуверенные.

— Это не так страшно, — добавляет Елена. — Это может быть весело. Просто говорю, — Она улыбается.

У Елены всегда были проблемы с тем, чтобы заводить подруг. Она бывает агрессивной, пугающей и крайне нелюдимой с теми, кого плохо знает. Вырастая с гиперобщительным братом-близнецом, она просто примкнула к его друзьям и никогда не стремилась выйти за пределы нашей четверки. Хотя я задаюсь вопросом: не хотела бы она время от времени иметь рядом девушку, которая могла бы её понять?

Елена смотрит на меня и подмигивает, словно говоря: Я веду себя мило только ради тебя.

Я подхожу, чтобы бросить футболку в рюкзак Зака, прохожу мимо Дарби и шепчу ей на ухо:

— Я не буду заставлять тебя это делать, но думаю, тебе бы понравилось, — запихиваю футболку в сумку и снова поворачиваюсь к ней. — И я защищу тебя, в случае чего. Обещаю.

Ее взгляд блуждает по моему телу, и я вижу, как она цепляется за татуировку, которая тянется по моим ребрам и животу. Она жадно осматривает мою грудь и плечи, прежде чем, наконец, остановиться на моем лице. Послав мне лукавую улыбку, она нащупывает пальцами пуговицу на шортах и расстегивает её.

— Если я прыгну, я хочу знать всю историю твоей татуировки. Как и где ты её сделал и что она означает.

Я делаю глубокий вдох, зная, что в ней заложены смыслы, которые я никогда никому не раскрывал, даже Эверетту. И всё же, я почему-то не могу ей отказать. Я хочу, чтобы она была со мной, когда я шагну с этого пирса. Мне нравится её любопытство, и то, что ей важно знать такие вещи обо мне.

Я не хочу, чтобы это осознание било так сильно, но ничего не могу с собой поделать. Я улыбаюсь ей в ответ и киваю:

— Договорились.

— Она согласна! — орет Эверетт. Остальные друзья подхватывают его восторженным гулом.

Нас было пятеро, а теперь шестеро. Мы перемахиваем через перила пирса и балансируем на поручне. Дарби стоит с одного края, Зак с другого, а Елена, Август, Эверетт и я между ними. Сама того не замечая, Дарби тянется к моей руке, и я переплетаю наши пальцы.

Она смотрит на меня, и в её медовых глазах страх смешивается с предвкушением и, внезапно, с азартом.

Я сжимаю её ладонь четыре раза.

Я. Буда. Тебя. Защищать.

Мы прыгаем вместе, проваливаясь в бездну.